Сафир

— Тебе только кепки и броневика не хватает. Грок, просто те, кто говорят в рупоры, увидев, как ведомые снимают повязки ведь тупо выключат свет.

— Свет в душе, брат.

— Мир в нас, брат.

— Знаешь, за что я уважаю мутантов? Они не как мы, они сами выбрали свой лабиринт в своих норах. Это их личный лабиринт, в котором они знают где выход. И когда выходят, дают нам по печени. И довольные ползут обратно, в свой любимый темный мирок. Для них есть эта граница, они способны видеть разную жизнь, а мы тухнем в своем болоте, копая торф для того, чтобы дворянам зимой было тепло. Да ну на фиг! Я хочу увидеть эту проклятую Землю, чего же в ней такого, что вонючий Альянс готов уничтожить Сафир со всем живым, лишь бы сохранить ее?..

Крок многозначно покачал головой, выдержал мыслительную паузу, переваривая весь словесный поток сознания, вылитый на него Гроком, с порой непонятными земными словечками, вот он прям ждал, когда же брат покажет тот самый жест со средним пальцем, но обошлось.

— Я с тобой. А, что дальше-то делаем?

— А я не знаю.

— Слушай, речь твоя была, конечно, крайне пылкой, но вот что-то запал тут же и подутих.

— Брат, за нами правда, наше дело правое. Мы уже начали, так что обратного пути нет. Бояться сейчас нечего. Бесогоны заняты борьбой с мутантами, а скорее даже отгребают от бесов. Засады ждать не придется. Просто делаем свое дело, и валим. Корабль есть, направление знаем. Нам нужна Грета. Именно туда сейчас будут активно вывозить всех землян, просто будем двигаться следом по косе ультрапути. Я уверен, что ты справишься с яхтой.

— Где вы, блин, ее взяли? — Крок округлил свои и без того круглые глаза.

— Не, еще не взяли, сейчас возьмем. Перетащим гофр от цистерны в субмарину Буле, и двинем на поезде в Солох. Там есть альфа-тоннель к центральному космопорту на орбите, спустимся на Надежде вниз, заберем все, что нужно…

— И нас в щепки разнесут истребители.

— Как вариант. Но, пока бесы стучат воякам по почкам, уверен, беспокоиться совершенно не о чем.

— Ладно, а с чего ты взял, что яхта еще не отчалила?

— Крок, трусливые чиновники давно свалили по телепорту, на крейсере повезут сафит и всех причастных, и твою семью в том числе, а мы прокрадемся следом.

— Как у тебя все сладко, да гладко.

Физиономия оратора Грока неестественно растянулась в довольной улыбке. Он, не спеша и подхалимно обнял брата за плечо.

— Это прям наш с тобой тандем, смотри, какой я сладенький, а твоя гладкая лысина, так и напрашивается, чтобы ее отполировали!

Крок недовольно свел брови, откинулся от гладящего его голову Грока на кресло и крикнул:

— Ульянка!

Грок шарахнулся в сторону того места, где в рубке сафхантера еще недавно была стена и схватился за сердце.

— Сдурел?! Меня чуть инфаркт не хватил! Фу-ух… Я уж дума сейчас снова в конвульсиях биться начну. Ты по ходу не представляешь, как она шандарахает своей гребаной присоской!

— Я, конечно, не знаю, но, думаю, что тебе поделом.

— А что ты там про кепку и броневик говорил?

— Да, не обращай внимания, Сталина всякий бред периодически несла, вот я и запомнил.

Грок уселся в кресло, недоверчиво глядя по сторонам.

— Поехали, выдирай эту цистерну и побежали, Була нервничет. Пора творить историю.

В коммуникаторе и вправду страшно недовольное что-то вроде лица Булы трещало и бурчало.

Крок наклонился и развел руки, две дополнительные руки развел Грок.

— Грок, стоп, ты же хотел гофрами перекачать?

— Она и так поместится, мы потеряли много времени, чтобы рисковать, там Була разберется, нам еще захватывать поезд.

— Мы будто террортисты какие-то!

— Большая игра, большая цена, большие жертвы.

— Не много ли ты на себя берешь?

— Мы.

— Нет уж, ты! Зачем нам поезд? Выкладывай, мне начинает надоедать быть в неведении.

Грок снова распрямил добытчик.

— Да ну ты чего?!

— Мне нужны ответы, слишком много вопросов.

Грок недовольно пробурчал что-то из разряда «все ему надо», и разборчиво и внятно начал разъяснять.

— Смотри, брат… Под Солохом нет водоемов, а значит субмарина туда не проберется…

— Значит ты изначально знал, что сафит качать не нужно, ты задрал!

— Погоди, это не важно уже.

— Это офигенно важно, сколько можно мне лапшу на уши вешать?!

— Слушай, да ты сам хорош!

— А ты не путай свою личную шерсть с государственной, я был под колпаком Альянса, и вся моя семья из-за тебя!

Крок завелся и скинул перчатки и очки на пол, которые со звоном разлетелись в разные стороны на пару метров.

— Да тише ты.

— А то что, сторожа разбужу?!

Крок кричал так, что его голос отдавал эхом над целой пустыней гигантского склада, в котором пятидесятиметровый боевой сафхантер казался игрушкой-трасформером.

Как вдруг одновременно открылись ворота грузовых аэролифтов, а их около полусотни по периметру огромного склада, и из них повалила пехота бесогонов выстраиваясь в ряды, закидывая гранатометы на плечи, и наводя мушки на робота-добытчика.

— Да как так-то… — выдавил Грок.

— Что-то пошло не так? — как возмущенная домохозяйка Крок, подняв брови слегка наклонил голову к левому плечу.

— Доорался! И у нас щита нет теперь, рубке-то кранты…

Крок пополз за очками:

— Подай перчатки. — он уселся обратно в кресло, натянул амуницию. — Значит так, выдираем эту долбаную цистерну, и прикрываемся ей, они понимают, если попадут в нее, то сами сдохнут.

— Ага.

Сафхантер стоял с разведенными руками, словно борец, перед атакой. Напряжение просто звенело от бетонных стен вместе с прожекторами на потолке и свистящими зарядами плазменных гранатометов бесогонов. Словно кто-то отсчитывал щелкающие секунды, ожидая первое движение, ошибку, чтобы сделать удар. Тысячи бойцов ждали команды «огонь», — братья Торины ждали залпа, чтобы увернуться от смертельного выстрела и добраться до цистерны. Они уповали, что надрессированные бойцы все-таки сделают синхронный залп, в одну точку, чтобы размозжить рубку, что ни один из них не затормозит ни на секунду и не выстрелит позже, и дурной снаряд не прилетит им вдогонку.