Любовное противостояние

- Поехали, - задумчиво сказал Дмитрий водителю, как-то обмякнув, после того как выпустил бушевавшего в нем демона зла. Он закрыл глаза, но перед ним тотчас появилась улыбка Марии, а в ушах зазвучал ее смех. Поведение двух подруг наводило его на неприятные для себя мысли. «Зачем надо от меня скрываться? – задал он вопрос, не понимая их поведения. – Чем я так неприятен и ужасен?» Размышляя и задавая себе бесконечно возникающий один и тот же вопрос, он снова начинал злиться. - Сдержанность меня покидает, когда речь идет о Марии, - повторился он. – Но так дело не пойдет. Мне надо сегодня же срочно поговорить с Настей, иначе, я заболею. Что же, это получается, я на своей груди пригрел предательницу?»

Дмитрий вечером сам уложил спать Эрика. Настя, ничего не подозревавшая о сгущающихся над ней тучах, смотрела последние на этот вечер развлекательные передачи по телевизору. Дмитрий вошел в зал и встал позади нее, бездумно глядя на экран телевизора, и, раздумывая, как бы тактичнее начать ее расспросить, о том, как она могла дойти до того, чтобы выступить против него, своего работодателя. Девушка, почувствовав его за своей спиной, обернулась с выражением удивления на лице.

- Я мешаю Вам спать? – спросила она его с извиняющейся улыбкой.

Дмитрий хотелось громко захохотать, прямо в тему сформулирован вопрос, и жестко ответить: «Да», потому что все эти интриги не давали ему теперь покоя и ночью.

- Может быть, - сдержанно двусмысленно ответил он. – Пойдем в кабинет, я хочу с тобой поговорить.

Настя замерла. До этого времени она ни разу не услышала от Дмитрия замечания в свой адрес. А тон, каким обратился к ней сейчас Дмитрий, говорил, что он чем-то в ее работе недоволен. Она еле поднялась с кресла, одеревенев, но мысли напротив, словно молнии бились в ее голове. «О чем он хочет поговорить? Надеюсь, не о Маше?» Она долго не могла на пульте попасть пальцем на кнопку отключения телевизора, так сильно они задрожали. На ее лице было выражения полного ужаса от предстоящего официального разговора. Еще больше ее угнетала неизвестность того, какой вопрос хотел бы обсудить Дмитрий Александрович.

Дмитрию стало противно, то ли оттого, что девчонка лгала ему столь долгое время, а теперь сразу расклеилась. То ли от своего действия, что собирался стать на уровень полиции, а Настя такая бесхитростная и сразу поняв, о чем может идти речь, стала переживать за свой проступок. Но раз решился все выяснить сегодня, надо было идти до конца, несмотря на разыгравшуюся в сердце жалость к девушке.

- Присядь, - показал он ей в кабинете на кресло.

Бедная девушка, молча, неловко села и провалилась в него. С минуту она выкарабкивалась из него, потом устроилась на краешке, вся пунцовая от смущения и стыда и со страхом в глазах. Все это время, Дмитрий стоял, опершись о стол, и молча взирал с высоты своего роста на ее действия.

- Я знаю, - мягко начал он, - что Мария приходит к нам.

На лице девушки выражение страха усилилось. Она побледнела, потом покраснела, но Дмитрий ничего не услышал в ответ. Настя не пыталась произнести ни одного слова в свое оправдание, лишь кусала зубами губы, явно нервничая, и усиленно рассматривала под ногами ковер.

- Будешь себя вести, как Космодемьянская на допросе? - мрачно пошутил Дмитрий.

- Вам лучше знать, как она вела себя, раз допрашивали, - пробормотала Настя, не поднимая на него своего взгляда.

Несколько секунд Дмитрий переваривал ее ответ, потом понял, что она имела в виду, и захохотал.

- Ты, что хочешь сказать, что не знаешь ничего про Космодемьянскую? – давясь смехом, спросил он.

- Откуда? Я же у Вас не работаю, - глухо ответила девушка, упорно стараясь отвести глаза от его лица.

- Во времена, во нравы, - простонал Дмитрий, давя снова прорывающийся у него смех. – Ну, ладно мы тут отвлеклись от темы, да и развлеклись, - но у Дмитрия невольно вновь прорвался смешок от воспоминания, сказанного Настей. – Ты лучше, скажи, как Вы додумались, с Марией так против меня действовать. Я думаю, тебя не прельщает перспектива увольнения?

- Нет, - коротко сказала девушка, но пояснений так и не дала.

Снова возникла длинная молчаливая пауза. Видя, что ожидание затягивается, и девушка не собирается ни оправдываться, ни предавать подругу, Дмитрий решил прекратить ее и свое мучения.

- Ладно, - вздохнув от безысходности, проговорил он, - иди спать.

Настя поднялась с кресла и, потупив взгляд, остановилась возле Дмитрия.

- Я уволена? – спросила она дрожащим голосом.

Дмитрию не хотелось, чтобы девушка так легко отделалась и тут же успокоилась. Он скривил в злой усмешке губы и сказал:

- Завтра я тебе скажу.

Девушка вышла из кабинета и тихо прикрыла за собой дверь. То ли показалось, то ли оно так и было, но ему послышался всхлип.

«Ну, вот довел Космодемьянскую до слез, - усмехнулся он про себя, - ничего в следующий раз впредь подумает, прежде, чем начнет козни против меня строить. А известие, что не уволена, слаще будет после слез, - добавил он про себя мысленно».

На следующее утро удивлению Дмитрия не было предела. Возле двери на выходе из квартиры, стояла дорожная сумка. Он, обалдело, смотрел на нее, размышляя, чья она и как сюда попала. Сзади послышался шорох. Настя, одетая в теплую куртку, стояла с Эриком на руках.