Ложный Нарцисс

— П-простите, — тихо произнесла Рин.

Кожа на руках горела от ударов. Она училась чайной церемонии уже несколько часов. Ноги затекли, по шее струйками стекал пот, а проклятый чай вечно получался недостаточно крепким, или кипяток проливался мимо чашки.

Наконец-то ей удалось сделать все идеально, но к этому моменту прошла даже усталость, оставив место лишь глухому смирению.

— Все еще не так хорошо, как я хочу, — прокомментировала Аямэ и выплеснула напиток в стоящую рядом лохань. — Но лучше, чем было до этого.

— Спасибо, — Рин медленно поклонилась, и прядка волос выбилась из её прически, упав на лоб.

— Кстати об этом, — Аямэ поднялась на ноги, словно бы и не сидела на коленях несколько часов кряду. — Возьми это.

С этими словами старуха протянула Рин флакончик, внутри которого плескалась какая-то жидкость.

— Твои волосы начинают раздражать, — пояснила Аямэ, и Рин испуганно отшатнулась.

— Я не буду красить их!

— Ты выкрасишь волосы, — спокойно приказала женщина. — Хозяйка традиционного отеля не может ходить с волосами как у этих бесчестных захватчиков.

— Моя мать — американка, так что ничего удивительного, что у меня волосы захватчиков! — гневно выпалила Рин и хотела было вскочить на ноги, но затекшие мышцы подвели её и она неловко завалилась на бок.

— Ладно, — Аямэ медленно открутила крышку. — Я сама это сделаю.

***

— На сегодня достаточно, — произнес Соитиро, и смерил меня равнодушным взглядом. — Ты ничего не можешь сделать толком, так что я начинаю жалеть о своем решении учить тебя. Ты — худший ученик, что у меня был.

На языке вертелись пара ласковых, но я предпочел промолчать. За два часа изнурительной тренировки я едва стоял на ногах.

Пошатываясь, я шел по направлению к своей комнате, и тут услышал отчаянный крик сестры.

— Не подходи! Не трогай меня!

Усталость и апатия слетели с меня в мгновение ока, и я резко распахнул решетчатую перегородку. Рин лежала на полу и пыталась отползти подальше, а старуха схватила её за волосы, занеся над золотыми прядями жуткого вида краску.

— Лен! — в голубых глазах сестры мелькнули слезы. Я резко ударил Аямэ по руке и флакончик с краской покатился, пачкая татами черными кляксами.

— Что ты творишь, мальчишка?! — гневно воскликнула старуха, но я крепко обнял Рин, и загородил собой.

— У меня тот же вопрос, бабушка, — с нажимом произнес я. — Что творите вы?

— Не смей поучать меня, — фыркнула она. — Твоя сестра должна выкрасить свои волосы иначе…

— Вы не посмеете и пальцем коснуться её волос, — тихо зверея произнес я. — А если попробуете, узнаете, что я могу с вами сделать.

В ответ на это старуха хрипло рассмеялась.

— Угрожаешь мне? Неужели ты еще не понял, что любое неповиновение и вас вышвырнуть из этого дома как котят. Твоя сестра — будущая хозяйка рёкана, она носит традиционные одежды, и её волосы должны соответствовать.

— У всех хозяек таких отелей темные волосы, — произнес я. — И ни одной блондинки. Вам хочется, чтобы рёкан процветал? Тогда пусть у него будет хозяйка с прекрасными золотыми волосами.

— Её волосы как у американки, жители нашего острова ненавидят этих бесчестных захватчиков!

— А разве в ваш рёкан приходят местные? — я изогнул бровь. — Поверьте, туристы с больших островов устали от темноволосых японок, а вот блондинки с голубыми глазами у них в большом почете.

— Бесстыдство! — ахнула старуха. — Чтобы в моём рёкане…

— Либо так, — я повернулся к выходу. — Либо мы покинем это место, а вы можете продолжать костенеть в своих устаревших представлениях о жизни.

Рин крепко сжала мою руку и смущенно потерлась щекой по мое плечо. Я слабо улыбнулся в ответ, но тут увидел на её коже красноватые ссадины.

— Как у вас рука поднялась? — гнев вспыхнул во мне с новой силой. — С меня хватит.

— Вы не посмеете! Вам некуда идти! — Аямэ всплеснула руками.

— Ошибаетесь, — я повернулся к ней спиной. — У нас есть целый мир, который более добр к нам, чем собственные дед с бабкой!

— Лен, — прошептала мне на ухо Рин. — Брось, мне совсем не больно.

— Я не позволю им и пальцем тебя тронуть, — я нежно погладил её покрасневшую кожу. — Идем…

Я уже коснулся двери, но тут услышал быстрые шаги, а после пожилая женщина рухнула на колени, и вцепилась в рукав моей формы.

— Остановись, Син-кун, — прошептала она. — Второй раз он этого не переживет.

Рин обеспокоенно охнула, а я замер не в силах поверить в происходящее. В усталых старческих глазах стояли настоящие слезы.

========== Такт 57: Недомолвки ==========

Яркое майское солнце освещало крышу двухэтажного здания школы. Я прислонился к ограждению, и вытащил из кармана пиджака пачку сигарет. Новая школьная форма висела на мне мешком, хотя Рин не уставала повторять, что из-за изнурительных тренировок деда я скоро превращусь в бодибилдера. Как всегда, она мне льстила.

Уроки уже закончились, так что я без опаски щелкнул зажигалкой, и медленно вдохнул в себя горьковатый дым. В поместье курить было нельзя — носу старухи Аяме позавидовала бы даже гончая. Узнай она о моей привычке, меня бы избили чем-то похуже, чем бамбуковый меч. При воспоминании о тренировках, спина и бока предательски заныла. Соитиро был беспощаден, наказывая за любую провинность. Но, как ни странно я уже привык к подобному. Всю свою жизнь я был предоставлен самому себе, и не получал должной поддержки со стороны отца. Суровость дедовского воспитания была для меня в новинку, и не вызывала отторжения. А может, после плена у наркобарона, я стал конченым мазохистом.

Внезапно до моего слуха донеслись шаги, а после на крыше появилась девушка в школьной форме. Дымом я предпочитал травиться в одиночестве, запрятавшись за трансформаторную будку, так что школьница меня не заметила. Щурясь от яркого солнца, она приблизилась к ограждению, а потом затравленно оглянувшись, вытащила из сумки маленький розовый конверт. Развернула его, но тут сильный ветер вырвал листок из её пальцев.

— Нет! — отчаянно воскликнула она, и бросилась ловить письмо. Ветер, словно насмехаясь, покружил листок в воздухе, а потом прибил его к моим ногам.

— К-кагами-кун?! — испуганно выпалила девушка и покраснела. Как оказалось, это была одна из моих одноклассниц. — А что ты здесь…

— Дышу воздухом, — спокойно ответил я, и затушил окурок о бетонный пол. — Сохранишь это в тайне?

— Конечно, — школьница понятливо кивнула, а после с опаской покосилась на листок в моих руках. Я не глядя протянул ей его, а потом произнес:

«Это кажется твое?»

— А.ага, — пробормотала она. — Но ты ведь прочел его?

— Прочел, — солгал я, и повернулся чтобы уйти. — Но вынужден тебе отказать. Прости.

На крыше повисло неловкое молчание. В эту школу я поступил всего пару дней назад, но уже успел обзавестись парочкой фанаток. Девушка передо мной была одной из них. Так что мне не нужно было читать послание, или о чем-то спрашивать.

— Но почему? — девушка сжала в руке листок. — В Токио у тебя осталась девушка или…

Послышался быстрый топот шагов, а потом на крышу выскочила разгневанная Рин.

— Лен! Снова ты здесь?! Я же предупреждала, что… — она скрестила руки на груди, но увидев постороннюю резко осеклась. Голубые глаза задержались на злополучном листке.

— Прости, я уже закончил, — миролюбиво произнес я. — Пошли, иначе опоздаем на паром.

— Кагами-кун, ты так и не ответил! — выпалила девушка. — У тебя есть кто-то в Токио?

Я едва не скрипнул зубами. Столица или провинция, — эти чертовы фанатки везде одинаковые!

— У него никого нет в Токио, — холодно произнесла Рин, и демонстративно взяла меня за руку. — У него есть кое-кто здесь. Так, что держись от него подальше, поняла?

Я невольно восхитился. Все-таки учение у бабушки Аяме не прошло даром, и сестра начала вести себя как настоящая леди. Одноклассница испуганно вздрогнула, но Рин уже направилась прочь.

***

Всю дорогу до острова, она напряженно молчала, и я тоже благоразумно помалкивал. В своей необоснованной ревности Рин могла переплюнуть даже меня.