Страница 77 из 131
- Никто. Привет, Эрик, - устало улыбнулся он сыну. – Как он?
- Хорошо. Что неужели о ней никто не мог ничего рассказать? – задала она снова, тот же самый вопрос, но уже с небольшим дополнением слов.
- Никто. Ничего, - четко произнес Дмитрий, разделяя слова на слоги.
- Но так не бывает, - воскликнула девушка, - человек не может уехать, и чтобы об этом никто не знал. Такого не бывает, - повторилась она.
- Кроме того, что она указала в выписном листе, что она выбывает в Адлер, больше ничего не известно.
- Адлер? – громко и удивленно воскликнула Настя так, что в ее голосе перешел на визг.
Дмитрий удивленно посмотрел на нее, но увидел лишь явное смущение на ее лице от несдержанности.
- Да, кроме этого, никто ничего не знает, даже нотариус, а ведь он оформлял куплю-продажу ее квартиры, - сердясь, проговорил Дмитрий. – И вообще, твоя Маша с первых дней знакомства со мной доставляет мне только одни неприятности. Я не желаю больше ничего о ней слышать, - яростно воскликнул он, злой, как черт на эту святошу Марию. «Навязалась на мою голову», - проклял он ее мысленно.
Настя, изумленная всплеском его несдержанности, стояла с открытым ртом от изумления, и смотрела на него. «Как взаимны Ваши пожелания, - подумала она, - каждый бесится, как только услышит о другом. Хотя с Дмитрием Александровичем это первый случай, чаще Маша не хочет слышать о нем и не хочет видеть, - с сарказм так и сочился в ее мыслях. - Но Дмитрий Александрович…» В первый раз она видела его проявляющим так открыто сильное раздражение.
- Настенька, закрой, пожалуйста, рот, и приготовь что-нибудь поесть мне, - ровным голосом попросил он через секунду, подавляя в себе гнев. - Сегодня у меня был ужасный день, таких дней у меня на работе даже не было.
Он направился в ванную, чтобы принять душ. В ванной он взглянул в зеркало, и внимательно посмотрел на свое лицо.
- Ну и рожа, у тебя Шарапов, - прокомментировал он увиденное цитатой из известного фильма «Место встречи изменить нельзя».
Кроме, осунувшегося лица, на которое ранняя поездка наложила свой отпечаток, и устало глядевших печальных голубых глаз, ничего нового не увидел, поэтому Дмитрий скорчил сам себе рожу. Давно не чувствовал себя неудачником, а все потому, думал он, стоя под теплой водой душа, что дела клиентов никогда не принимал к сердцу. Но Мария занозой засела в нем, а как ее вытащить, даже врач не смог бы дать рецепта.