Страница 25 из 132
Новое Шерское уложение
13 день пыльника (день битвы в ущелье Олой), Риль Суардис
Рональд шер Бастерхази, полпред Конвента в Валанте
Позавтракать не удалось. Едва Рональд вдохнул аромат кардамона и имбиря, смешанный с терпкостью шамьета, курящийся над чашкой пар сгустился и посинел, пахнуло жаркой сыростью и бамбуком. Рука дрогнула, горячий шамьет плеснул на кожу, но об ожоге Рональд мгновенно забыл: что значит такая ерунда, когда Паук добрался до него, несмотря на заблокированное зеркало и тщательно настроенные эфирные помехи! Задавив приступ паники, Рональд выставил барьер вокруг комнаты. Не хватало только, чтобы кто-то увидел!..
— Поставь чашку, — послышался из шамьета надтреснутый тенор. — Дубина. И почини зеркало.
— Да, учитель, — нацепив на лицо самую глупую и подобострастную улыбку, ответил Рональд и бережно опустил на стол чашку с извивающимися, словно гадюки, струями пара. — Светлого вам утра.
Нестерпимо хотелось бросить чашку на пол и наступить каблуком, как на настоящую гадюку. Но толку? Паук показал, что на все ухищрения ученика ему плевать. В следующий раз он выйдет из шкафа или без затей вышибет тростью двери.
— Отвратительное утро. — Пар образовал что-то вроде кривого окна и застыл. Там, за окном, проявился из радужных пятен сидящий в позе лотоса и на плавающем в пруду листе лотоса Паук. Словно жаба. Сморщенная, ядовитая и зубастая жаба. — Как ты можешь пить эту гадость?! Магда так и научила тебя приличным манерам.
Паук сморщил нос и помахал ладонью, отгоняя запах шамьета.
— Да, учитель, — склонил голову Рональд.
Повисло молчание. Рональд судорожно придумывал, что еще соврать, чтобы потянуть время. Подсунуть очередного мальчишку со светлым даром и прикинуться дубом, мол, похож ведь? Нет, в пятый раз этот финт не пройдет. А золотого шера, рожденного в один день с Шуалейдой — нет. И следов его нет.
Несколько мгновений Паук с интересом рассматривал его, даже не пытаясь взломать ментальную защиту. От этого взгляда в животе холодело, хотелось то ли провалиться в Ургаш, то ли нести оправдательную чушь и обещать что угодно, лишь бы Темнейший снова фыркал, морщился и грозил палкой.
— То есть ты ничего не сделал, — тихо и очень ровно сказал Паук.
— Сделал, — вытолкнул сквозь пересохшее горло Рональд. — Но чтобы был результат, нужно время. Шуалейда не выйдет за Люкреса.
— Очень убедительно, — так же равнодушно прервал его Паук. — На этом месте тебе следует поклясться именем предков и собственной шкурой.
— Зачем? — в тон Пауку ответил Рональд. — Если вы мне не доверяете, не вижу смысла разбрасываться клятвами. Или вы мне позволяете действовать, как я считаю правильным, или поручайте эту работу кому-то другому.
— За пятнадцать лет твои «правильные» действия не принесли результата. Мальчик не найден, девочка не у меня. Не вижу смысла дальше потакать твоей дури.
От бесцветного голоса учителя раскалывался череп и тошнило, перед глазами плясали цветные мушки: похоже, Паук ломился в Валанту, несмотря на запрет Светлейшего главы Конвента. Быть может, не сам, быть может, хотел вытянуть Рональда к себе, но это было ничуть не лучше.
Превозмогая дурноту, Рональд выстраивал барьеры, обрывал одну за другой нити дальней связи, но ничего не получалось. В комнате темнело, эфир клокотал, давил и корежил, словно горный оползень…
— Вы послали меня, учитель, потому что больше некого. — Рональд отчаянно блефовал, но ничего другого в гудящую от боли голову не приходило. — Никто на моем месте не добился бы большего.
— Большего, чем ничего? Думаю, пора поручить поиски мальчика Дюбрайну. Он конечно ублюдок, но по крайней мере не дубина.
— Вас же не устраивает смерть Шуалейды или ее сумасшествие. — Роне пожал плечами. — А более тонкие варианты требуют времени.
— Что ж, у тебя будет достаточно времени, Бастерхази. Целая вечность. Если Тодор даст согласие на ее брак, твое присутствие в Валанте потеряет для меня… — Паук вдруг поморщился и подался вперед. — Что у вас творится?!
Игла паучьего внимания вонзилась между глаз, чуть не заставив Рональда заорать — не от боли, а от облегчения и надежды. Это не Паук рвался в Валанту! Какой надо быть дубиной, чтобы не отличить спектр! Двуединые снизошли к молитвам своего сына и послали чудо, какое и как — неважно, потом разберемся!..
— Я же сказал, что результат будет. — Рональд криво усмехнулся и расправил плечи. — Раньше, чем я ожидал, но — извольте видеть. Она использовала темный дар.
— Ты уверен, что это — она? — Паук склонил голову, прислушиваясь. — И уверен, что она жива?
Рональд тоже прислушался, то есть попытался выделить из оглушительного и ослепительного хаоса что-то знакомое. Вроде — шаманская волшба, воздух, вода. Направление — юго-запад. Лишь бы только волшба зургов не убила девчонку, она же где-то там… нет, не убила! Шисова девчонка должна выжить!
— Уверен. — Рональд взял вторую чашку, отпил и сморщился: от безумства темных потоков шамьет стал горше хины, а в голове зазвонили наперебой колокола храмов Райны и Хисса. — Вы правы, учитель, Эйты варит отвратительную гадость.
— Наглый щенок. — Паук фыркнул. — Наглый и везучий. Твоя бабка была права, из тебя еще может выйти толк.
Он скрипуче рассмеялся, хлопнул ладонью по воде рядом с собой, подняв тучу брызг — часть из них попала на Рональда. Паук утер лоб и, посерьезнев, велел:
— Сегодня же почини зеркало и доложи. О том, что Шуалейда жива.
— Жива. Мне срочно нужна официальная бумага от Конвента, подтверждающая, что всплеск эфира порожден темным колдовством.