Последний странник

Габриель кивнул.

— Родители называли это «клеткой».

— Табула может проникнуть в полицейские архивы и разместить там ложные отчеты. Не исключено, что они уже успели отправить сообщение, что нас с тобой разыскивают за убийство.

— Ладно, забудем о полиции. Давай сами туда поедем и найдем Майкла.

— Я ведь одна, Габриель. Я наняла Холлиса как бойца, но не уверена, можно ли на него положиться. Мой отец называл бойцов просто «мечами». Это такой способ сосчитать тех, кто на твоей стороне. В данный момент у меня нет достаточно мечей, чтобы идти штурмом на научный центр Табулы.

— Мы должны помочь Майклу.

— Я сомневаюсь, что его собираются убить. Табула планирует использовать способности Странника в сочетании с каким-то квантовым компьютером. Они хотят научить Майкла переходить в другие измерения. Это что-то совсем новое. Не знаю, как они собираются его обучать. Обычно учителями у Странников были Следопыты.

— Это еще кто?

— Погоди минуту. Сейчас объясню…

Майя осмотрела лезвие еще раз и заметила на поверхности металла крохотные царапины и оспинки. Такой меч мог заточить только японский мастер. Единственное, что она могла сделать, это покрыть клинок маслом, чтобы металл не разъела ржавчина. Майя достала коричневую бутылочку, взяла лоскут мягкой ткани и капнула на него гвоздичного масла. Затем стала бережно протирать клинок. По комнате растекся сладкий аромат гвоздики. На секунду Майе показалось, что одну вещь она теперь знает с полной уверенностью. Знает, что этот меч очень силен. Знает, что он убивал и будет убивать снова.

— Следопытом называют наставника Странников. Обычно им бывает человек духовно развитый. У самих Следопытов нет дара Странников, они не могут путешествовать по другим измерениям, но помогают тому, у кого такой дар есть.

— И где их найти?

— Мне дали адрес одного Следопыта из Аризоны. Он может выяснить, есть у тебя дар или нет.

— Лично я хочу только одного — привести в порядок мотоцикл и убраться отсюда к чертям.

— Глупо. Без моей защиты Табула рано или поздно тебя найдет.

— Не нужна мне ничья защита, Майя. Я основную часть жизни только и делал, что старался не попасть в Клетку.

— Дело в том, что теперь они будут искать тебя, используя все свои резервы и всю мощь Системы. Ты даже представить себе не можешь, на что они способны.

Габриель сердито нахмурился.

— Я видел, что случилось с моим отцом. Арлекины нас тогда не спасли. Никто нам не помог.

— И все-таки ты должен поехать со мной.

— Зачем? Какой смысл мне ехать с тобой?

Майя стиснула в руках меч и заговорила медленно, стараясь вспомнить то, чему ее учил Торн:

— Некоторые философы считают, что жестокость, нетерпимость и ненависть заложены в самой природе человечества. Те, кто стоит у власти, хотят во что бы то ни стало удержаться у руля и готовы уничтожить любого, кто бросает им вызов.

— Ну, это само собой, — заметил Габриель.

— Желание управлять другими очень сильно, но тяга к свободе и способность сострадать людям все равно остались. Темнота везде. Однако иногда появляется и Свет.

— И ты считаешь, что он появляется благодаря Странникам?

— Странники появляются в каждом новом поколении. Они покидают наш мир, а потом возвращаются и помогают людям. Они учат человечности, приносят новые идеи, ведут людей за собой…

— Может, мой отец и был одним из них, но я не уверен, что нам с Майклом достался его дар. Я не поеду ни в какую Аризону, ни к какому учителю. Я хочу одного — найти Майкла и освободить его.

Габриель посмотрел на дверь, будто принял решение уйти прямо сейчас. Майя постаралась достичь того спокойствия, которое испытывала во время боя. Она должна переубедить Габриеля, иначе он просто убежит.

— Кто знает, — сказала наконец Майя, — вдруг ты сможешь встретиться с Майклом в другой реальности.

— Это всего-навсего твое предположение.

— Конечно, я не могу ничего обещать. Если вы оба Странники, такое вполне возможно. Табула собирается научить Майкла переходить из одного мира в другой.

Габриель посмотрел Майе прямо в глаза. На одно мгновение в его взгляде мелькнуло столько силы и мужества, что Майя замерла от удивления. Потом он опустил голову и снова превратился в обычного молодого человека в джинсах и футболке.

— А вдруг ты мне врешь, — сказал он тихо.

— Придется рискнуть.

— Если я поеду в Аризону, мы точно того Следопыта найдем?

Майя кивнула:

— Он живет недалеко от городка Сан-Лукас.

— Ладно, я поеду с тобой и поговорю с тем человеком. Потом погляжу, что делать дальше.

Он встал и быстро вышел из комнаты. Майя осталась сидеть на кушетке с нефритовым мечом в руках. Клинок был покрыт маслом, и когда она рассекла мечом воздух, сталь ярко блеснула. «Убери его, — сказала себе Майя. — Спрячь его силу в темноте».

Из кухни раздались голоса. Стараясь ступать так, чтобы не скрипнули деревянные половицы, Майя вошла в столовую и через приоткрытую дверь заглянула в кухню. Оказалось, что домой вернулись Холлис с Вики. Они вместе готовили обед и болтали о старых знакомых из общины. Разговор, судя по всему, шел о том, как две пожилые дамы поспорили, кто печет лучший свадебный торт, а мнения общины по данному вопросу разделились.

— Поэтому моя кузина выбрала мисс Энн, чтобы та испекла ей торт. Тогда мисс Грейс пришла на свадьбу, поела торта и сделала вид, что ее тошнит.

— Ничего удивительного. Странно другое — то, что она не сунула в тесто для торта дохлого таракана.

Они оба рассмеялись. Холлис с улыбкой посмотрел на Вики и быстро отвел глаза. Майя надавила ногой на половицы, чтобы те скрипнули, дав понять, что в столовой кто-то есть. Потом выждала несколько секунд и вошла в кухню.

— Я поговорила с Габриелем. Он поставит на колесо новую шину, и завтра утром мы уедем.

— Куда ехать собираетесь? — спросил Холлис.

— Подальше от Лос-Анджелеса. Остальное вам знать не обязательно.

— Ладно. Дело твое. — Холлис пожал плечами. — Ты мне совсем ничего сказать не хочешь?

Майя села за кухонный стол.

— Использовать чеки и переводить деньги через банк очень опасно. Табула отлично умеет отслеживать такие вещи. Через несколько дней ты получишь по почте журнал или каталог с немецкими почтовыми марками на конверте. Между страницами будут спрятаны купюры по сто долларов. Придет два или три журнала. Всего получишь пять тысяч долларов.