Стресс

Секс - на грани жестокости, страсть - на грани отчаяния.

Долго ли он протянет - вот так?

— Как твой последний переход?

Чёрта с два он думает о переходе!

— Разве Ионов не передал тебе сегодняшний отчет?

— Мне хотелось бы услышать от тебя…

— Неплохо… Приборы, правда, в момент перехода - не сработали, как обычно… На следующей неделе будем пробовать с живой органикой… Для начала - возьму с собой какое-нибудь… насекомое! Думаю, что у меня получится выйти за пределы той комнаты… Мне слышались голоса за дверью в последний раз… крики и плач. Там что-то произошло, возможно, горе… Я только опять не смогла поймать то ощущение, которое возникает перед переходом… Ионов считает, что дело в моих мозгах - приборы, хоть и со сбоями, фиксируют какие-то импульсы в моей голове…

— В этой умной головке - полно разных импульсов…

Он нравился ей, когда улыбался, шутил, когда в его голосе сквозила нежность - к ней. В такие минуты она была готова поверить, что у них есть шанс.

— Может, все мои проблемы - именно из-за этого?

Её тонкая сильная рука выпорхнула из-под простыни, потянулась к выключателю. И тусклый свет ночника показал широкую кровать с дубовой спинкой, белые шелковые простыни и два загорелых тела - мужчины и женщины.

— Из-за мозговых импульсов?

— Конечно… Они же у меня нетипичные, так Ионов сказал…

— Ты у меня вся - нетипичная.

Ей до неприличия идёт шёлк! Он и простыни купил - из-за неё. Проклиная в очередной раз свои вышедшие из-под контроля инстинкты. В любом мужике, независимо от него, живет что-то примитивное. То, что заставляет рассматривать одинаковые фотографии обнаженных красоток в мужских журналах, заводиться от чулок с кружевной резинкой, совершенно однотипно реагировать на короткую юбку и декольте. Независимо от возраста. Независимо от статуса. Независимо от интеллекта. Самый сильный инстинкт - в природе. Инстинкт размножения. До встречи с ней он умел прекрасно его контролировать.

— Я все время думаю о тех, других… людях, которые пропали… Они остались там?

— Откуда нам знать? Может быть, и остались…

— Вдруг - они нашли свое счастье и просто не захотели вернуться!

— Котёнок, какой же ты романтик…

— А ты - пытаешься быть прагматиком!

— Я не пытаюсь, я и есть - прагматик.

Он повернулся к ней. Рука коснулась её шеи, двинулась по спине… Просто трогать её - нереально приятно… Упругое тело, гладкая загорелая кожа… Удивительно, но ему ни разу не пришло в голову сравнить её с другими, приходившими в его жизнь, в его постель, женщинами… Он боялся спросить: а что думает о нём - она? И злился на себя - за свой страх, за то, что его может волновать - её ответ.

— Ты знаешь, как ты - хороша?

Еще бы она не была хороша! После пожизненной эпиляции, стоящей почти как небольшой автомобиль, и еженедельного пилинга! Тут поневоле станешь гладкой и шелковистой! А солярий - по четвергам? А спортзал - два раза в неделю? Господи, да при современной индустрии красоты - только откровенная дурочка не сможет стать привлекательной! И знать ему об этом - совершенно не обязательно… Хотя, таких, как он - вряд ли можно отпугнуть признанием о низко-углеводной диете или обёртывании из морских водорослей. Прагматик, говоришь…

— Скажи мне об этом сам… представь, что ты такой же безнадёжный романтик - как и я…

— Ты же знаешь мой словарный запас… Боюсь, он ограничен словами - «очаровательна», «красива» и «хороша»…

— А еще ты умеешь виртуозно ругаться… когда …

Он не дал ей договорить, быстро притянув к себе. Зрачки - расширены, от дыхания - грудная клетка ходит ходуном… Она еще не привыкла к его внезапным порывам страсти… Казалось, одно слово - и он неуправляем. Одна фраза - и вот она лежит под ним, не в состоянии - ни говорить, ни думать, ни даже - пошевелиться… Разве так - бывает? И почему она - позволяет ему…

Но ведь как приятно, черт возьми, осознавать, что такой мужчина потерял из-за неё голову! Что он не в состоянии сопротивляться чувствам… А что он испытывает чувства - она не сомневалась.

Только, похоже, его самого - они не радовали.

Он мучился, боролся, противился - как мог.

Он пытался отгородиться от неё, уезжал под любым предлогом во время её визитов в лабораторию, старался не звонить, не говорить о единственно важном для неё. И всё равно - стоило ей позвать, стоило сделать шаг…

Но, разве можно всё время идти навстречу - только кому-то одному?

Разве правильно, что только один - делает шаг вперёд?

Разве естественно, что этот «кто-то» - женщина?

Он медленно приходил в себя. Возвращались дыхание, зрение, слух… Возвращалась возможность думать головой… Возвращались - мучащие его мысли…

Даша…

Его ахиллесова пята, его слабость, его фетиш…

Даша - на шелковой простыне, в одних чулках…

Даша - на сиденье его автомобиля…

Даша - прижатая к стенке, в разорванном топе…

Даша - на его столе в кабинете…

Пытающаяся сопротивляться… Покорная… Зачарованная… Стонущая от страсти… С руками, связанными его галстуком…

Стоп!

Он сходит с ума.

Он - реалист до мозга костей, прагматик. Он добился всего в жизни только благодаря полному контролю своих поступков, своих эмоций, своих чувств! И всё - может полететь к чертям! Неужели, это именно то - что описывают в книгах? Когда - горишь изнутри, когда - не можешь спать, когда - не можешь сопротивляться… самому себе!

Она потянулась под ним… Как её тонкое тело может быть таким сильным?

— Ты - удивительный…

— Я - сумасшедший.

Он медленно поднялся с постели, мягко подхватил её на руки, понёс в ванную…

— У меня наметилась небольшая командировка…

Внимательный взгляд светлых глаз. Узкая ладонь, застывшая на его плече.

— Далеко и надолго?

— Не очень далеко, и ненадолго… В соседнюю страну, на три недели… может, на месяц…

Молчание…

И опять - этот взгляд.

Вынимающий его душу, его сердце…

Он сел, перехватывая её руку и поднося к губам.

— Поездка была запланирована давно… Но сейчас откладывать - уже нет возможности…

Опять - тишина.

Опять - лишь тиканье часов в его спальне…

Он отпустил её руку, подошел к окну, отодвинул штору.

Чёрное небо, черные улицы, черные деревья… чёрные мысли…

— Скажи мне, что будешь скучать…

— Я буду скучать.

Он резко повернулся, выхватывая халат из кресла… Вышел из комнаты. Через минуту из кухни донеслись звуки работающей кофе-машины.

Господи, как же - больно! Слёзы… от несбывшегося.

От очередного - несбывшегося.

Разве не чувствовала она - что будет так, а не иначе?

Разве не знала - что всё - закончится?

Не могла лишь знать - что так скоро…

Её силуэт, в белой шёлковой простыне, в дверном проёме…

— Можно мне тоже - кофе?

— Конечно, котёнок…

Обжигая губы, она глотала горькую жидкость… Но разве ожоги - могут причинить настоящую боль?