Страница 97 из 131
Настя с хитринкой в глазах, лукавой улыбкой на лице встретила их на пороге. Она взяла из рук Дмитрия Катюшу, и пожелала приятно провести вечер. Дмитрий взял Машу за руку, когда спускались по лестнице, и, смеясь, проговорил:
- Наша Космодемьянская нас не подведет, не переживай.
- Что-то я не поняла, откуда у Вас эта героиня в обращении появилась.
И Дмитрий ей рассказал, как пытал Настю. Его рассказ занял, почти всю дорогу до театра, потому что он описывал его в лицах. Слушая его, Маша посмеивалась, и сказала, что в Дмитрии пропадает актерский талант и сцена теряет лучшего из лучших.
- Да, ну, как же, - воскликнул в ответ он, - я его применяю каждый день у себя на работе. Без умения лицедействовать там нечего делать.
Маша сдержанно рассмеялась..
- Я совсем забыла, что суд это тоже шоу, только поддержанное законом и властью.
Дмитрий удивился ее циничному высказыванию, откуда столько недоверия к людям. Приобретенный опыт, это в двадцать два года?
- Откуда такие глубокие познания? Жизненные?
- Будешь отрицать, что доведись нам с тобой судиться из-за Эрика, то тебе не был бы известен заранее его результат.
- Не отрицаю, - серьезно посмотрел он на нее. - Но ты ведь и не стала бы до этого доводить? - спросил он, нежно глядя в ее изумрудные глаза, - мне бы не хотелось, чтобы из твоих красивых глаз текли слезы.
Машу смутил его взгляд, ей показалась, что она в нем увидела любовь к себе, и боясь поверить в это, она отвела от него глаза, уставившись в окно автомобиля, за которым мелькали яркие огни города. Несколько секунд спустя она почувствовала, как на ее руку мягко легла мужская рука.
- Не вырывайся, - сказал хриплым голосом Дмитрий, заметив, что она напряглась. – Иначе, мы оба с тобой окажемся на обочине, - на ее удивленно брошенный взгляд, он дал объяснение, широко улыбаясь, глядя на дорогу, - ведь пытаясь тебя удержать, я могу бросить и руль.
Маша сердито посмотрела на него с мыслью «Ну и шуточки», но задорный вид Дмитрия, и хоть и с юмором данное пояснение, а также откровенное неироничное любование ею, покорили ее, и она весело рассмеялась.
- Боже, - воскликнул Дмитрий, слыша впервые ее свободный от всех условностей смех, - как я люблю…- и замолчал, но пауза длилась лишь секунду.
Маша замерла, резко оборвав смех, и услышала скованно произнесенные слова:
- Когда ты так легко смеешься.
После этого в машине установилась неловкая тишина. Дмитрий клял себя, что не смог сдержаться, ругал на чем свет стоит и думал, что такого раньше за ним не наблюдалось. Он обычно в начале размышлял, что надо сказать, и только потом говорил. Но видимо, совсем голову потерял из-за Марии.
Театр находился в старом двухэтажном здании, которое с фасада требовало очень хорошего ремонта. Такой сделала вывод Маша, когда выходила из автомобиля, но не это сейчас ее заботило. Она думала, верить ли последним словам Дмитрия, или самой досказать за него то слово, которое и должно идти после слов: Я люблю…».
- Частный театр, - пояснил Дмитрий, видя, что Маша как-то странно смотрит на дом, он не знал, что глубоко ошибается, отнесся ее взгляд насчет здания, – не смотри, что внешне, некрасивый, внутри он доведен до ума. Мой клиент, режиссер и совладелец театра, когда разводился с женой, она заявила на половину его доли. Вот мы и бились, пытаясь ей что-нибудь другое подсунуть, чтобы театр ей не достался. – Слушая его приятный густой голос, Маша отвлеклась от мыслей заботивших ее, и с интересом прислушалась к словам Дмитрия. - Аркадий Сафронович очень переживал, что если его Лиза доберется до его детища, ему придет полный развал. – Дмитрий поставил машину на сигнализацию, взял под руку Марию, и повел к зданию театра.
Слова Дмитрия подтвердились, когда они вошли вовнутрь. Фойе с первого взгляда сразу поражало человека своим дизайном. Бархат, зеркала, стулья, светильники под свечи, все под старину. Это заставило Машу затаить дыхание, и затем вырваться легкому вздоху.
- Я надеялся, что тебе здесь понравится, - с удовлетворением произнес Дмитрий, – в такой обстановке сразу чувствуешь себя принадлежащим к людям искусства. Не правда ли? – попытался вовлечь в разговор Марию Дмитрий.
Но она увлеченно рассматривала все и всех, находящихся в фойе. Дамы, разодетые в вечерние платья, мужчины в смокингах. Она посмотрела на Дмитрия, которые сдавал в гардероб их одежду. Он тоже был в солидном костюме с бабочкой. «Боже, - чуть не вскрикнула от ужаса она, - а я как сирота в этом черном Маринином платье, которое она мне отдала, так как ей оно чем-то не понравилось». Она взглянула в глаза своего сопровождающего, боясь увидеть в них презрение. Но слова Дмитрия заставили ее усомниться в своем предположении и успокоиться.
- Прекрасно выглядишь, Мария, - нежно улыбаясь ей, произнес он.