Страница 74 из 98
— Пойдём.
Я вывернулась, не преодолев и пары ступень, и резко выпалила:
— Нет уж, будь любезен, объясни, что и кому ты должен! И почему за твои долги приходится расплачиваться мне?!
— Когда-нибудь ты всё узнаешь, — потащил меня за собой упрямец.
Чили, едва перебирая лапами, карабкался по ступеням и отчего-то не спешил защищать свою хозяйку.
Я же говорю — предатель.
— Когда-нибудь — это когда ты растопчешь меня окончательно? — бросила с вызовом.
Почувствовала, как от него в меня ударило огненной волной; невидимой, но вполне себе осязаемой. Как ещё одежда на мне не распалась тлеющими лохмотьями — не представляю.
— Когда ты смиришься со своей судьбой.
— То есть никогда.
— Ну вот ты сама и ответила на свой вопрос.
Уф, какой же он…
Миновав сумрачную галерею, Каррай толкнул ногой дверь.
— Прошу!
Буквально запихнул меня в гостиную и, прежде чем я успела в который раз признаться ему в ненависти до гроба, хлопнул перед моим лицом створкой.
— Заложник долга он, как же! — прорычала я в закрытую дверь, стаскивая с головы покрывало. — Побыл бы он заложником собственной сволочной персоны! Понял бы, как я сейчас страдаю!
Головной убор чернильной кляксой расплылся по полу, а я влетела в спальню, ища взглядом что-нибудь, что бы можно было разбить. Всё что угодно, лишь бы хоть как-то выпустить пар.
Но вместо вазы или какой-нибудь статуэтки взгляд наткнулся на зеркало. Сейчас в полумраке оно казалось особенно тусклым, а его поверхность неровной, словно подёрнутое рябью озеро в пасмурный осенний день.
— Что за ерунда?
В три шага преодолев короткое расстояние, я приблизилась к зеркалу и изумлённо ахнула, когда в его сероватой глади начали проступать очертания женской фигуры и такие знакомые, любимые с детства черты лица.