Страница 14 из 25
— Так вот, сидел он, значится, в нычке. Ну, тут вояки в Гетто нагрянули: техника, солдатня в полном обвесе, все дела. Вроде прошли, говорит. Только из нычки сунулся пацана к Томми отправить, как еще один отряд заходит, только мелкий сильно. Кольцо из десятка бойцов, а внутри кольца бабенка какая-то идет. В броне, но без оружия. Говорил, типа, сразу видно, что не из псов она, — Мелкий приложился к стакану.
— И что это за бабенка-то, по-твоему? — спросил Оливер.
— А хрен его знает. Только сказал тот мужик, что как посмотрел на нее, так чуть себе ствол в рот не засунул. Говорил, что если б задержался хоть на секунду у окна, точно бы пулю себе пустил, — Мелкий одним махом добил стакан и, слегка поморщившись, выдохнул. — Ох, хорошо пойло! Так вот, забился он обратно в нычку, да так всю облаву там и просидел. А пацана, что у него бегунком был, сам завалил, типа псы перехватили.
Мелкий замолчал, а Оливер на последние деньги взял им еще по стакану бурбона.
— Пей не торопясь, больше не будет, — сказал барыге Оливер.
— Ты думаешь, ты тут один такой добрый? — хитро ответил Мелкий.
— Надеюсь.
— Намек понял. Ладно, пора на хлеб зарабатывать.
Проигнорировав совет Оливера, Мелкий залпом выпил бурбон, встал из-за стойки и растворился в толпе. Оливер еще немного задержался, чтобы добить и свой. После он тоже встал и вышел из зала. Обратный путь по узкому коридору, заполненному бессознательными телами, — и он вновь на свежем воздухе. От гремящей музыки подпольного бара гудела голова, хотелось пройтись и прийти в себя. Оливер засунул руки в карманы куртки, намереваясь прогуляться по пустынным улицам, но вдруг понял, что нащупал какой-то клочок бумаги. Он достал его из кармана в надежде, что это одна из купюр, но это была записка. Медленно шевеля губами, по буквам, Оливер прочитал послание, написанное невероятно кривым почерком Мелкого: «Командир в городе».
* * *
Астрея сидела в процедурном кабинете медблока в ожидании врача, который зашьет рассеченную бровь. Очередной спарринг с Адикией прошел не в пользу старшей сестры. Пытаясь остановить кровь, она зажала рану вымоченным в холодной воде боксерским бинтом, но бровь все равно кровоточила и вдобавок распухала. Тренировки по рукопашному бою и физподготовка отнимали много времени и сил, частенько заканчивались травмами, но доктор Ивор постоянно твердил, что без контроля тела невозможен и контроль разума.
Младшая сестра опять ее, как она сама любит говорить, «ушатала». Хоть тренеры и следят за тем, чтобы они не использовали во время спаррингов свои модули, Адикия умудрялась каждый раз немного качнуть чашу весов в свою сторону. Вот и теперь Астрея опустила локоть, чтобы защитить бок от несуществующего удара ногой, и пропустила реальный удар в голову. Один-единственный раз Око сестры проскреблось через защиту Астреи, но этого хватило, чтобы опять проиграть.
Через несколько минут ожидания в процедурную вошел врач, который осмотрел девушку, обработал и зашил бровь и проверил состояние импланта — обязательная процедура после каждой тренировки. Все тот же Ивор твердил, чтобы сестры не били друг друга по шее и в основание черепа во избежание повреждения модуля, но в то же время допускал полный контакт с минимумом защиты.
За дверью процедурной она нос в нос столкнулась с сестрой. Адикия выглядела чуть виноватой, но от этого не менее довольной собой.
— Что, радуешься тому, что у тебя опять получилось использовать Око, а тренер не заметил? — Астрея была очень зла на сестру — бровь болела нещадно.
— Успокойся! У тебя тоже рыльце в пушку, — парировала Адикия.
В этом она была права. Старшая из сестер тоже постоянно пыталась во время спарринга вторгнуться в разум младшей, но у нее ничего не выходило. Во всяком случае, так, чтобы этого не засекли датчики. Со стороны это выглядело, будто она вместо отмычки пыталась использовать кузнечный молот.
— Нежнее надо, нежнее, — продолжила Адикия, — тем более ты сама отчасти виновата. Ты ждала удара ногой, а я просто немного помогла тебе поверить в это.
Тут она тоже была права. Удар левой ногой Адикии мог поспорить по силе с пушечным выстрелом, и Астрея всегда опасалась ее нижних атак. Но, как выяснилось, левой рукой она тоже бьет неплохо, и доказательством тому служила аккуратно зашитая врачом бровь Астреи.
— Ты идешь со мной к доктору Прайс? — вместо ответа спросила она.
— Да, конечно. Проще прийти к ней сразу, чем потом полчаса выслушивать нотации о важности исследований, — ответила Адикия и недовольно поджала губы. — Прайс постоянно занудствует, а Ивор ей в этом потакает. Не понимаю: в комплексе столько крутых спецов, а возится с нами только Анна.
— Что поделать, — ответила ей старшая сестра, идя по коридору в сторону лифтов.
Спустившись на нужный уровень, девушки двинулись к кабинету доктора Прайс. Вокруг сновал обслуживающий персонал и сотрудники лаборатории, но из-за того, что их модули были переведены в спящий режим, они чувствовали только отголоски их мыслей и эмоций. Но и этого хватало. Как любила повторять Адикия Ивору, который постоянно расспрашивал их о том, что они чувствуют во время использования Ока в различных режимах, это подобно далекому гулу толпы, в котором невозможно разобрать ни слова.
— Что-то сегодня все какие-то нервные, — тихо сказала сестре Адикия.
— Да нет, вроде как обычно.
— У тебя чувствительность просто как у бревна!
— Заткнись, — в этот момент они уже стояли у дверей в кабинет Анны.
Астрея постучалась и, не дожидаясь ответа, вошла внутрь. За ней в кабинет Прайс вошла и Адикия, аккуратно прикрыв за собой дверь. Внутри их ждали двое: сама доктор Прайс и какой-то тощий мужчина в кресле-каталке. Одет он был в больничную рубашку на голое тело и тапочки. Сестры удивились присутствию постороннего, тем более не врача, но виду не подали.