Сердце демона

— И всё же, вы выбрали не тот путь.

— И всё же, я попробую по нему пройти.

Она замерла. Понимая, что сейчас ладан сожмёт свои кольца и она просто задохнётся. Но он отчего-то медлил. Глинтвейн аккуратно коснулся ладана, пытаясь заключить перемирие, пытаясь задобрить его едва уловимой ванилью и терпкой корицей. Ладан враждебно замер.

Фариа думал. У него был выбор. Либо утонуть в своей боли сейчас, и позволить ей одержать верх. Либо попробовать обуздать свою боль, и не дать самому себе раствориться в пространстве, за те несколько дней, что Непризнанная будет его донимать. Долго она все равно не протянет, но если он будет каждый раз так болезненно на неё реагировать, то долго не продержится уже он. Боль поглотит того, кто был рожден властвовать над ней.

— Ваше следующее задание связано с ужином, — демон отвлёкся от своих мыслей и устремил взгляд на Габи, наблюдая за тем, как на её лице появилась улыбка.

— Хорошо, — Непризнанная кивнула. — Полумрак, свечи, алкоголь… — она смущенно улыбнулась, когда упомянула последнее слово.

— Никакого алкоголя.

Габи встрепенулась и округлила глаза, услышав фразу. Они сдвинулись с мёртвой точки или ей показалось? Аромат её глинтвейна моментально выдал нотки терпкого вина, намекая на её заинтересованность.

— Без алкоголя. То есть совсем?

— Нет, — Фариа услышал её облегчённый выдох. — Но на подобных приёмах существует правило одного бокала. Этого правила придерживается каждое уважающее себя существо и, поверьте, даже демоны ценят сдержанность. На публике девушка может позволить себе лишь один бокал, и только наедине со своим мужчиной она может расслабиться, выказывая ему своё доверие.

— Интересно, — Непризнанная улыбнулась и положила руки на стол. Габи задумалась на мгновение, понимая, что глупо упускать шанс получить достаточно знаний от древнего демона, поэтому решила не останавливать поток своих вопросов. — Есть определённые правила для внешнего вида?

— Есть, — он бросил один взгляд на её платье с открытыми плечами. — Нельзя приходить на ужин будучи открытой книгой. Одежда должна быть привлекательна, но весьма закрыта, чтобы оставлять в голове мужчины простор для собственного воображения. Демонстрация открытых участков на ужине означает, что девушка настроена на продолжительный вечер и, что в момент беседы, её мысли больше сосредоточены на предстоящей ночи, а не на том, что ей рассказывает мужчина.

— Интригующе, — Габи улыбнулась и обвела Фариа взглядом. Она не скрывала того, что глаза демона немного смущали её, ведь такой яркий цвет она видела впервые в жизни. Но даже цвет смущал её не так сильно, как то, насколько пристально они смотрели на неё. В такие моменты Непризнанная понимала, почему Виктория зовет его филином. Слишком осознанный, слишком изучающий взгляд. Будто его глаза смотрели в душу, пропуская мимо внешние данные.

Особенно её внешние данные. Он реагировал на её внешность слишком резко. Старался не смотреть в её шоколадные глаза. Словно пытался не видеть в них кого-то ещё. Но кого именно… Габи не знала. Но сейчас это мало её волновало. Пока он вел диалог. Пока она видела, что он пытается выполнить ту роль, на которую его выбрали. И даже его тягучий мрачный ладан просто держал её в своих кольцах не уничтожая, но и не ослабляя хватки.

— И что бы вы посоветовали?

— Я не знаю ваших особенностей и возможностей. Что-то длинное, без излишеств, и если верх все же открыт, возьмите на ужин шарф или легкий палантин.

— Всё так же больше молчать?

— Да, для вас этот момент остаётся неизменным и тут. На данный момент вы не владеете ни одной темой, которую вы смогли бы достойно поддержать, находясь в обществе ангелов и Владыки. Поэтому, ваше время — только если вопрос задан конкретно вам.

Габи очень хотелось ему возразить, но она сдержалась. Но её глинтвейн всё же выдал её желание, делая вино более терпким, убирая пряности.

— Вы со мной не согласны? — демон удивленно вскинул бровь.

— Согласна, — она всё же опустила взгляд и убрала руки со стола. Чуть повернула лицо в сторону стеллажей. Он посмотрел на её профиль, ожидая снова почувствовать лёгкий укол.

Но этого не произошло.

Потому что её профиль был совершенно не похож на тот, что он ожидал увидеть.

Комментарий к Глава 12. Фаворитка.

Ну-с, лёд тронулся, господа присяжные))

========== Глава 13. Оригами. ==========

Они закончили с мебелью и с чистой совестью расположились на зеленой лужайке перед домом, греясь под лучами солнца.

— Ну, в принципе все хорошо, думаю ему понравится, — Люцифер сидел на траве, согнув ногу в колене и опираясь на него рукой, в которой держал травинку.

— Я тоже думаю понравится, — Вики лежала на траве, закинув руки за голову и подставляя солнцу лицо.

— Мне бы вашу уверенность, — Нимуэ задумчиво листала блокнот. — И всё-таки я заменю стол на овальный. Или нет, круглый, да. Круглый будет идеально.

— Ну, это уже без меня, у меня скоро встреча с отцом, сегодня моя очередь вычитывать сводки.

— Люцифер, ты справишься, мы это всю прошлую неделю тренировали.

— Я с этим конкурсом уже два занятия пропустила, странно, что мне еще не передали записку от отца, с одним словом.

— С каким? — Люцифер внимательно посмотрел на Нимуэ.

— «Уверена?» - обычно это означает, что я в большом косяке.

— Высокие у вас отношения, мой не пишет. Мой просто подходит и смотрит. И ты чувствуешь себя последним земляным червяком, которого выбросили на бетон и скрыться в земле он не может, а потому бьется головой о бетон и медленно умирает.

— Брррр, — Нимуэ поёжилась, — да, взгляд у Самаэля пронизывающий.

— Самаэля? — Люцифер посмотрел на Нимуэ, склонив голову.

— Ну, не поворачивается у меня язык называть его Сатана. Как-то обыденно, что ли.

— Что есть то есть, согласен. Его имя ему подходит. Только звучит оно редко, и только от ближайших к нему демонов.

Он шагнул из пространства, с удовольствием вдыхая воздух своего кабинета. Сокрытого от всех глаз. Иллюзия небольшого дома в одной комнате. Место его душевного равновесия. Место, где он мог позволить себе на несколько минут стать самим собой. Место, где принимались сложные решения. Место, где хранились воспоминания. Его личное место силы.

Комната с высокими потолками, с которых свисали огромные люстры в виде тонкой хаотично переплетенной паутины. Витражное окно во всю высоту стен. Камин с искусной лепкой. Гроздья свечей. Старинные картины. Мягкий ворс ковра. Широкие сиденья дивана. Почти без спинок, но с большим количеством подушек. Несколько столиков разной высоты. И простая, но широкая лестница на второй ярус в комнате, скрывающий просторную спальню.

Он любил это место. Тут была собрана значительная часть его истории. В картинах, что отражали его жизнь. В вещах, что стояли приятными пятнами на полках. В небольших коробках, что скрывались в недрах шкафа или комода. Маленькая часть его вечности. Но очень ёмкая по наполнению. Он часто бывал здесь в периоды небольшого отдыха, что он давал самому себе. Скидывая усталость, впитывая спокойствие и умиротворение этого места. Сюда же он приходил и тогда, когда нужно было всё взвесить, принять решение, от которого зависело многое. Судьба его людей. Судьба его дома, который когда-то создал он, назвав его Адом. Здесь была сокрыта маленькая часть его души.