Практическая психология. Конт

…Гости разъехались. Остались лишь горцы и маркиз. Сложные переговоры о союзе. Условия, гарантии, обязательства. Ведмедь сообщил, что из замка барона Линь ушли наемники, осталась только дружина. Значит, пока ждать нападения не стоило. И еще — вожди игушей упорно желали всучить конту хоть одну из девушек. Не хочет конт для себя, так, быть может, для сына присмотрим? Виктория применила все свои умения и дипломатию, чтобы отказаться от такой чести. Иверт остается с Крови как залог их дружбы. Этого достаточно. Зеленые насмешливые глаза и легкий поклон в знак согласия. Тепло, разливающееся в груди, и горечь от осознания, что никогда эти глаза не будут смотреть на нее с любовью. Зира, сидящая в седле как амазонка, ее нежный, едва коснувшийся щеки поцелуй. За эти дни они не сказали друг другу ни слова. Ком сожаления в груди, что конт не может ответить ей взаимностью. А рядом стоял Иверт, и Виктория чувствовала его всей кожей...

…Поездка в Рубежи за дочкой.

 

Стоп! Они отправились втроем. Конт с сыном и Тур в сопровождении пятерки охраны. Но до вески не доехали…

Упал ехавший впереди воин, одна стрела попала ему в лицо, вторая в грудь. И кожаный доспех не помог. Виктория приказала одному из охранников уводить мальчишек, а сама развернула Угля в сторону замка, и все… больше ничего не помнила.

Твою …! Где же она? Что с мальчиками?

Раздался звук открывающейся двери, и на конта полилась ледяная вода. Да так и утопить можно!

— Зачем вы его так сильно избили? — послышался недовольный незнакомый голос.

Так вот почему болели тело и голова. Это не последствия пьянки, это последствия обработки ногами. Она вспомнила, как старательно закрывала голову руками, подтянув колени к локтям. Судя по ощущениям, кости целы. Но отчего невозможно поднять руки? Привязаны?

— Этот… дрался, словно в него дух Вадия вошел. Двоих наших голыми руками убил. Вот парни и осерчали, — ответил второй мужчина.

Что-то в его речи было неправильным. Акцент? И что он такое сказал? Она убила двоих? Голыми руками? А пусть не лезут! Не помнит. Ничего не помнит.

— Вы упустили мальчишек и одного из воинов конта, — первый голос сочился ядом.

Спасибо, мразь, за прекрасные новости!

— Мы морские люди, а не земляные черви, — огрызнулся второй. — Надо было посылать людей барона.

— Я им не доверяю. Развяжите его. Кир Алан, вы меня слышите?

Слышит, слышит. Вот только не видит. Кто-то ухватил конта за плечи и дернул вперед, помогая сесть. Виктория зашипела от боли. Мужские руки сорвали с глаз повязку. Ксен. Судя по хламиде — Искореняющий. Какие прекрасные перспективы вырисовываются. А вот второй — очень интересная личность. И где-то она его видела. Вот только где… И тут Виктория вспомнила, где она видела это лицо. В зеркале! Напротив конта стоял, облокотившись о стену, Алан Валлид собственной персоной. Виктория с интересом присмотрелась. Нет, не двойник. Хотя сходство, несомненно, имелось. Но ростом ниже и в плечах уже, да и ноги кривые. Глаза светло-серые, а у нее почти черные.

И лицо слишком простецкое, не было в нем утонченного аристократизма, присущего киру Алану. Но для тех, кто никогда не видел настоящего бастарда короля — вполне, вполне. Так, судя по антуражу, это пыточная, а значит, будут задавать сложные вопросы. Забыть, что она Виктория! Он — Алан!

— Так это сын Айро, которого прятали в лесах у друидов? Волосы крашеные, сразу заметно, — произнес конт, растирая руки. Впрочем, это ей заметно, а для мужчин, может быть, и нет.

— Вы хорошо осведомлены, — в голосе ксена звучало разочарование. — Но раз вы так хорошо все знаете, то, может быть, сообщите, где находится корона Королей?

Виктория обвела взглядом камеру. Типичная пыточная. Победнее, чем та, что имелась в её замке. Но ей и этого хватит. В жаровне тлели угли, а на них лежал железный прут. Рядом на столике разложили инструменты, не вызывающие в душе ничего, кроме неприятного трепета. В потолок вбит крюк. Сидел конт на длинном столе с фиксаторами для рук и ног. «Здесь меня и похоронят, — с тоской подумала Виктория. — Знала бы, где эта чертовая корона, сказала бы».

— Если бы я знал, уже устроил бы торги и продал бы ее тому, кто даст больше, — искренне ответил конт.

— Тогда у нас есть к вам другое предложение, — вкрадчиво начал ксен.

— Излагай.

— Как ты разговариваешь с Приближенным?

Мир взорвался сотней кровавых осколков. Голова от удара откинулась назад, шея подозрительно хрустнула, прежде чем затылок впечатался в твердую столешницу. «Хана глазу», — была последняя мысль, прежде чем сознание уплыло в неизвестном направлении.

Повторное пробуждение было неприятным. Глаз не открывался, голова болела, а тело словно через центрифугу пропустили.

— Вы рискуете с двойником.

Этот голос конт узнал. Дорогой друг Кайрат. Значит, она в замке Линь, в плену у барона. Выходит, что горцы ошиблись, и наемники не ушли далеко. Или Ведмедь играет на два фронта.

«Но так глупо подставиться! Сдалась тебе эта дочка! Ведь знала, что ситуация сложная, что бастарда и корону ищут. Нужно было окопаться и сидеть за стенами Крови, продолжать наращивать силы и заниматься реорганизацией своей маленькой армии, а не шляться по округе с горсткой людей. Сама ведь поступила бы точно так же. Перестреляла бы всех из засады. А о детях ты подумала? Алан нужен, его бы не тронули, а Дарен, Тур? Виктория, тебе не кажется, что ты отупела в этом мире? Неужели мозги реципиента берут вверх? Где твои расчет, логика, осторожность, выдержка? Где хваленая интуиция? Ты совершенно не похожа на себя прежнюю. Если выберусь из этой заварушки, обещаю измениться!».