Страница 30 из 157
10
Доктор Ричардсон наспех упаковал кое-какие вещи и спустился в прихожую, где его дожидался Натан Бун. Они сели в автомобиль и направились на юг, в сторону Нью-Йорка. Доехав до округа Вестчестер, недалеко от города Перчас, Бун свернул на двухрядную проселочную дорогу. Автомобиль катил мимо роскошных загородных домов, выстроенных из кирпича и камня. На лужайках росли клены и белые дубы, а траву укрывали палые осенние листья.
В начале девятого внедорожник Буна свернул на гравийную подъездную дорожку к воротам обнесенной стеной усадьбы. Надпись на воротах учтиво сообщала всем прибывающим, что они прибыли в научно-исследовательский центр фонда «Вечнозеленые». Охранник в будке узнал Натана и открыл ворота.
Припарковав автомобиль на маленькой, окруженной соснами стоянке, Бун вместе с доктором выбрался наружу. Они двинулись по тропинке из плиток, и Ричардсон увидел впереди пять больших зданий. Четыре строения из стекла и металла стояли четырехугольником и соединялись друг с другом закрытыми переходами, устроенными на уровне второго этажа. В центре четырехугольного двора стояло здание с фасадом из белого мрамора и без единого окна. Доктору Ричардсону оно напомнило фотографии Каабы — таинственного черного камня, который Авраам получил от ангела.
— Это библиотека Фонда, — сказал Бун, указав на здание в северной части четырехугольного двора. — Дальше, если двигаться по часовой стрелке, идет генетическая лаборатория, потом компьютерный центр и самое последнее — административное здание.
— А белое? То, которое без окон.
— Нейрокибернетический исследовательский центр. Построен около года назад.
Бун провел Ричардсона к административному зданию. Его вестибюль оказался совершенно пуст, не считая закрепленной на кронштейне камеры видеонаблюдения. В конце холла располагались два лифта. Когда посетители пересекли вестибюль, двери одного из лифтов открылись.
— За нами наблюдают? — спросил доктор. Бун пожал плечами:
— Не исключено.
— Наверняка наблюдают, иначе как бы лифт открылся сам по себе?
— Я всегда ношу с собой радиочастотный опознавательный чип. Мы называем его «защитной цепью». Он сообщил компьютеру, что я в здании и приближаюсь к дверям лифта.
Двое мужчин вошли в лифт, и двери мягко закрылись. Бун надавил на серую подушечку, вмонтированную в стенку. Раздался легкий щелчок, и лифт стал подниматься.
— В большинстве учреждений используют обычные удостоверения личности.
— Здесь немногие носят с собой удостоверения. — Бун поднял руку, и Ричардсон увидел на тыльной стороне его ладони шрам. — Каждому, у кого есть допуск к высокосекретной работе, под кожу вшивают радиочастотный чип. Имплантат гораздо надежнее и эффективнее удостоверения. Доехав до третьего этажа, лифт остановился. Бун проводил доктора в жилой номер со спальней, ванной и гостиной.
— Здесь вы переночуете, — объяснил он Ричардсону. — Сейчас садитесь. Устраивайтесь поудобнее.
— А потом?
— Не стоит так волноваться, доктор. С вами просто хотят побеседовать.
Бун вышел из номера. Дверь с мягким щелчком затворилась. «Безумие какое-то, — подумал доктор Ричардсон. — Со мной обращаются как с преступником». Несколько минут он расхаживал взад-вперед по комнате, и гнев стал понемногу утихать. Может, он действительно сделал что-нибудь не так? Та конференция на Ямайке? Что еще? Несколько раз обедал и останавливался в гостиницах на выделенные для исследований деньги. Как они, интересно, узнали? Кто мог проболтаться? Доктор подумал о коллегах по университету и решил, что некоторые из них определенно завидовали его успеху.
Дверь распахнулась, и в номер вошел молодой человек с азиатскими чертами лица. В руках он держал толстую зеленую папку. Белоснежная рубашка и узкий черный галстук придавали ему строгий и почтительный вид. Ричардсон сразу успокоился.
— Добрый вечер, доктор. Меня зовут Лоуренс Такава, я работаю на фонд «Вечнозеленые» в должности руководителя спецпроектов. Прежде чем мы приступим к делу, хочу сказать, что я в восторге от ваших книг. Особенно мне понравилась «Машина в черепной коробке». У вас есть очень интересные теории относительно мозга.
— Мне бы хотелось узнать, зачем я здесь.
— Нам необходимо с вами поговорить. Статья договора восемнадцать «в» дает нам такую возможность.
— Неужели встреча необходима именно сегодня ночью? Конечно, я подписал договор, но все это так необычно. Вы могли просто созвониться с моим секретарем и назначить встречу заранее.
— У нас возникла непредвиденная ситуация.
— Что вам нужно? Отчет о ходе исследований за текущий год? Предварительный отчет я уже отправил. Разве вы его не получали?
— Вы здесь не для того, чтобы отчитываться, доктор Ричардсон. Напротив, это мы хотим дать вам важную информацию.
Лоуренс указал гостю на один из стульев, и двое мужчин сели друг напротив друга.
— За последние шесть лет вы провели целый ряд различных экспериментов, и все ваши исследования подтвердили одну-единственную мысль: во вселенной не существует никакой духовной реальности, а сознание человека — просто биохимические процессы, протекающие в его мозгу.
— Вы даете очень упрощенное объяснение, мистер Такава, но в целом оно верно.
— Результаты ваших исследований подтверждают основные принципы, которых придерживается фонд «Вечнозеленые». Люди, которые создали наш фонд, считают человека автономной биологической единицей. Его мозг можно назвать органическим компьютером, чья производительность определяется наследственностью. В течение жизни наш мозг усваивает массу знаний, а на основе разнообразного опыта формируются условные рефлексы. После нашей смерти мозг гибнет вместе со всеми данными и операционной программой.
Доктор Ричардсон кивнул:
— Совершенно верно.
— Замечательная теория, — сказал Лоуренс. — только, доктор, что она абсолютно ошибочна. Мы обнаружили, что во всяком живом создании обитает некая энергия, не зависимая ни от его мозга, ни от тела. Эта энергия проникает в каждое растение и животное с момента его появления на свет, а после смерти куда-то уходит. Ричардсон выдавил улыбку.