Страница 25 из 36
− Ты так много знаешь о видящих?
− В моей семье видящие рождаются через поколение. И всегда их избранным является кто-то из родственников. Хорошо, если это дальний родич. А представь, Константин, что видящую судьба связывает с родным братом. Представил? — Дмитрий бросил на меня острый как бритва взгляд.
− Но ведь это родственные чувства?..
− Не всегда. Иногда любовь накрывает, не оставляя выбора. Природу союза видящих-избранных до сих пор так и не смогли полностью понять. А людскую мораль сложно подстроить даже под исключительные обстоятельства. Вот и приходится всю жизнь страдать, скрывая чувства. Жить, зная, что тебе не ответят взаимностью, а если и повезёт, то можно стать изгоем. Жить, зная, что погибнешь вместе с тем, кого любишь. Ни один нормальный человек не позавидует видящим.
− А ты? — Дмитрий вздрогнул, я заметил это, ведь взгляда от него не отводил, заодно прислушиваясь к эмоциям нового знакомца. Гнев ушёл в сторону, осталась горечь и сожаление о чём-то мне непонятном.
− Мне нет смысла задумываться об этом. Просто хочу, чтобы Ольга прожила счастливую жизнь, по возможности долгую и рядом с любимым мужчиной. А ты… Слишком странная личность, чтобы не стать этому помехой.
− Слушай, я нормальный парень. С чего ты взял, что странный?
− Ты без раздумий встрял в чужую разборку. Спокойно и даже нагло разговаривал с весьма опасным человеком, и уж прости, не думаю, что ты принял Алексей Петровича за простачка-телохранителя. Он один из самых опасных людей в империи. И что-то подсказывает мне, это не единственное, что можно сказать о тебе. К тому же твоя фамилия Логинов, а среди членов этой семьи много… оригинальных личностей.
− Да уж, вот тут ты прав, − я усмехнулся, припоминая как почти такие же слова говорил и Дед, описывая семью своего старого друга. — Так почему Ольга должна рассерчать на такого защитника как ты, Дмитрий?
− Потому, что сейчас я скажу то, о чём говорить не должен. Это её право, но… Ольга твоя видящая.
− Шутишь?
− Нет. Два дня назад у неё произошла вторая инициация. Как и все видящие Ольга увидела в видении своего избранного. Тебя. Она напросилась в поездку с братом, чтобы встретиться именно с тобой.
− Так вот почему она так смотрела на меня, − пробормотал я, вспоминая первый взгляд Ольги на мосту среди дыма, огня и пролитой крови. — Я ничего не почувствовал. Почему?
− А ты и не должен, − вздохнул Дмитрий и я вдруг понял, что он устал. И причиной этого был не наш сумбурный трудный разговор, а нормальная человеческая усталость. Он что, всю ночь не спал? — Избранные до своей второй инициации не чувствуют связь со своей видящей или видящим. Она проявляется только после и ведёт их навстречу друг другу как нить Ариадны. Такова природа этого загадочного явления.
− Слушай, Дмитрий, выглядишь усталым.
− Форс-мажорные семейные обстоятельства. Пришлось всю ночь не спать. Собирался уже возвращаться домой, когда узнал о нападении на Браницких. Глаза начинают слипаться, − Дмитрий потряс головой, словно пытаясь стряхнуть нахлынувшее на него состояние.
− Давай я пересяду в машину к охране, а кто-то из твоих парней сменит тебя за рулём? Дорога длинная, машинка у тебя шустрая. Нельзя её вести в таком состоянии, − попытался я увещевать парня. Сам знаю, как это быть за рулём машины, когда сон и усталость пытаются взять своё.
− А сам не хочешь повести? — Дмитрий бросил на меня быстрый взгляд, в котором неожиданно заплясали смешинки. Что-то его настроение меняется как погода на море. То шторм, то штиль. Непонятный парень, но отчего-то чувствую себя рядом с ним абсолютно спокойно. Я нагло усмехнулся на его предложение и спросил в ответ:
− Пытаешься взять меня на слабо?
− Может быть. Так что? Рискнёшь повести мою девочку? — Дмитрий любовно провёл рукой по кожаной оплётке руля.
− Рискну. А сам рискнёшь? Или всё шуточки будешь шутить?
В ответ он посигналил охране, сообщая об остановке. Мы синхронно открыли дверцы и… поменялись местами под ошеломлёнными взглядами телохранителей. Дёрнувшийся Алексей Петрович и глазом не успел моргнуть, как «Фурия» вновь вернулась на дорогу. Я немного попридержал лошадок, привыкая к мягкому ходу машины. А потом… Это непередаваемое ощущение, когда под твоими руками рычит послушно мощный мотор, колёса поглощают километр за километром, а за окном мелькает размытыми красками пейзаж. Только скорость и единение с машиной. И отличный навигатор был мне в помощь. Перед тем, как расслабиться на пассажирском сиденье, Дмитрий вбил в него нужный маршрут. Да и машины охраны никуда бы мне свернуть не дали.
Я наслаждался дорогой, временами бросая взгляды на странного парня, на несколько лет старше меня нынешнего, который спокойно уснул рядом. Он вывалил на меня ворох обвинений, предостережений и сногсшибающей информации. Ольга Браницкая моя видящая? Н-да. Какой же спокойной всё же была моя жизнь в приюте. Но, стоило его покинуть и всё покатилось как огромный снежный ком. Теперь главное увернуться и не дать ему меня погрести под собой. Слишком много необычных встреч и событий произошли всего-то за пару дней. Огромные потери и необыкновенные встречи. Похоже, суздальский приют в старом монастыре был моим щитом от мира и тех проблем, которые поджидают меня в нём. Дед не обещал мне спокойной жизни, но так сразу? Жаль, что он до сих пор не объявился. Ольги рядом уже не было, ничего ведь не мешало появится? Но старого интригана всё ещё нет рядом. Я не беспокоюсь. Теперь он от меня никуда не денется. Сам сказал, что привязан к моей душе.
Дмитрий сменил меня часа через три, когда поспал. Выглядеть он стал и впрямь намного лучше. Мы остановились возле весьма приличного придорожного заведения, куда первым делом пошла охрана. Они сняли нам отдельный кабинет. Обед прошёл в мирной обстановке, но больше парень не стал заводить со мной странные разговоры. После трапезы все вновь отправились в путь. Мы ехали молча, каждый погрузившись в свои мысли. А меня не оставляло в покое чувство, что я где-то его всё же видел. Не вживую, нет. Такую яркую властную личность вряд ли возможно забыть. Тогда где? Телевидение? Газеты? Журналы? Может быть. О наследниках влиятельных родов часто пишут. Наличие «Фурии» у такого молодого парня подтверждает моё мнение, что Дмитрий принадлежит к одному из таких родов. Он привык повелевать, приказывать. У него это получается легко, словно тренировался многие годы. Но, с другой стороны, меня удивило то, насколько просто он позволил себе со мной общаться, совершенно проигнорировав мою фамильярность. И представляться полным именем он почему-то не стал. У меня возникло дикое предположение к какой из аристократических семей он принадлежит, но при нём лезть в свой коммуникатор я не стал.
− Прощаться не буду. Знаю, что ещё встретимся. — Дмитрий посмотрел мне в глаза, усмехнулся вновь почему-то грустно и… уехал, оставив меня у порога моего нового пристанища.
Я задумчиво посмотрел вслед его кортежу и повернулся к старому крепкому каменному дому в глубине такого же старого сада, что скрывались за высокой кованой оградой. Нажал на звонок, дождался привратника и, представившись, прошёл за ним. Меня проводили в большой кабинет, высокие окна которого были слегка прикрыты тяжёлыми портьерами. За массивным столом сидел пожилой мужчина с острым взглядом и строгими чертами лица. Седые волосы были зачёсаны назад, открывая умное породистое лицо настоящего аристократа. Он сидел, откинувшись на спинку кресла и с неподдельным интересом рассматривал меня. Мы не виделись с ним несколько лет, да и та первая и единственная наша встреча была скоротечной. Через несколько минут гляделок хозяин кабинета произнёс:
− Значит, время пришло. Немного раньше, чем ожидалось. Тем не менее… Рад тебя видеть, Константин Николаевич Разумовский. Наследник Разумника и пришелец из другого мира.
Глава восьмая
«Хм. Не знал, что ты посвятил Логинова в наши дела так глубоко», − попенял я немного Деду, который делал вид, что сидит в кресле, чуть левее от меня. «Игнат мой старый друг. И Костика он знал довольно хорошо. У вас с моим внуком разные характеры, так что он мог и догадаться. Лучше пусть знает и помогает тебе, чем строит догадки. Он не из тех, кто предаёт», − успокоил меня Дед.