Страница 4 из 122
Ой, ладно-ладно. Не надо на меня так смотреть. И при этом наверняка гадать: как из маленькой миленькой девчушки с пушистыми белесыми волосиками, блестящими, как ягодки асаи, глазками, и ласковым именем могла вырасти… я.
Что ж, можем поискать причины в моем прошлом – порыться в нем с усердием диггеров. В конце концов, у меня диплом психолога – профессионального лекаря человеческих душ. Правда, в моем случае, я так и не стала лекарем, но неплохо себя зарекомендовала как хитрый манипулятор чужими слабостями и эмоциями. Но должна же я хоть раз воспользоваться полученным знаниями не только во вред окружающим, но и себе на благо. Хах.
Итак, когда, в какой момент на смену моим розовым очкам и любви ко всем людям пришли едкая циничность и злой сарказм? И почему очки вдруг сменили розовые стекла на серые, сквозь которые и мир окрасился в серые тона? В остром понимании, что нет ни хороших людей, ни плохих. Есть просто люди. И эти люди совершают ошибки, но почему-то признаваться в них не спешат, лицемерно прикрываясь дешевыми принципами и моралью. Почему-то эти люди перекладывают свои ошибки на чужие плечи и считают, что так и было. И в своих бедах винят кого угодно, только не самих себя.
Потому что это удобно. Удобно выбрать удобные правила и по ним жить.
А раз так – я свои выбрала.
Вот взять хотя бы моего отца: в сорок лет он внезапно решил, что никому ничего не должен в этой жизни, в особенности своей семье и мне. Обвинил мать в том, что она превратила его из мужика в подкаблучника-неудачника, сожрала его молодость, высосала из него все соки вместе с деньгами, а ведь он мог бы стать… Не знаю, кем он там хотел стать. Может, космонавтом. Неважно. Он просто решил, что в его нелепом кризисе среднего возраста виновата мама и ушел. К юной деве осемнадцати лет от роду.
Что сделала моя мама? Попыталась сохранить семью? Переключила всё свое внимание на меня? Вспомнила, что когда-то на кого-то там училась и нашла работу?
Нет. Мама ответно обвинила отца в том, что это он превратил ее в захудалую, невкусную внешностью домохозяйку, а ведь когда-то она была первой университетской красавицей. И отправилась спускать последние накопления в салонах красоты и фитнес-клубах, дабы резко омолодиться и активировать режим поиска нового реального мужика («Не то что твой отец!»). Который позволил бы ей и дальше бездельничать, изображая из себя домохозяйку, то есть: часами залипать на сериалы и висеть в соцсетях.
И нашла. Крутого бизнесмена. Все счастливы и довольны. Кроме меня. Я вот как-то по сценарию новой жизни не вписалась ни в пространство матери, ни в пространство отца.
«Ага! - скажете вы. – Так вот где собака зарыта!»
Пфф… Нет, не там. После развода родителей меня забрала к себе и воспитывала бабушка. И очень хорошо воспитала – у меня было счастливое детство, прекрасная юность. Оба родителя не скупились на алименты, видимо, таким удобным образом откупаясь от своей совести, поэтому мы с бабулей жили в полном достатке. И хотя я предполагаю, что моя вера в институт брака была на уровне бессознательного уже подорвана, я всё же верила в Большую Любовь и того самого – единственного, которого обязательно встречу и точно проживу с ним до гробовой доски.
А не как эти… Мои родители.
И Большая Любовь со мной случилась. На первом курсе универа. Я училась на психфаке, он – на юридическом. День первокурсника, случайное столкновение в холле актового зала, взгляд глаза в глаза – искра пробежала, и вот оно! Я влюбилась. До одури. Как кошка. Его звали Денис, среди своих – Дэн. Красивый, умный, интересный, перспективный, из состоятельной семьи коренных москвичей. Прям принц. На белом «Мерседесе».
И ухаживал красиво, с размахом. Цветы-конфеты, дорогие подарки, в Турцию свозил, каждые выходные по ресторанам выгуливал. Любое мое желание выполнял, как волшебник с палочкой.
Еще б я знала, что он этой своей палочкой не только мои желания выполнял, но у меня тогда как шоры на глазах были. Мне, помнится, бабушка сразу сказала: «Не нравится он мне. Глаза гулящие. И сам… порченый». Но какое было дело влюбленной дурочке до бабушкиного опыта? Я разругалась с ней в пух и прах – ба меня еще в итоге и успокаивала. Помирились, конечно. Бабушка сдалась – мол, это твой опыт, твои ошибки.
Мой, да. Весьма болезненный и горький.
Однажды я приехала к Дэну домой – у меня ключи были от его квартиры, и я уже мечтала, что скоро он меня жить к себе позовет. И никак не хотела понимать, что ключи мне дали как бесплатной домработнице: квартиру прибрать, еды наготовить, трусняки его постирать. А я и рада стараться – любовь же, почти семейные отношения. Это уже потом дошло, когда обухом по башке припечатало, отчего глаза широко открылись. На реальное положение дел.
Так вот, приехала я к Дэну однажды, и, уточню, он знал, что я приеду, а у него в постели баба лежит. И не какая-то там левая, а подруга моя, университетская. Немая сцена: Светка глаза вытаращила и одеялком прикрывается, я стою с ключом в одной руке и с продуктами – в другой, а Дэн, развалившись на кровати, выжидающе, с неприкрытым интересом на нас двоих смотрит. Что делать-то будем? Подеремся? Истерику закатим? Шоу. Он ждал шоу!
Я просто положила ключ на комод в коридоре, поставила пакет с продуктами на пол и молча вышла. Чтобы уже больше никогда не вернуться в эту квартиру. Где моя Большая Любовь превратилась в одно Большое Циничное Ничто.