Рок-звезда академии

— В этом ты права, — согласился я. — Но всё-таки их хорошее выступление не отменяет того факта, что они купили свою победу за деньги. Если бы не это, то на их месте оказались бы мы. И оказались бы вполне заслуженно, ведь жюри не могли просто так проигнорировать наше выступление, и чтобы увести от себя все подозрения, подарили нам хотя бы второе место. Но я думаю, что для всех нас это второе место мало чем отличается от проигрыша.

— Ты знаешь, Хао, раньше мы даже о втором месте на подобном конкурсе и не мечтали, — сказала Фэй. — Но сейчас действительно после подписания контракта с лейблом, после успеха нашей песни, появилось такое ощущение, что мы переросли уровень таких конкурсов. И поэтому победа в них для нас должна быть чем-то обыденным. Ведь и правда, кто может из школьников составить конкуренцию нам, группе с такими огромными ресурсами?

— Я с вами, ребята, да и в этой музыкальной индустрии в целом совсем недавно, поэтому для меня даже второе место в подобном конкурсе могло бы являться чем-то космическим, — сказал Бо. — Но только в том случае, если бы первое место заняли реально достойные исполнители благодаря своему высококачественному выступлению, а не благодаря подкупу жюри.

— Всё это пустые разговоры, которые не приближают нас к решению проблемы, — сказал недовольно Шэн и развёл руками. — Мы вообще собираемся что-то делать для того, чтобы доказать то, о чём нам рассказал Бо? Или так и останемся сидеть и жаловаться на то, как с нами нечестно поступили?

Хоть Шэн и немного грубо выразил свои мысли, но он прав. Разговоры не по теме ни к чему нас не приведут, нужно обдумать план действий. Только остаётся один вопрос: что вообще можно сделать в такой ситуации?

— Окей, что ты тогда предлагаешь? Что мы должны будем сделать? — спросил я.

— Это же очевидно — найти тех двух мужиков и выведать у них всю информацию о подкупе членов жюри, — ответил Шэн.

— Хорошо, тогда открытым остаётся вопрос о том, как найти этих мужиков.

На эту мою фразу ответа у Шэна не нашлось. Да и остальные ребята сидели, хлопая глазами. Все кроме Лили, она как обычно решила выручить нас.

— Давайте отталкиваться от того что нам известно, — сказала сестра. — Бо слышал голоса тех мужиков и поэтому сможет в случае чего определить их на какой-нибудь записи. Ведь так, Бо?

— Ну, в принципе смогу, — ответил мой друг.

— А ты, Хао, и вовсе видел их лица, — продолжила Лили. — Так что, мы можем начать с составления их портретов. Отец бы нам в этом помог, но пока я не хочу его втягивать в это всё. А вот у нашего водителя должно быть пару связей с людьми из службы безопасности, у которых есть доступ к технологиям поиска людей через составление портретов.

— Ну вот, это уже хоть что-то, — сказал Шэн так, словно это всё он придумал.

По местности за окном я заметил, что мы как раз подъезжаем к микрорайону, в котором живут по соседству Шэн и Фэй.

— Похоже, скоро ваша остановка, ребят, — сказал я им.

— Отлично, — прокомментировал Шэн. — Мне нравится ход ваших мыслей, нужно будет ещё каждому подумать над всем этим, и тогда уже предпринимать что-то.

Спустя буквально минуту водитель лейбла высадил Шэн и Фэй, в машине остались я, Лили и Бо. Мой друг, кстати, тоже скоро должен будет выходить, если мне не изменяет память.

— Бо, а ты подметил какие-то детали в тех двух мужиках? — спросила Лили, когда мы поехали дальше. — Может, какие-то особенности речи, запахи или ещё что-то?

— Да уж, запах там, в туалете, стоял то, что надо…, — ответил Бо.

— Отнесись к этому серьёзнее, пожалуйста, — попросила сестра.

— Ладно, ладно, — мой друг задумался. — У них был не то, чтобы специфический акцент, а какой-то не местный выговор. Я вот на новогодние праздники ездил в Шанхай к родственникам, там люди говорят примерно так же, как говорили те мужики.

— Значит, они могут быть не местными, — вынесла вердикт Лили. — Хорошо, хоть какая-то зацепка уже есть.

Спустя пару минут мы подъехали к дому Бо, и мой друг вышел из машины, попрощавшись с нами. Теперь уже в салоне остались только я и Лили, а значит на оставшемся пути домой можно было поговорить о ещё одной довольно серьёзной проблеме, которая возникла в этот вечер.

— Есть ещё кое-что, о чём я не мог упомянуть, пока все сидели здесь, — сказал я.

— Это ты о тех двух мужиках? Ещё какая-то дополнительная информация есть? — оживилась Лили.

— Нет, кое-что более интересное и, в то же время, непонятное, — ответил я. — Песня, которую исполнял Гун со своей группой… она из моего мира.

— Что? — воскликнула Лили, расширив глаза.

— Тише, — попросил я её и перешёл на полушёпот. — Хоть мы и далеко от водителя сидим, но я не хочу, чтобы он прислушивался к нашему разговору.

— Погоди, ты действительно уверен в том, что песня из твоего мира? — спросила Лили, тоже перейдя на полушёпот.

— На сто процентов, и она очень популярна там, — ответил я. — Естественно, её перевели с английского на китайский. Плюс ко всему, есть совсем маленькие отличия в звучании, но в целом я никак не мог ошибиться. Мелодия, структура песни, даже гитарные соло, всё слизано подчистую.

— Почему ты мне сразу не сказал об этом?

— А как ты себе это представляешь? Я и так еле сумел настроиться на наше выступление после того, как услышал песню из твоего мира, а тут ещё тебя дёргать бы пришлось. К тому же, что бы мы сделали? Пошли бы доказывать членам жюри, что у группы Гуна песня украдена из другого мира? Так у нас тоже, если ты забыла.

— Ладно, я поняла, что-то ты разошёлся, — попыталась успокоить меня сестра. — Но не может ли это быть просто совпадением?