Страница 105 из 144
— Двое суток без еды в холодной, штраф три золотых и сбрить бороду.
— А бороду зачем? — удивленно спросил капитан. Тур, внимательно прислушивавшийся к разговору, тоже вопросительно поднял брови.
— Она тебя старит.
— Это жестоко, — по-стариковски прокряхтел Рэй, поднимаясь с пола и оглаживая бороду. — Кир Алан, а может, трое суток ареста, и бороду оставим? Я же без бороды как голый. Унизительно это.
— Рэй, я ведь могу придумать более унизительное наказание...
— Куда уж более?
— О! Привязать тебя у позорного столба и дать твоим воинам гнилые овощи, чтобы они потренировались в меткости. Или заставить орать: «Я старый глупый пень и больше никогда не буду обманывать кира Алана», — или вместо тюрьмы отправить на сутки в яму с помоями, или...
— Я понял! — Рэй поднял руки вверх. — Я сбрею бороду!
Виктория про себя улыбнулась, прекрасно понимая, что ей еще не раз придется столкнуться с желанием Рэя защитить воспитанника, но больше она ему спускать не собиралась.
— Рэй, ты ведь понимаешь, что в следующий раз я расценю такой поступок как предательство и повешу тебя на замковых воротах? — Капитан вздрогнул, на мгновение встретившись с контом взглядом. Очень холодным и жестким взглядом. — А теперь рассказывай, как ушел Алвис.
— Мы с Туром знали, что удержать Длань в плену невозможно. Парень сталкивался с Алвисом, когда был маркизом, а я тоже много слышал об умениях служителя Вадия. Мы думали кинуть его в холодную, пока вы не очнетесь. Я надеялся, что вы попробуете с ним договориться и дадите ему шанс. Когда в ваших должниках ходит сам Рука, это дает кое-какие преимущества. Вот и взял себе роль злого капитана, а вам оставил роль спасителя. И попросил Ольта присмотреть за вами. Но я и подумать не мог, что вы сделаете этот шанс настолько малым. Это ведь вы не закрыли цепь на ключ, а лишь соединили звенья дужками замка?
— Судя по тому, что Алвиса в подвале нет, он сумел воспользоваться даже этим призрачным шансом, — криво усмехнулся Алан.
Классический прием «плохой и хороший полицейский». А Рэй не такой простачок, каким хочет казаться. Все его, казалось бы, эмоциональные спонтанные поступки тщательно выверены и продуманы. Какие еще секреты хранит этот богатырь с простодушным лицом?
Виктория слушала рассказ Рэя с восхищением. Такой наглости от брата Искореняющего даже она не ожидала. Конечно, Рэй сам всего этого не видел, но, сопоставив факты и знания о Длани, он сделал, скорее всего, верные выводы. Когда конт ушел, Алвис без особого труда разъединил цепь, ограничивающую ручные кандалы, после чего стащил с глаз повязку и вытащил кляп. Потом банально вывернул левый большой палец из сустава и освободил руки. Тут и подоспел Ольт. Мальчишка не сдержал любопытства, увидев, как конт вышел из тюрьмы и что-то забросил в кусты. Первоначально раб собирался отдать свою находку Рэю, но затем решил, что просто замок испортился, и кир Алан выбросил ненужный ключ. Ольт попытался забыть о ключе, однако через несколько часов любопытство пересилило. В свое время любознательный паренек облазил Кровь и прекрасно знал, где в стене находятся отдушины, ведущие в камеры. А еще он слышал разговор конта и стражника и понимал, что плотник не может заинтересовать такого важного человека, как кир Алан, а кроме этого знал, что никаких игушей в Крови нет, потому что сам подметал полы в тюрьме после нападения Ястреба на замок. И все камеры были свободны. А значит, таинственный узник сидит в холодной. Он подкрался к отдушине и шепотом спросил: «Кто там?» — не рассчитывая на ответ. Просто, чтобы убедиться, что там никого нет. Но там кто-то был. И этот кто-то пообещал мальчишке-рабу десять золотых за любую обувь. «Здесь очень холодно, — жалостливо сообщил голос. — Ничего больше не надо, просто приоткрой дверь и брось обувь в щель, — прошептал он. — А потом вернись к отдушине, и я тебе расскажу, где лежат деньги. А завтра, после того как найдешь золото, приноси одеяло, и я дам тебе еще десять золотых». Ольт долго сомневался в честности пленника, но затем решил, что ничего не случится, если он попробует. За десять золотых можно безбедно жить несколько лет, и может быть, ему удастся выкупить свою свободу. Он стащил лапти у кого-то из рабов и, дождавшись, когда стражник отвлечется, юркнул в подвал. Ольт открыл дверь, не удержавшись, заглянул внутрь, а дальше он ничего не помнил.
Так как только четверо знали, кто же на самом деле заперт в холодной, никто не удивился, когда брат Искореняющий вышел из подвала, пряча руки в широких рукавах сутаны. Он сообщил удивленному стражнику, что наставлял на путь истины дебошира-плотника, после чего мелкими шажками направился к воротам в сопровождении Ольта. Воина на воротах поразила лишь обувь ксена. На нем были потертые лапти, и они при ходьбе почему-то позвякивали.
— Алвис не смог снять с ног кандалы, — усмехнулся Алан. — А его сутана висела в соседней камере. Спрятать под нею цепи и травмированную руку было легко. Что произошло дальше?
— Тур видел, как Длань покидает Кровь, но счел правильным не вмешиваться. Когда я вернулся, посадил Ольта под замок. Дарен попытался его освободить, за что был наказан братом Туридом. Я сказал ксену, что Ольт выпустил пленника-игуша. А еще, — Рэй выложил на стол клочок желтоватой бумаги, — это Алвис оставил вам.
Конт Валлид поднес бумагу к свече.
«Кир Алан, я вас прощаю. Сберегите мои вещи».
— Каков наглец! — Конт широко улыбнулся и тотчас нахмурился. — Рэй, приведи Ольта и Дарена.