Страница 118 из 140
— Надеюсь, что нет, — Рин завязала коробочку с орнаментом из шотландки. — Но даже если так, все считают, что Лен умер, поэтому вряд ли начнут какое-то расследование. Хоть бы тот пронырливый детектив перестал совать нос в чужие дела!
На часах было уже за полночь, когда девушки закончили приготовления к грядущему Дню Святого Валентина, и отправились спать. Засыпая, Рин все еще чувствовала во рту насыщенный вкус шоколада и корицы.
День Святого Валентина в Японии по праву мог считаться одним из самых безумных праздников. Витрины магазинов пестрели от разнообразия изделий из шоколада. Девушки скупали его килограммами, а парни устраивали соревнования по количеству полученных подарков.
— Господи, какие же они нервные, — прокомментировала Гуми, заметив в углу школьного двора очередную девушку, которая трясущимися руками вручала шоколад какому-то старшекласснику.
— Брось, Гуми, — Рин поправила на плече сумку. — Неужели ты никогда не смущаешься при Камуи?
— Вот еще, — не совсем искренне фыркнула зеленоволосая, а Кагамине лишь улыбнулась. Однако стоило ей войти в класс, как вся её веселость сошла на нет. На парте, за которой когда-то сидел Лен, лежали многочисленные свертки и коробочки с шоколадом.
— И что это значит? — Гуми мрачно нахмурилась, и обвела взглядом класс. Кто-то из девчонок стыдливо прятал глаза, а кто-то напротив, смотрел вызывающе. — Что за издевка?
— А что тебе не нравится, Мегпоид? — вперед вышла Амемия Нацуми. — Ты тоже можешь положить свой шоколад, мы не против.
— Дело не в этом! — выпалила Гуми и опасливо покосилась на молчаливую Рин. — Лен ведь уже не…
— Не смей говорить так! — истерично воскликнула какая-то девчонка. — Даже если Кагамине-кун не с нами, мы все равно любим его!
Внезапно Рин, не говоря ни слова, прошла между партами, и скрылась в подсобке. Среди девчонок пробежал взволнованный шепот. Спустя минуту, она вернулась с мусорной корзиной. Ощущая на себе десятки взглядов, она приблизилась к парте Лена.
— Т-ты, что это делаешь?! — завопила Нацуми, когда блондинка просто сгребла весь шоколад в корзину. — Прекрати!
Одноклассницы завопили как разгневанные чайки, но Рин очистила парту от конфет, а потом спокойно произнесла:
— Я просто убирала мусор.
На лице Амемии проступил гневный румянец, но тут в класс вошел учитель, и всем пришлось спешно вернуться на свои места. Однако весь остаток дня, Рин то и дело ловила на себе ненавистные взгляды одноклассниц.
После уроков, она вместе с Гуми должна была ехать в больницу к Лену.
— Рин, — Гуми обеспокоенно заглянула подруге в глаза. — Ты уверена, что все будет в порядке. Амемия здорово на тебя разозлилась, а я-то знаю, какая она стерва.
— Не волнуйся, Гуми, — Рин спрятала туфли в шкафчик. — Она ничего мне не сделает.
Девушки уже вышли из ворот школы, но тут взгляд Рин наткнулся на знакомый автомобиль и внутри все перевернулось.
— Здравствуйте, синьорины, — Леонард, сверкнул солнцезащитными очками. — Не составите мне компанию?
— Мама учила меня не садиться в машины к незнакомцам, — холодно произнесла Рин. — Идем, Гуми…
— А еще мама учила тебя не грубить старшим, — стекло машины опустилось, и Лейла одарила дочь неприязненными взглядом. — Садись в машину, это касается твоего будущего…
— Мое будущее тебя не касается, — Рин повернулась и уже сделала шаг, но тут в голосе матери появились елейные нотки.
— А еще будущее твоего брата.
Рин нервно сглотнула, и бросила на Гуми извиняющийся взгляд. Она же лишь пожала плечами и произнесла: «Иди, я передам ему, что ты слегка задержишься».
— Привет, Рин, — Оливер слабо улыбнулся, когда Кагамине устроилась на сиденье. — С Днем Святого Валентина.
— В Японии девушек с этим праздником не поздравляют, — прохладно произнесла Рин. — Но спасибо, что напомнил, держи.
С этими словами она вручила ему небольшую коробочку с конфетами.
— Ой, как мило, — Лейла кисло улыбнулась. — Самодельный шоколад, это дорогого стоит!
— Я сделала его сама, но это — дружеский шоколад, — подчеркнула Рин, и выжидательно уставилась на мать. — Ну и о чем ты хотела поговорить?
Автомобиль мягко тронулся с места, медленно влившись в транспортный поток.
— Убавь свою дерзость, милая моя, — женщина тряхнула светлыми волосами. — Пока тебе не стукнет восемнадцать, ты под моей опекой, поэтому будь почтительнее. Сегодня я встретилась с Леном, и боже не смотри на меня так, я просто с ним поговорила.
— О чем? — резко спросила Рин.
— О том, что теперь нам со всем этим делать, — Лейла бросила взгляд на своего новоиспеченного супруга. — Врачи говорят, что он идет на поправку, но для полного выздоровления ему необходимо еще несколько месяцев. Увы, я не могу быть здесь так долго, так что он присоединиться к нам, как только ему…
— Что значит к нам? — Рин с подозрением посмотрела на мать.
— Боже, мы же говорили об этом! — всплеснула руками Лейла. — Ты уедешь с нами в Милан.
— Черта с два я с тобой поеду! — выпалила Рин и бросила на Оливера злой взгляд. — И с тобой тоже! Оставьте нас в покое, мы теперь сами по себе!
В салоне автомобиля повисла гнетущая тишина. Оливер рассеяно рассматривал коробку с шоколадом, Лейла картинно прижимала ладонь ко лбу, итальянца же явно забавляла эта ситуация.
Внезапно машина затормозила рядом с дорогим отелем.
— Оливер, и ты Лео, — Лейла одарила их слащавыми улыбками. — Оставьте нас наедине, хорошо?
Мальчик с беспокойством взглянул на Рин, и первым покинул салон, следом за ним удалился итальянец, одарив девушку томным взглядом.
— Значит, сами по себе? — Рейра скрестила руки на груди, в её голубых глазах бушевал ураган. — И как давно это у вас началось?
— Что? — Рин надеялась, что ослышалась.
— Не строй из себя невинность, дорогуша, — прорычала Лейла и её ладонь больно сдавила подбородок девушки. — Я знаю, что ты и твой брат делали, пока я отсутствовала! Омерзительно!
Женщина оттолкнула дочь, и та больно ударилась плечом о дверцу машины. Сердце бухало где-то в горле, а кончики пальцев похолодели.
— Если бы я только знала, — блондинка презрительно скривила губы. — Отказалась бы от вас еще в младенчестве, но в память о вашем блаженном отце, я продолжу заботиться о вас. В Италии много закрытых пансионов с религиозным уклоном, там из вас выбьют всю эту дурь и…
— Только попробуй, — прошипела Рин, стискивая кулаки. — И ты узнаешь, на что мы способны.
Лейла издевательски рассмеялась
— Вы? Ну и что вы можете? Лен окончательно сломлен, ты просто слабая девчонка. К тому же, ты еще и глупа. Тебе следовало бы ответить Оливеру взаимностью, и он сделал бы тебя богатой английской леди, но ты предпочитаешь и дальше отдаваться греху со своим братом. Господи, мне противно даже думать об этом!
— Так не думай! — воскликнула Рин. — Оставь нас, если мы такие грязные! Но знай, что твой ненаглядный итальянец тоже не прост! Как думаешь, кто ему больше по вкусу, юная девушка или молодящаяся старуха?!
***
— Лен, а Лен! Будешь моим Валентином? — в дверь палаты протиснулась девушка с гривой буйных зеленых кудрей и протянула мне коробочку с конфетами. — Вот, сама делала!
— Тогда я лучше отдам это в отделение вирусологии, — я неловко взял конфету деревянными пальцами левой руки. — Вдруг это новое биологической оружие?
— Шутки у тебя плоские, как твоя задница, — проворчала Гуми. — Я вообще-то старалась.
— Ладно-ладно, — я откусил маленький кусочек. — Спасибо, весьма недурно.
— Ага, как же, — закатила глаза Мегпоид. — Хотелось бы мне увидеть, как Рин вручает тебе свой шоколад!
— А я был бы не прочь поглядеть на то, как ты будешь краснеть и ломаться перед Гакупо, — усмехнулся я. — Дай угадаю, его шоколад со вкусом баклажана?
— Лен, ну ты и придурок!
***
Студия была залита яркими огнями софитов. Повсюду сновали знаменитые дизайнеры и фотографы, так что Гуми, несмотря на свою природную энергичность несколько оробела. Однако сжав в пальцах квадратную коробочку с конфетами, смело шагнула в сторону большого стенда, на фоне которого позировал знакомый ей парень. Его длинные фиолетовые волосы, всегда собранные в хвост, сейчас свободно струились по спине, а черная рубашка была полностью расстегнута.