Страница 37 из 122
Потерпеть тотальное поражение в столь сжатые сроки – для меня словно пощечина наотмашь, но деваться некуда. Поэтому я кра-а-айне неторопливо дошлепала до кухни и замерла в арочном проеме с видом грешника, пришедшего каяться. Но мысли о раскаянии выветрились у меня из головы, как только я увидела Петра. В домашней одежде и фартуке. Фартуке, Карл! И это был не просто какой-то там бабский фартучек – нет, это была многофункциональная весчь с кучей кармашков вполне себе мужского кроя и цвета.
И да, Петр готовил. С ловкостью как минимум мишленовского повара и видом человека, которому это дело безумно нравится. Ловко орудуя ножом, он молниеносно нарезал свежие овощи в салат, то и дело отвлекался и помешивал что-то одуряюще вкусно пахнущее в огромном сотейнике и при этом умудрялся жонглировать бутылочками с соусами и приправами. Выглядел он в этом амплуа бесподобно – я стояла и восхищенно смотрела на него, открыв рот. Я правда питаю слабость к мужчинам, которые умеют готовить. Есть в этом для меня нечто очень мужественное и сексуальное.
- Проснулась? – смешливо спросил Петр и коротко глянул на меня. С мягкой улыбкой, от которой у меня сердечко екнуло. И где-то внизу живота бабочки затрепетали. Которых следовало бы сачком отловить и выпустить где-нибудь в другом месте полетать, но вместо этого я отчего-то тоже расплылась в улыбке. Немного глупой. И капельку виноватой.
- Н-да… Проснулась, - пробормотала я, пряча взгляд. Опять смущенный. Да что ж такое!
- Славно. Тогда мой руки и давай за стол, - отдал распоряжение Петр, выключая плиту и закидывая кухонное полотенце себе на плечо. – Будем ужинать.
- Эммм… - я замялась на месте, лихорадочно соображая, что значит это приглашение. Где претензии по поводу невыполненной работы? И еще: меня покормят и уволят? Или меня покормят и не уволят? Впрочем, первый пункт «меня покормят» уже радовал – есть хотелось неимоверно.
- Кстати, я бы еще посоветовал избавиться от этого угрожающего макияжа на лице, - хмыкнул Петр. – Не то чтобы я против… Но смотрится немного… эпатажно для домашнего ужина, - добавил он.
Я округлила глаза и на автомате ощупала свое лицо. Точно! Я же перед началом уборки расчертила щеки черными полосами – представляю, что с ними стало после сна. Я судорожно кивнула и бросилась в ванную комнату – приводить себя в порядок. Глянула мимоходом в зеркало и цокнула языком – вот чумичка! А Петр – крепкий нервами мужик, раз даже бровью не повел, увидев такой натюрморт на моем лице. Блин, это карма, что ли, такая, каждый раз представать перед Горским в комичном виде?
Когда я, переодевшись и освежившись, вернулась на кухню, Петр накрывал на стол в столовой. Да, в этом доме есть столовая. Я хотела было помочь, но Горский отмахнулся, мол, садись уже. Кажется, расклад по ролям должен быть другой, и это я обязана за ним ухаживать, а не он за мной, но… Я вообще не понимала, что происходит, поэтому просто села за стол.
- Это… что? Ризотто? – удивилась я, когда Петр торжественно внес сотейник и водрузил его по центру стола.
- Типа того, - кивнул Петр, присаживаясь напротив меня. – С морепродуктами. В моей интерпретации. Я готовлю не по рецепту, а по велению души, - добавил он со смешком. – Надеюсь, вышло съедобно. Вина? – он с видом фокусника, словно из воздуха, достал бутылку.
- Эммм…
Нет, я так не могу. Это слишком похоже на романтический ужин в семейном гнездышке, который по закону жанра затем плавно перетечет в не менее романтичный секс. Только входные данные противоречили ситуации. Поэтому я решила спросить в лоб:
- Петр, ты меня уволишь?
- А должен? – Горский вопросительно вскинул бровь, явно сдерживая смех. Похоже, его невероятно забавляло происходящее.
- Ну… Я… Это… - промычала я невнятно и замолчала.
- Нет, Мила, я тебя не уволю. Но при выполнении двух условий, - строго проговорил Петр с абсолютно несерьезным видом.
- Каких? – понуро уточнила я.
- Не делать ту работу, где требуется грубая мужская сила, - обозначил первое условие Горский.
- М? – я подняла голову, взглянув на него непонимающе.
- Ты зачем таскала строительный мусор? – с укоризной пояснил Петр. – Я же сказал: эти комнаты пока не трогай. Сначала я их расчищу, кое-что доделаю, и только потом там надо отмыть полы.
Твою ж! И чем я слушала! Чем-чем, пятой точкой, видимо. Хотя… Подождите-ка…
- Ты будешь сам расчищать комнаты и заканчивать ремонт? – спросила я, и против воли в моем голосе прозвучал скептицизм. Миллиардер белыми рученьками собирается в грязи ковыряться?
- Ну, не нанимать же бригаду, чтобы вынести пару мешков мусора и прикрутить несколько плинтусов на место, - фыркнул Петр, значительно приуменьшив фронт работ. Если я правильно понимаю, там еще много чего на место надо прикрутить. Ого, Горский, значит, умеет руками работать? Не только ворочать бизнесами и на «Лэнд Крузерах» кататься? Хотя сейчас я почему-то легко смогла представить его с молотком и отверткой, а вот Влада, к примеру, не смогла. И еще один балл уходит в пользу… Так, стоп. Хватит восторгаться достоинствами Горского!
– Второе условие… - продолжил Петр. – Мила, не надо больше мыть полы моим шампунем и натирать паркет моим воском для волос. Для этого есть бытовая химия.