Мой личный волшебник

Я спал, и мне снилась Кирсанова. В одних красных трусиках, красивая, доступная и очень страстная. Развратная богиня нагло домогалась меня. Встряхнула головой, и длинные пушистые волосы коснулись моего лица. Бляха-муха, как приятно! Продолжай, крошка! И малышка не подкачала. Возбужденно рыча, облизала мои губы. Потом спустилась ниже. Питоша замер, не веря в свое счастье, но богиня проигнорировала Одноглазого и принялась ласкать мою… ступню. Делала она это не совсем обычно, но очень страстно – царапала и покусывала, сначала нежно, потом более жестко. Когда я не выдержал и решил выдернуть ногу, намекая на дискомфорт, Кристина вновь поймала ее зубками и начала… грызть. Больно же, бляха-муха! Мне никогда не нравились такие понты как садо-мазо. Даже если на них настаивает девушка, от которой сносит крышу. И тут я проснулся. Сон! Это всего лишь сон! Но кто-то грызет мою ногу наяву. Не сон? Кирсанова проникла в мою квартиру с намерением покусать пальцы на моих ногах? потряс головой и окончательно проснулся. Пристав, бляха-муха! Вот кто на самом деле кусал мои нижние конечности, а если я ими дергал, ловко ловил "добычу". Это что же получается, пушистые волосы вовсе не волосы, а хвост Пристава? И это он облизывал мои губы, а не Кристина?! Бррр!! скинул котэ с кровати, разочарованно вздохнул:

– Че ж ты такой доставучий, Пристав? Че ты хочешь, че те надо?

Котэ посмотрел на меня как на последнего придурка и, подняв хвост, направился в сторону кухни. Намек понятен. Совсем забыл, что теперь живу у кота. Наполнил его миску кормом, но уснуть заново уже не получилось. Одолели мысли. Кирсанова согласилась навести порядок в библиотеке, это шанс побывать с ней в неформальной обстановке, а, следовательно, более тесно пообщаться, узнать получше, показать, что я круче ее айпишника во всех отношениях. Как ни странно, всему этому способствовали мои родители. Идея с библиотекой – мамина. Это она просила пригласить моего нового секретаря для помощи. Картина складывалась следующая. Днем к ним с визитом заезжал полковник. И не один. С Эллой! Маман чуть удар не хватил, но она, более хитрая, чем отец, позвала Эллочку на кухню, якобы помочь накрыть на стол, а сама начала разведывательные действия, пользуясь глупостью Элки. Похвалила, что та нашла свое счастье, мол, Егор – потрясающий мужчина, на что Эллочка ответила:

– Альбина Ильинична, Егор ниче так, но старый. Я вашего Антона люблю. Он молодой, красивый и при бабках.

Дальше маменька еле выдержала. Оказывается, Элка охмуряла дядю Егора, чтобы заставить меня ревновать, отказываться от меня она не собирается и своего добьется любым способом. Мама решила, что настойчивая глупость – взрывоопасная смесь и нужно действовать. От Агаты мама знала и про платье, про спасательную операцию ради Кирсановой, вот и догадалась, что "ее мальчик" влюбился, и это как раз вовремя, двадцать пять – прекрасное время для вступления в брак. Муж и дочь хором твердили, какая чудесная, скромная девушка новая секретарша, вот мама и пожелала лицезреть Кристину лично. Так что все складывалось хорошо. Почти. Потому что с нами, как выяснилось, отправится тетка Кирсановой, а Агатка не упустила возможность "подсунуть" своих киндеров. Такое количество народа уменьшало шансы на уединение, но выхода у меня не было. Я пообещал Агате забрать Марию и Кира, но сначала намеревался сделать еще одну важную вещь – сменить замки. Фирма "Запорчик" сработала оперативно, и совсем скоро я держал в руках связку новых ключей. Мой дом – снова моя крепость. Если Элла сунет свой наглый носик, то ее ждет крупный облом. Я запихал Пристава в переноску и двинулся в путь.

Котэ вел себя на удивление прилично. Зато Агаткины чертята отрывались по-полной. Несколько раз в автобусе я становился просто пунцовым. Хорошо, что Кирсанова, которой Машка постоянно что-то шептала на ухо, моего состояния не заметила. Еще я боялся тетки Кристины. Но она оказалась вовсе не злобной старухой, какой себе ее представлял, а весьма миловидной женщиной, сразившей нашего охранника наповал. Я смотрел на парочку флиртующих пенсионеров и сдерживался, чтобы не засмеяться в голос. Тетка Кирсановой оказалась с характером, это и отпугивало пузатого Казанову Гаврилыча, и притягивало одновременно. Когда шли к дому, я тащил сумки и любовался видом Кирсановой сзади. Она собрала волосы в хвост, и я отлично видел, какая у нее точеная шейка, маленькие аккуратные ушки. Мне хотелось сбросить баулы и припасть к этой шее губами, целовать ее не переставая. Масло в огонь подливал Питоша:

– Гля, какая у нее задница. Булки-то как прыгают! Вверх-вниз, вверх-вниз! Давай, получи к ним доступ, введи универсальный пароль для телочек, скажи, что ты ее любишь. По-любому, сработает.

Мне даже показалось, что Кирсанова все это почувствовала, потому что повернулась и уставилась на меня серыми глазищами. И я решился. Решился сказать Кристине сегодня же о своих чувствах. Нет, не потому что у нее аппетитные булки, а потому что мне это было надо. Вот только выберу подходящий момент для признания…

Но с моментом оказался напряг. Мешали то дети, то тетка, то маман. Потом вообще начался кошмар. Кир приволок кучу кошек, которые орали. Мама "пела" на пару с теткой Кристины, и от этого воя было вдвойне ужасней. Спасительная мысль озарила внезапно. Я предложил Кирсановой сбежать из дурдома. Надежды, что она согласится, было мало. Но она сказала "Да!"

Я зажал ее тонкие пальчики в своей лапище и потащил за собой. Хотел показать ей озеро Любви. Такое название озеро получило, потому что имело форму сердца. И было любимым местом для свиданий влюбленных парочек. Когда отодвинул густые ветки, и Кристина увидела местный водоем, то не смогла сдержать восхищения. Необычное, ярко-синее, с плавающими кувшинками, озеро и в самом деле выглядело потрясающе. А еще у меня в зарослях была припрятана небольшая лодка. Я подогнал судно к берегу: