Страница 92 из 105
Сердце замедлило своё биение. Оно будто утонило в густой тревоге. Дыхание сбилось и стало тяжёлым и жарким. Дрожащими руками подцепив баночку, я кое-как открыла и положила рядом с собой на скамейку крышечку.
Пить было страшно.
Со всем пониманием простого слова «надо» - было очень страшно.
У него был приторно-сладкий вкус, оседающий на языке вязкой горечью.
В какой-то момент появилось желание выплюнуть и не допивать, но я всё же переборола себя.
И выпила. Всё до последней капли.
А потом…
Что-то внутри не выдержало.
Слишком многое со мной успело произойти, слишком многое на меня свалилось. Мне казалось, что я сильная. Я хотела в это верить, хотела быть сильной, но, видимо, даже у этой внутренней силы есть предел.
Я свой перешла.
Честно, я вначале и не поняла, почему Аяр вдруг сгрёб меня в объятья, оторвал меня от скамейки и сам сел на моё место, прижимая к себе. Не понимала этого, тупо глядя на пустую бутылочку, пока её очертания вдруг не стали мутными, а по моим щекам не побежали горячие слёзы.
Молодец, Вика, докатилась до истерики.
А потом я просто молча давилась слезами, пачкая тёмную рубашку удерживающего меня Аяра. Он ничего не говорил, не укорял и не обвинял – просто держал, чуть покачивая, гладил мою спину и позволял мне переждать это безумие.
Не знаю, сколько времени прошло. Когда слёзы высохли, мы всё равно продолжали сидеть в темноте и тишине.
– Ты молодец, Снежинка, – прошептал Аяр, целуя меня в макушку, – я очень рад, что ты сделала это.
– Пойдём к маме, она переживает. – Никак не отреагировав на его слова, проговорила я и попыталась встать.
Вот только кто же меня пустил? Объятия, бывшие мягкими, нежными и успокаивающими, в один миг стали практически каменными, крепко меня удерживающими и не выпускающими.
– Снежинка, я не хочу, чтобы ты жалела об этом. – Горький смешок в ответ я сдержать не смогла. – Своим решением ты дала себе и своей маме шанс на новую, лучшую жизнь. Ты не будешь жалеть ни дня.
Да, возможно… И это «ни дня» начнётся завтра, а сегодня я хочу пожалеть об этом.
– Пойдём к маме. – Повторила я.
И Аяру пришлось нехотя разжать объятья.