Страница 6 из 24
Поэтому я резво выбралась из-под одеяла, решив, что начинать новую жизнь надо как можно скорее и увереннее.
На звук колокольчика тотчас вошли служанки. Я приказала им найти для меня более деловой наряд, вспомнив, что на вчерашнем балу обе девушки из Стремительной Семерки были одеты очень практично.
Из комнаты я вышла, облаченная в длинное темное платье, подпоясанное широкой золотой лентой. На плечи служанки закрепили мне бархатную накидку, расшитую красной и золотой нитями. Закрытые туфли из мягкой темно-красной кожи были хорошо подогнаны под стопу благодаря шнуровке. В таком наряде я чувствовала себя вполне комфортно, могла свободно передвигаться и даже бегать, будь на то моя воля.
Одну из служанок я послала за завтраком, другой приказала узнать, когда меня сможет принять император.
Когда я уже сидела за столиком на веранде под окнами моей комнаты, и услужливый слуга наливал мне горячий напиток в миниатюрную чашку, вернулась вторая служанка и доложила, что император со своей «семеркой» уехал поутру то ли осматривать окрестности, то ли проверять войска, стоящие при офицерском лагере.
Признаться, самолюбие укололо, что Дима, прекрасно зная о моем положении, не удосужился сообщить мне о своих планах или хотя бы передать записку.
Я остро ощутила, что вовсе не вхожу в близкий круг доверенных лиц императора и, несмотря на благосклонное ко мне отношение Адрэа и Амироша, эти люди все равно остаются для меня чужими.
Не зная, чем занять себя после завтрака, я отправилась в библиотеку. Надо было зайти к Мефодию, но мне хотелось еще раз все обдумать в спокойной обстановке. К тому же я надеялась встретить своего товарища по несчастью в читальном зале – здесь мы провели немало часов, изучая медицинские книги, да и обстановка предполагала большие спокойствие и уединение, чем домик лекаря. К сожалению, в библиотеке Мефодия не оказалось. Я немного побродила среди книжных полок и решила полистать травник, который заинтересовал меня пару дней назад. Но в этот раз, как я ни старалась сосредоточиться на чтении, мысли постоянно улетали куда-то далеко.
То я злилась на судьбу, то обдумывала будущее, то размышляла о личности Димы-Атамурлана. Действительно ли мой одноклассник по крови – император или просто притворяется им? Земная история знавала многих лжеправителей, выдававших себя за погибших много лет назад принцев. Если же он действительно родился в Турмалоне, то как ему удалось попасть на Землю и потом вернуться на Эбери? Да и при любом раскладе было интересно, как он ощущал себя в роли императора после того как столько лет прожил на Земле среди простых людей?
Было бы здорово, несмотря на его высокое положение, стать Диме другом. В школе мы были в приятельских отношениях, несмотря на мою скрытую влюбленность. Но тот юноша, которого я знала несколько лет назад, и тот, что явился мне здесь – все равно что два разных человека. И здешний Дима действительно ощущает себя императором, повелителем мира, и ведет себя соответственно. И каким бы я его ни знала когда-то давно на другой планете, здесь я буду вынуждена держать дистанцию и кланяться ему в ноги, если возникнет такая необходимость.
Погруженная в свои мысли, я захлопнула книгу и покинула библиотеку, даже не кивнув на прощание старику-смотрителю.
Ноги сами принесли меня в сад, разбитый во внутреннем дворе резиденции. Уже начался июль, но ночью прошел легкий дождь, и в парке до сих пор веяло прохладой. Я шла по посыпанным гравием дорожкам, наслаждаясь скрипом камешков под туфлями.
«Вскоре будет уже три года, как я оказалась на Эбери. И мне вот-вот исполнится двадцать лет. Двадцать лет… На Земле я могла бы уже работать и заканчивать университет. А здесь я стала опытным шпионом, умелой охотницей, неплохим лекарем и родственницей императора».
Я улыбнулась собственным мыслям и уверенно направилась к домику лекаря. Атамурлан, конечно же, и для Мефодия придумал выход из положения и попросил меня по возможности поговорить с лекарем, но не раскрывать при этом, что сам он когда-то жил на Земле. Я понимала осторожность Димы – они с Мефодием не были знакомы, и император явно не хотел, чтобы третьи лица знали о его перемещениях между мирами. Может, именно поэтому он и мне не спешил ничего рассказывать. С другой стороны, ослушаться Атамурлана, который так стремительно приблизил меня к себе, я бы не решилась. А это значило, что мне опять придется врать.
Домик лекаря, как всегда, стоял открытым. Когда я подходила к высокому крыльцу, оттуда как раз вышла служанка с перевязанным пальцем. Я лишь слегка кивнула ей, как бы давая разрешение пройти, и она, склонив голову, прошмыгнула мимо меня.
«Вчера утром я сама была такой же, а теперь окружающие кланяются мне, лишь посмотрев на осанку и наряд».
Удивительно, как мало надо в этом мире, чтобы окружающие увидели в тебе высокородную особу вместо девочки на побегушках.
В этот момент мне почему-то стало стыдно за свою богатую накидку и золотые сережки. Но я решила не робеть и вошла в скромный домик лекаря с высоко поднятой головой.
Меф сидел за столом и листал какую-то книгу. Его лицо выражало лишь сосредоточенность. Мне вообще сложно было его понять. Он редко шел на диалог и вел себя совсем не так, как другие знакомые мне люди, попавшие в новые условия. Даже Кирилл, переживший не меньшие трудности в первые дни пребывания на Эбери, охотно сблизился со мной и постарался как можно скорее освоиться в новом мире, хотя мы тогда жили в двух жалких избушках посреди огромного дикого леса. Да и Энабел отнеслась к Эбери скорее как к новой территории для ее личных исследований. Но Мефодий был явно слеплен из другого теста.
Ощутив на себе мой взгляд, Мефодий оторвался от книги.
– Лика, где пропадала? – спросил он как-то отрешенно, так, что я даже не поняла, обратил ли он внимание на мой наряд.
– Меф, я пришла сообщить тебе, что ты зачислен в штат личных лекарей императора. Разумеется, пока что в статусе ученика. Ты, конечно, можешь отказаться, но не советую. Мне также удалось выяснить, что Атамурлан ничего не знает о Милоа. К сожалению, больше узнать я пока не смогла, но твое положение хотя бы стало более определенным.
Я специально вывалила информацию одним махом, но не вдаваясь в подробности. Я не могла рассказать Мефодию всю правду, но мне нужно было остаться с ним в достаточно хороших отношениях, чтобы он не проговорился кому-то про Триниан, и при этом отдалить его от императора – этого, судя по всему, хотел сам Атамурлан, и это так же было выгодно и мне.
Меф пожал плечами.
– И что теперь? Я со своими знаниями едва ли сгожусь даже на ученика.
– Поэтому, вероятно, тебя сначала отправят учиться. Но ты можешь отказаться и остаться здесь, если это тебе важно.
Меф снова пожал плечами.
– Я был бы рад узнать, что с Марго, и желательно все же встретиться с ней – даже если придется бежать в этот ваш Триниан и жить в горах. Если там больше землян и все знают правду – тем лучше для меня.
– Согласна, но пока это рискованно. Мы привлекли к себе слишком много внимания, – тут я нисколько не врала. – Надо подождать, пока все уляжется. У меня тоже появилась новая роль при дворе, и я намерена узнать как можно больше, пока есть возможность. Мне жаль, что я втянула тебя в свои дела, поэтому безопаснее всего тебе будет уехать, хоть в тот же Сиригар. А как закончишь обучение, я свяжусь с тобой и снабжу всем необходимым, чтобы ты мог добраться до Триниана. Может, даже отправимся вместе…
Меф задумчиво кивнул.
– А с тобой что будет?
– Я останусь при дворе императора.
– В роли кого?
– В роли его советницы. Если доберешься до Триниана или встретишь кого-то из Милоа в Угоре, передай, что мне удалось приблизиться к императору, и я использую все свои силы и умения, чтобы узнать как можно больше о его планах и об аномалии в Западных горах. Мне кажется, путешествия с Земли на Эбери не так уж редки для этого мира, и Милоа далеко не единственные гости здесь. Но пока у меня нет точных доказательств, поэтому я обязана все узнать наверняка. Возможно, это наш единственный шанс, понимаешь? Я не могу отступить, – хоть я и умолчала о том, что император прекрасно знает о Земле и даже жил там какое-то время, про свои намерения я рассказала Мефу вполне искренне.