Страница 15 из 36
Межгалактическое судно поражало своими объёмами. Так, наверное, должен был выглядеть любой небольшой город, если его заключить в коробку из железа и различных жаропрочных и холодостойких сплавов. Рядом тихо охнула поражённая объёмами машины Сонечка. Ася, в отличие от сестры, никаких чувств сейчас не испытывала. Девушка всё ещё не могла до конца поверить, что им троим удалось вырваться не только из привычных трущоб, но и с такой нелюбимой планеты. Волшебное, сказочное везение. Такого не бывает, по крайней мере, в её жизни.
Между тем, внизу корабля открылся люк, и шатл влетел внутрь.
Вылезали по очереди: Арталей, Ширт, охранники, Ангелина Васильевна, Сонечка и Ася.
- Ширт, покажи новеньким их каюту, - последовал приказ.
Помощник его высочества склонил голову в поклоне и направился вперёд.
Мимо стальных, холодных, даже визуально, стен, по коридорам, по пустым узким коридорам четвёрка дошла до высокой стальной лестницы.
- Здесь – общий сбор в случае тревоги и стоянка для шатла. На втором этаже – каюты персонала. На третьем – мы с принцем и охрана. Пищу принимают каждый в своей каюте. Нужду справлять там же, в санитарном блоке. Без вызова к его высочеству не появляться. По коридорам без причины не ходить. Всё ясно?
Семья кивнула вразнобой. Стали подниматься. Наверху – круг из кают.
- Ваши две с краю, возле лестницы. Открываются с помощью сканирования сетчатки. Выберите, с кем будет жить ребёнок.
Женщины переглянулись.
- Со мной, - тихо ответила мать.
Ширт равнодушно пожал плечами, подошел к крайней комнате, ввёл информацию в выдвинувшийся пульт, находившийся на уровне его пояса, жестом попросил будущих жильцов подойти. Сканирование прошло успешно, каюта открылась.
- Заселяйтесь.
Те же манипуляции были проделаны и с комнатой Аси.
Зайдя внутрь со своей старой сумкой, набитой необходимыми для первого времени вещами, девушка осмотрелась: неширокая койка, иллюминатор, сундук в углу, два стула. Всё выполнено из неизвестных материалов, больше всего напоминающих сталь. В стену возле двери была вмонтирована кнопка непонятного происхождения.
«Видимо, звонок для вызова персонала», - решила Ася.
Дверца в санитарный блок обнаружилась рядом с кнопкой. Внутри находились два тазика и дыра в полу. Негусто, но ради лучшей жизни немного потерпеть можно.
В сундуке нашлись простынка и два шерстяных одеяла.
Вздохнув, девушка принялась обустраиваться. Сначала – переодеться в домашнюю одежду, пижамного вида длинные штаны и плотную широкую футболку, затем – застелить постель: одеяло, потом простынка, в ноги - второе одеяло, чтобы было чем укрываться.
Едва Ася легла в постель, как свет погас сам. Сон не шёл. Мысли мешали расслабиться и уснуть. Почему-то вспоминался Димка с его доверчивым детским взглядом. Девушка пыталась убедить себя, что сделала всё правильно, что ей, как кормилице семьи, нужно первым делом позаботиться о матери и сестре, что у мальчика есть старший брат, любящий ребёнка. Получалось плохо. Червячок сомнения в душе грыз снова и снова.
Больше всего на свете бывшая поломойка ненавидела предательство, и вот, получается, предала сама, причем беззащитное существо – умственно неполноценного ребенка. Воспоминания, мысли, снова воспоминания… Голова кипела, как старая кастрюля на газовой горелке.
В конце концов усталость взяла своё, и Ася заснула. Разбудил уборщицу мелодичный звон. Несколько секунд, спросонок, девушка соображала, где находится, потом подумала, что звонят, вызывая её. Не переодеваясь, подскочила, подбежала к двери, дождалась, пока та откроется, выглянула было наружу и чуть не получила по лицу широкой мужской ладонью.
- Куда, дура? Внутрь! И дверь на замок!
Огромный детина, гаркнув указания, пролетел, как метеор, мимо. Плохо понимая, что именно случилось, Ася повиновалась.
Звон мешал заснуть. Вздохнув, уборщица вытащила из стоявшей в углу сумки тщательно завернутую в полиэтилен старую керамическую фигурку паренька и овечки. Подарок отца на десятилетие. Скорей всего, контрабандный товар, и, видимо, недешёвый, раритет все же. Но Ася понимала всё это сейчас. А тогда, почти девять лет назад, просто радовалась родительскому вниманию, так как бывал мужчина дома редко, но когда всё же появлялся, привозил подарки и жене, и дочери, и соседям. А потом погиб при невыясненных обстоятельствах, и фигурка осталась единственным напоминанием о родном человеке. Асе тогда только-только исполнилось шестнадцать. Соне – четыре. Мать, уже тогда страдавшая артритом, не способна была зарабатывать на проживание. Пришлось старшей дочери искать возможность заработка. Девушка считала счастьем найденную должность: да, тяжело, да, не престижно, но зато платили всегда в срок. И ведь, если откровенно говорить, именно благодаря этой работе Ася сейчас летела на космическом корабле в иную, лучшую, как ей хотелось верить, жизнь.