Страница 10 из 17
Когда до заветной двери оставалась всего пара шагов, за спиной послышалось цепкое:
– Молодой человек, подождите!
Герман не хотел ждать, ведь его перерыв стремительно таял, но, бегло оглядевшись, понял, что быстро шагающие мужчина и женщина обращались именно к нему. Решив, что еще не растерял последние остатки приличия, чтобы убегать от обращающихся к нему людей, он остановился. Но спустя пару мгновений пожалел о своем решении.
– Скажите, вы верите в бога? – только подойдя, спросила у него немного запыхавшаяся женщина лет тридцати и пристально уставилась. Герман замялся. Он ждал кого угодно: заблудившихся туристов, плохо притворяющихся попрошаек или, хотя бы, старых добрых алкашей с кучей невероятных и грустных историй. Но только не этих. Теперь, когда у него появилась возможность разглядеть своих нежеланных собеседников, парню хватило одного взгляда, чтобы понять – перед ним сектанты. Чистая, выглаженная одежда, пустой и надменный взгляд и еще более неубедительные улыбки, чем у него.
Июльское солнце продолжало нещадно жарить Германа, и с очередной скатившейся капелькой пота по спине его смятение быстро сменилось раздражением.
– В кого? – неожиданно даже для себя, сорвался он на крик. – Конечно верю! Каждое третье полнолуние съедаю ритуальную миску плоти Его – спагетти! После этого выпиваю бутылку красного вина и ложусь спать с мыслями о великом Летающем Спагетти Монстре!
От удивления мужчина выронил из рук книгу, которую собирался предложить Герману за символическую плату в тысячу рублей, а женщина потрясенно охнула. Сам парень, устыдившись, что сорвался на совершенно незнакомых людей, пускай они и сами к нему подошли, тихо бросил:
– Извините, я спешу.
И поспешил скрыться в столовой, краем уха услышав, как женщина прошипела – «безбожник».
***
– Скажи, ты веришь в бога? – спросил Герман у чучела саблезубого тигра, стоящего в музее естественной истории. Этот злополучный вопрос уже два месяца мучал парня, разносясь болезненным эхом по сознанию.
– И что, мне сложно было ответить стандартное и вежливое «я очень спешу»? Нет же! Полез в бутылку… – продолжил он жаловаться молчаливому тигру, который словно пытался войти в искусственные заросли высокой травы и там спрятаться, но застыл на полушаге и был обречен оставаться единственным собеседником Германа. Все прочие от парня уже успели отказаться. Девушка бросила еще месяц назад, покрутив пальцем у виска и намекнув, что у парня с головой не в порядке. А друзья как неделю не отвечают на звонки. Родители и те внесли в черный список, поставив на своем первом эксперименте по улучшению генофонда страны крест.
– Так тебе и надо, тщедушный гордец! – послышался над ухом Германа знакомый до боли тоненький голосок, чуть не обеспечивший парню комфортабельное пребывание в комнате с мягкими стенами. Он раздраженно махнул рукой, отгоняя навязчивого мотылька, который стал терроризировать его сразу после встречи с сектантами. В начале все было безобидно: мотылек появлялся несколько раз в день, обвиняя парня в лени. Но чем больше проходило времени, тем чаще стал появляться мотылек, и теперь нежеланный проповедник постоянно следовал за Германом, комментируя каждый шаг. Соберется парень поесть, положит третью котлетку на тарелку, а у него над ухом тонкий, пронзительный голосок рассказывает о жутких страданиях голодных детей из неведомых Герману стран и называет чревоугодником. Раньше парень считал, что довольно стойко может переносить такое, и пытался игнорировать проповеди, но мотылек так настойчиво и красочно все описывал, что теперь каждый кусок еды давался Герману с трудом. За чревоугодником последовал блудник и, когда Герман пытался хотя бы обнять свою девушку, мерзкий голосок тут же зудел на ухо – «Прелюбодей! Развратник! Бесстыдник».
– Что стоишь, ленишься, когда столько людей страдает!? – продолжил свою проповедь мотылек, летая над головой Германа.
– Хочу и ленюсь! – в сотый раз прокричал он в ответ, под озадаченные взгляды немногих посетителей музея и одинокого охранника.
– А ты не этого хотеть должен! Знаю… Знаю, что в твоем сердце, сребролюбец проклятый! Только о том и думаешь, а не о других! – мотылек, издеваясь, пролетел у парня перед глазами, на мгновение подарив надежду, что его можно поймать. Герман неуклюже махнул своей тощей рукой, но только привлек еще больше озадаченных взглядов.
– Да что тебе надо от меня!? – парень вскочил с лавки и принялся тыкать в ловко уворачивающегося мотылька. – Я и лекарства пил, и к психиатру ходил, и свечку даже ставил! Что, других, что ли, не нашлось для твоих проповедей!? – выдохшись, он рухнул обратно и заплакал.
Люди в музее, окончательно ошарашенные тирадой Германа, бочком потянулись к выходу, опасливо косясь на него и перешептываясь. А охранник с тяжелым вздохом выдвинулся к нему. С виду парень был совсем хилый, но он все равно немного волновался – мало ли чего психи могут вытворить. Подойдя к Герману, он аккуратно похлопал того по спине.
– Ты как, парень?
– Он не отстаёт от меня! – принялся кричать Герман, отдаленно вспоминая, что после подобных выходок с ним и перестали разговаривать все знакомые. Но он все равно не мог удержаться. – Все говорит, что я грешник! Обвиняет! Будто я – самый ужасный человек на земле! Но я самый обычный! Обычный! – парень продолжал плакать и не унимался. – А все эти сектанты чертовы!
– Какие сектанты? – тупо спросил охранник, не понимая, что ему делать с этим сумасшедшим.
– Да эти! Ходят вечно со своими вопросами… – Герман всхлипнул. – Вот скажи, ты веришь в бога?
Охранник замялся на пару секунд, пытаясь подобрать слова так, чтобы еще больше не накрутить парня.
– Ну знаешь, сложно это… Я вот думаю: есть некая сущность…
– Вот!!! – парень вскочил с лавки и вцепился в рубашку опешившего охранника. – Я им так же сказал!!! Нормальный же ответ! А они… А этот мотылек!
Внезапно Герман замолк и отцепился от совсем уже ничего не понимающего охранника.
– Ты слышишь? – прошептал парень.
– Что? – ответил мужчина в форме, постепенно отступая от него.
– Он исчез… – одними губами произнес Герман и пулей побежал к выходу из музея.
Охранник облегченно вздохнул – псих сам убежал, и не придется вызывать полицию и заполнять кучу бумаг. Он вразвалочку пошел к своему посту, надеясь, что больше не увидит Германа, краем глаза заметил пролетевшую маленькую точку и услышал тоненький голосок:
– Смотри, какое пузо нажрал, чревоугодник!
Евгений Пономарев
Яндекс, чёртик и любовь
Завершив последний штрих, Вениамин удовлетворенно засопел. Пентаграмма получилась почти как на рисунке, только немного корявая. Но он решил, что сойдёт и так. Главное, чтобы линии не прерывались.
Теперь следовало расставить свечи. На подготовительном этапе здесь возникла проблема – нужны были чёрные, но где их взять? Недолго думая, Веня спёр у бабули обыкновенные парафиновые свечи и покрасил их кремом для обуви. Получилось очень даже неплохо.
Когда всё было готово, Веня уселся на траву ждать полуночи. Ночь была тёплой и безветренной. Полная луна заливала округу бледным светом, создавая иллюзию нереальности происходящего. Лишь трель цикад да гвалт лягушек из пруда неподалёку слегка нарушали магическую атмосферу таинственности. Рука непроизвольно потянулась к смартфону. Чтобы убить время, он начал просматривать ленту на фейсбуке.
Но вот запищал установленный заранее будильник. Вениамин зажёг свечи, из рюкзака достал пойманного накануне чёрного кота, положил его себе на правое плечо, как того требовала инструкция, и стал ждать появления Князя Тьмы.
Однако котяра, проявив жуткую несознательность, спокойно лежать на плече оккультиста категорически отказался. Он извивался, царапался и шипел. Чтобы хоть как-то совладать с нерадивым животным, Вениамин свободной рукой очень крепко ухватил того за загривок. От безысходности кот заорал дурным голосом – протяжно и громко.