Осада

Хадрун, не дрогнув, встретил гневный взгляд принца. Он с— Я спрашивал, с кем он был? - прорычал Эсканор, шагнув к двери. Хадрун повернулся, чтобы прервать его. Сейчас я вас объявлю. - Мы будем прямо за вами, - сказал Эсканор, ловя дверь, когда чемберлен попытался ее закрыть. - Эльф должен немедленно приступить к занятиям.

- Ну конечно. Хадрун жестом пригласил Галаэрона и его спутников пройти, но Миес, Рафа и остальная свита принца остались позади. Они очутились в комнате, еще более мрачной, чем большой приемный зал, где мрак падал на их кожу, как пепел, и клочья теневого вещества проплывали мимо длинными дымными лентами. Когда Хадрун и Эсканор повели группу вперед, голоса невидимых шепчущих то поднимались, то опускались в окружающей темноте, и холодные мурашки пробежали по коже Галаэрона. Наконец, они приблизились к шепоту, который не затихал и по мере того, как они продолжали идти, в конце концов превратился в более полные тона нормальной речи. Галаэрон узнал в одном из говоривших женщину, а в другом-голос, обращавшийся к нему во дворе крыла. Прежде чем они подошли достаточно близко, чтобы понять, о чем идет речь, Хадрун заставил их опуститься на колени и прижаться лбами к полу. Два голоса перестали бормотать, затем воздух стал холодным и неподвижным. - Я знаю, как ты занят войной, Эсканор, - сказал Высочайший. Его голос был таким же свистящим и сильным, как и раньше. - Благодарю тебя за то, что ты принес мне это. Если принц и ответил, то Галаэрон его не услышал.

Вместо этого Хадрун сказал: -я устроил подношение от великана, Могучий.

- Подношение? Давай посмотрим. Воздух стал менее холодным, когда Высочайший отошел, затем ноги Эсканора появились рядом с головой Галаэрона. - Достаточно ли у тебя власти над своей тенью, чтобы держать язык за зубами, эльф? Если он этого не сделает, я могу его держать - сказала Вала. Эсканор рассматривал это, потом сказал: -Хорошо. Встаньте.

Галаэрон и остальные встали и оказались лицом к лестнице у подножия укутанного мраком помоста. Эсканор указал на заднюю часть отряда. - В его присутствии принято смотреть в лицо Высочайшему.

Галаэрон обернулся и увидел окутанную мраком фигуру, стоящую рядом с лодыжкой Ариса, голова в капюшоне повернута к статуе. Он начал медленно кружить вокруг нее, одобрительно кивая. Галаэрон мельком увидел пару платиновых глаз, сияющих из-под капюшона Высочацшего, но это было все, что он мог видеть. Сделав полный круг, он снова остановился у лодыжки Ариса. Мрак перед его телом закружился, послышались хлопки, затем он запрокинул голову, чтобы обратиться к гиганту-и Галаэрон все еще не мог видеть его лица.

- Воистину, ты не уступаешь ни одному создателю мрака в анклаве, - сказал Высочайший. -Я с гордостью выставлю её в Галерее Сокровищ вместе с лучшими произведениями искусства города. Ты оказываешь мне честь, превосходящую мои способности, - пророкотал Арис. -Если бы ты видел галереи рассказов в Тысяче Лиц до того, как они были уничтожены, ты бы знал, насколько слабы мои таланты. Фаэриммы многое отняли у всех нас - сказал Высочайший. - Я уверен, что их гибель не заменит того, что ты потерял, но знай, что они заплатят за это не только своими жизнями. Так обещал Мелегонт, и я тоже здесь - сказал Арис. - Спасибо.

Малик поразил Галаэрона и-судя по удивленным вздохам—всех остальных, появившись из темноты позади ног Ариса. Я тоже пришел с дарами - сказал он, сунув руку под мантию. – Единый поручил мне—- Стой! Руха мгновенно бросилась к нему, швыряя песок в его скрытую руку и произнося какую-то бединскую магию природы. Прежде чем она успела пройти достаточно далеко, чтобы Галаэрон понял, какое заклинание она собирается произнести, Высочайший жестом указал в ее сторону, и она оказалась вплетена в полдюжины темных щупалец. Ее вуаль продолжала трепетать, когда она произносила заклинание, но единственное, что выходило из-под нее, были облака темного пара.

Разве Хадрун не предупредил тебя, арфистка? – спросил Высочайший. -Что здесь делает Малик, тебя не касается.

Малик ухмыльнулся в сторону ведьмы, затем, все еще держа руку под одеждой, повернулся к Всевышнему. -Как я уже говорил, Единый— Твой подарок придется отложить на потом. Высочайший отодвинулся от маленького человечка. Хадрун договорится о времени. А теперь я действительно должен начать с Галаэроном. Если вы, остальные, извините нас, Рафа и Миес ждут, чтобы осмотреть дворец вместе с вами.

С этими словами он повернулся и исчез во мраке. Эсканор жестом подозвал валу к остальным. - Не стесняйся наслаждаться экскурсией вместе с остальными. Галаэрону будет хорошо с нами.

Вала шагнула ближе к Галаэрону. -Этого не случится. - Так и будет. - как ни вежлива была улыбка Эсканора, она тоже была полна клыков. -Тебе не о чем беспокоиться, пока он находится в обществе Высочайшего. Не было отброшено тени, которую Теламонт Тантул не смог бы укротить.

Тантул? - ахнул Галаэрон. -Так же, как и Мелегонт Тантул?

Принц кивнул. И Эсканор Тантул, - сказал он. -Все принцы тени - Тантулы. Свистящий голос Теламонта заполнил мрак вокруг них. - Эсканор!

Эсканор коротко поклонился Вале, затем взял Галаэрона за руку и повел прочь.

- Галаэрон? - позвала Вала. Я буду ... в порядке - сказал Галаэрон, задыхаясь на последнем слове. То ли он был взволнован, то ли испуган, он даже не мог сказать, но его сердце так сильно забилось в горле, что он едва мог дышать. - Встретимся на вилле.

- Когда?

Когда он закончит - сказал Эсканор. -Я сам приведу его. Они миновали статую и исчезли в темноте, а через дюжину шагов оказались на мезанине очень высокого, очень большого атриума. Через отверстие в центре он увидел, что под ним раскинулась половина континента Фаэрун, от Побережья Мечей на западе до огромной отмели жажды в пустыне Анаурох, от руин Арабеля на юге до Высокого льда на севере. В данный момент большая часть земли к западу от Анауроха была скрыта грозовыми облаками, в то время как все на Востоке было коричневым и выжженным нехарактерной для него засухой.

Я привел тебя в нашу военную комнату, чтобы показать, почему Анклав Шейдов удаляется от Эверески - произнес тоненький голос Теламонта Тантула. Ты хотел знать.

Да, - ответил Галаэрон.

Ты подозреваешь нас в том, что мы нарушили обещание моего сына, - продолжал Теламонт. Галаэрон прикусил язык, борясь с желанием сказать, что он знал об этом.

Говори свободно - настаивал Теламонт. -В военной комнате ни одно мнение не отвергается легко.

Очень хорошо. У Галаэрона так пересохло в горле, что слова застряли на дне. - Как нетерез, ты однажды потерял Анаурох из-за фаэриммов. Он помедлил, пытаясь отделить то, во что верил, от того, во что верила его тень, но Теламонт был не в настроении ждать. И ты веришь, что Мелегонт намеренно выпустил фаэриммов на Эвереску, чтобы Глубоководье и остальной Фаэрун были втянуты в нашу войну, - продолжил Высочайший. - Скажи, что ты имеешь в виду, эльф. Единственный способ жить со своей тенью-дать ей голос. - Ты сделал? - спросил Галаэрон с нарастающим гневом. Теламонт некоторое время молчал, и Галаэрон начал слышать другие голоса, доносившиеся из—за стены военного зала—тихо шепчущие или горячо обсуждающие, иногда даже смеющиеся или кричащие, -но когда он смотрел в сторону голосов, то никогда не видел больше нескольких пар светящихся глаз, обычно цвета драгоценных камней, но иногда металлического цвета королевского принца. несколько мгновений спустя Теламонт Тантул наконец ответил. - Вовлечение эльфов в войну было бы, конечно, полезным делом, но именно ты проломил Стену Шарнов. Как мы могли это предвидеть? В самом деле, как? Галаэрон задумался, а потом сказал: -Разбив склеп. Мелегонт, возможно, и не знал, что я приду, но он знал, что кто-то придет. Это, конечно, возможно - согласился Теламонт, - но можем ли мы, шадовары, быть достаточно умными, чтобы быть уверенными, что ты произнесешь нужное заклинание в нужное время? А если так, то не лучше ли нам быть союзниками, чем врагами? - спросил Эсканор.