Сердце демона

Вики болтала ногами, сидя на гранитной мантикоре. Нимуэ стояла внизу, пытаясь правильно разграничить пространство.

— Да, нет же, Нимуэ, диваны надо ближе к камину, чтобы когда вы начнете разбиваться на парочки, было уютнее вести беседу.

— Вики, какие парочки? Десять ангелов и четыре демона, и я.

— Нимуэ, ну вот я тебе еще раз повторяю, после вашего легкого ужина беседа примет более партикулярный характер. И тогда диваны у камина будут весьма кстати. А стол сдвинь в глубину залы.

— Но тогда куда мне деть музыкантов? Они же мне прямо в ухо над столом будут играть.

— В начале вечера поставь их вот сюда, в угол перед камином, а потом незаметно передвинешь их к выходу.

— Тогда надо урезать количество, чтобы легче было управлять.

— Ну, четырех исполнителей хватит, или ты оркестр собрала?

— Ну…

— А чего сразу не попросила прийти Винчесто и притащить с собой орган? Зачем тебе столько, если все должно быть тихо и ненавязчиво?

— Помимо этого должно быть красиво…

— Будет красиво. Три скрипки и гобой, вполне!

Они немного помолчали. Нимуэ взлетела на голову второй мантикоры и озадаченно уставилась на залу, пытаясь сложить в голове схему. Вики тихонечко болтала ногами, нервно подергивая ступней.

— Да не нервничай ты, он её не съест.

— Я знаю, но не могу не переживать.

— Да, она вполне себе ничего, милая девочка. Хорошо держалась на ланче.

— Да, я посмотрела. Не стушевалась, бойкая. Но в ней есть что-то еще. С первой встречи мне не дает покоя какое-то ощущение. Никак его не словлю.

— По-моему, ты слишком забиваешь себе голову. Вечером пойдешь?

— Да, посмотрю, что он там ей наговорил.

Нимуэ кивнула. Она слетела вниз, взяла листок бумаги и принялась вычерчивать залу. Пытаясь сдвинуть то столы, то музыкантов.

— И как он управится с десятью ангелами один за ужином?

— Ну, он же не один…

— Да нет, ты не поняла. Это же с каждой надо поговорить, уделить время.

— Я думаю, что время он уделит не всем. Хорошо, если с половиной из десяти поговорит. И то, ты же видела ланч. Он их прощупывает, сканирует. Словно видит их насквозь.

— Ну, на то он и Владыка Ада. Он должен видеть насквозь.

— Тебя он тоже просмотрел?

— Нет, у нас с ним своя история. Но я пару раз имела честь беседовать с ним. Он очень умен, он словно видит на несколько шагов вперед. Он мне нравится. Своей скрытой силой, своим талантом, своей выдержкой.

— Вики, а Геральд в курсе? — Нимуэ рассмеялась.

— Конечно. И он очень рад, что я вижу Владыку именно таким, каким знает его он. Мы вообще с Геральдом думаем одинаково. Это даже странно. Мы смотрим в одну сторону, думаем, чувствуем. Он - словно продолжение меня, а я - его. Это удивительное чувство. Когда плечом к плечу, рядом. Я очень надеюсь, что когда-нибудь на Небесах появится ангел, способный встать рядом с тобой. Это заставит твой мир заиграть другими красками.

— Вики, ты же знаешь, я утратила способность на некоторые чувства еще в детстве.

— Но это не значит, что ты не сможешь почувствовать опять. Ты же впустила меня в свою жизнь. И Люцифера, и Мими. Ты научилась дружить. Так что я не теряю надежды, что однажды и любить научишься.

— Я умею любить.

— Любовь к матери и любовь к мужчине это разные вещи, Нимуэ. Ты - один сплошной самоконтроль. Мне понадобилась уйма времени, чтобы хоть немного тебя разморозить. И мне очень нравится то, что скрыто внутри. И я очень хочу, чтобы ты раскрылась кому-то, кто будет достоин тебя. Ты сама этого достойна.

— Если бы я плохо тебя знала, я бы подумала, что столь неприкрытой лестью ты хочешь чего-то от меня добиться.

— Нет, просто у меня настроение сегодня такое.

— Повезло Геральду, его ждет явно нескучный вечер.

— Не завидуй, Нимуэ.

— И не думала, я рада за вас, правда. Хотя все равно не понимаю, как он тебя терпит. Ты же как заноза.

— Просто он знает, что молодую дурь из башки изгнать нельзя, но её можно спустить. Поэтому он просто позволяет мне спускать дурь вдали от него. Вот и весь секрет. Но если честно, он просто знал на что идет, поэтому выхода у него больше нет. Хотя я это называю простым человеческим словом. Он просто меня любит.

Нимуэ фыркнула и закатила глаза. Уокер рассмеялась и передразнила. И они обе в голос расхохотались. Люцифер стоял оперевшись о косяк двери и с удовольствием рассматривал демона и ангела. Если бы кто-то сказал ему однажды о том, что он будет водить тесную дружбу с Непризнанной, он сломал бы тому пару крыльев, и испепелил бы взглядом. Потому что Непризнанные - низшее звено. Расходный материал. Никто.

Однако несколько слов, сказанных однажды обладательницей серых крыльев на трибунах, изменили его мнение о ней. А потом он рассмотрел и другие её грани. А когда она сменила крылья он и вовсе записал её в свои официальные друзья, с дополнением «близкие». Ему было с ней интересно. Она не уступала ему в начитанности, и они могли спорить часами. Она была слабее физически, но с каждым разом их шутливые бои становились все более жесткими и осознанными. И его уже не удивило, когда в пятерке избранных оказалась именно она. И монотонные занятия обрели иные краски. Они не стесняясь обсуждали многое из того, о чём им говорили. Они не боялись спорить, прося Фариа их рассудить. Они не боялись спрашивать мнения у Геральда. У них у обоих была предрасположенность к тому, чему их обучали. И им обоим нужен был оппонент, чтобы отточить свое мастерство. Вики каким-то странным образом сгладила его острые углы, и открыла ему мир, в котором помимо силы огромную роль играло доверие и уважение. Словно доказывая ему правильность сказанных ею слов, тогда, на трибунах в школе.

Для Люцифера такие странные отношения были в новинку. А Уокер упорно звала это дружбой и взаимным уважением. И он, обучая чему-то её, сам с удовольствием учился у неё. Она была человеком, она всё видела иначе, всё наделяла какими-то словами и определениями. Это его забавляло. Но при этом раскрывало многие грани привычных вещей в ином свете.

А потом в их жизнь вошел ангел. Люцифер воспринял её настороженно. Пытаясь найти скрытый подвох. Но однажды они выпили чуть больше и выяснили отношения привычным способом, в драке. Сын Сатаны и Ангел, выросший на задворках империи. Они разнесли Уокер половину её маленького острова, но оглядывая нанесённые друг другу раны и ссадины впервые признали в другом достойного соперника. После этого они еще потягались пару раз, но оба были достойны и почти равны. И однажды, Люцифер просто произнес: «Мне жаль, что ты ангел». И это стало началом.

И вот сейчас, глядя на этих двоих, он в который раз не мог сдержать легкого удивления. Как эти непростые, достаточно сильные, уверенные и способные существа могут так откровенно и по-детски дурачиться, сидя на головах мантикор, заражая и его своей легкостью и весельем. Потому что ни одно общество его ближайших друзей, демонов, не приносило ему столько эмоций и чувств, сколько могли ему дать эти двое всего за пару часов проведенных вместе. И он уже не пытался противиться самому себе, когда понимал, что у него есть свободное время между его плотным графиком занятий и обязанностей. Он с радостью шёл к этим двоим, понимая, что Уокер была права как никогда. И скоро эта странная магия их маленького мира растворится и исчезнет. Но пока она существует, он насладится этим сполна.

— Ой, кто пришёл! Лютик-Лютик-Незабудка, — Нимуэ нарочно пропела шутливую песенку, которую как-то после пятой бутылки глифта они сочинили про Люцифера, перебирая его имя на разный лад. И Люцифер среагировал как обычно, молниеносно оказавшись рядом с Нимуэ и хватая её за шею, чтобы потом впечатать её крыльями в стену. Нимуэ улыбалась, беспомощно болтая ногами, пока Люцифер медленно её отпускал и прятал красное пламя в глубине своих глаз.