Страница 109 из 140
— Ничего! — Куро тщетно пытался услышать пульс. — А вдруг он…
— Дай сюда! — Кайто отстранил парня, а после рывком разорвал рубашку на груди блондина и врезал чуть правее сердца.
Лен хрипло выдохнул и судорожно закашлялся. В это мгновение дверь в подвал распахнулась.
— Слава богу! Мы спасены!
В подвал ворвались пятеро вооруженных головорезов, но судя по шрамованным лицам и настоящим пушкам — это были не охранники особняка.
— Фы ишь глафного дома? — прошамкал Асами, баюкая свою искалеченную руку. — Скорее шхватите этих…
— Кого тут надо схватить, — следом за телохранителями, в подвале появился молодой человек, на правой щеке которого змеился белый шрам. — Решу я.
В помещении повисла тишина. Мужчина внимательно окинул взглядом всех присутствующих, и от его холодного взгляда всем стало как-то не по себе.
— Р-рюдзи-кун! — Асами раболепно наклонил голову. — Молодой госпо…
— Заткнись, Асами, — обрубил наследник синдиката. — Почему твои люди не могут защитить особняк от босодзоку?!
— Я.я не виноват! — наркобарон униженно подполз на коленях. — Я просто устроил вечеринку без галстуков, а они напали!
— И без штанов, как я вижу, — презрительно скривил губы Рюдзи, мазнув взглядом по раздетым мужикам. — Отвратительно!
— Может быть вы перестанете трепаться и выпустите нас?! — громкий возмущенный вопль Куро заставил всех посмотреть на него. — Мой друг вот-вот умрет, а вы тут!
— Да как ты смеешь перебивать молодого босса! — один из головорезов вскинул пистолет, но тут ему в висок уткнулось холодное дуло глока.
— Пули резиновые, но с такого расстояния тебе пробьет височную кость, — тихо произнес Сион.
— Такамацу Рюдзи, — учтиво произнес Камуи, но его пальцы крепко сжимали рукоять катаны. — Этот наркоделец похитил нашего друга и долго издевался над ним, вы и сами видите, не так ли? Собранный выкуп его не устроил, поэтому нам пришлось действовать самим.
— Ты лидер «Кишина»? — хмыкнул якудза, окинув взглядом самурайское одеяние Гакупо. — И что, теперь я должен простить вам нападение на дом члена нашей семьи, пусть даже он конченный кусок дерьма.
— Этот парень, — Камуи кивнул в сторону блондина. — Тоже член нашей семьи.
— Правда, что ли? — издевательски произнес Рюдзи. — И что теперь? Уж не хочешь ли ты сказать, что его затащили в это дело против его воли? Что он сам не понимал, какие последствия его ждут?
— Я не знаю, что в голове этого ребенка, — покачал головой Гакупо. — Но каким бы он ни был — он наш товарищ. Разве для вас это пустой звук?
— Но он не мой товарищ, а вот Асами…
— Избивал и насиловал подростка, — ледяным тоном произнес Камуи. — Которому не многим больше, чем вашей невесте.
На жестоком лице Такамацу не дрогнул ни один мускул, но его глаза метали молнии.
— Выкуп, сколько вы отдали?
— Около тридцати миллионов, — подал голос Сион.
— «Белый тигр» возместит вам убытки, — молодой глава быстро взглянул на Лена, голова которого покоилась на коленях взволнованного Куро. — В том числе и лечение пострадавшего.
— Р-рю… — заскулил Асами, но наткнувшись на взгляд начальника тут же заткнулся.
— Для тебя я — молодой глава, — холодно произнес он. — И еще, оябуну* будет очень интересно узнать о твоих пристрастиях.
***
В квартире Кагамине монотонно бормотал телевизор, а Лука и Гуми уже давно забылись беспокойным сном прямо в гостиной, но Рин просто места себе не находила. Бродила по всему дому, рассеяно перекладывала вещи с места на место. В конечном итоге, девушка заперлась в комнате брата, и свернувшись калачиком на холодной кровати, смотрела в темноту. Время тянулось мучительно долго.
В её голове ярким калейдоскопом вертелись события её недолгой жизни. Удивительно как она не замечала этого раньше, но почти все её воспоминания были прямо или косвенно связаны с Леном.
Летние каникулы на Окинаве. Размеренная жизнь южного городка. Переезд в столицу. Криптон. Смерть отца и…
В этот миг прихожую разорвал телефонный звонок. Не помня себя, Рин подскочила на ноги и вихрем вылетела из спальни. Из гостиной выскочила сонная и помятая Гуми.
— Оно?! — в зеленых глазах плескалась тревога.
Вместо ответа Рин ударила по кнопке громкой связи.
— Рин-чан? Это Мейко! Слышите меня?
Рин открыла рот, но язык будто приклеился к небу, а в горле пересохло.
— Да, Сакине-сан! — Гуми нервно обхватила себя руками.
— Только что звонил Камуи, они забрали его!
— Слава богу! — Мегпоид выдохнула, а Рин ощутила, как закружилась голова от облегчения, но как оказалось — зря.
— Вот только, — Сакине замялась. — Он очень плох.
Комментарий к Такт 47: Товарищество
1. Босодзоку - банды байкеров со своей иерархией и законами. Ныне уже вымирающий вид мелких преступников.
2. Кишин - от яп. “злой дух”.
3. Снафф-видео - вид запрещенного видео-контента, где демонстрируются реальные пытки, убийства, изнасилования и т.д. Прошу вас, не гуглите это!
3. Оябун - глава клана якудза.
========== Такт 48: Айдол больше не с нами ==========
Сознание возвращалось ко мне фрагментарно. Глаза застилала кромешная тьма. В ватной тишине я не слышал даже собственного дыхания. Я был совершенно один в этой пугающей пустоте. Уяснив эту нехитрую истину, я задался куда более насущным вопросом. «Кто этот самый я?»
Любые попытки вспомнить ни к чему не приводили. В голове было пусто, как в могиле, куда забыли опустить мертвеца. Мое тело превратилось в оболочку без содержимого, но это ничуть не беспокоило, а напротив — дарило странный, неведомый ранее покой. Раз уж быть пустышкой так приятно, то почему бы не остаться таким навсегда?
Однако пустота рассудила иначе, и внезапно в тишине послышался легкий ропот, схожий с журчанием ручейка. Голос был мне как будто бы знаком, и я невольно прислушался к нему.
«грех…грех…грех», — это слово эхом отдавалось в пустоте, постепенно становясь все громче. Это раздражало. Сначала я пытался игнорировать этот речитатив, но совсем скоро нервы начали сдавать.
«грехгрехгрехгрехгрехгрехгрех»
«заткнись, заткнись, заткнисьзаткнисьзаткнись», — я прижал ладони к ушам, надеясь, что голос оставит меня в покое, но все стало лишь хуже. Потому, что звук шел изнутри.
«грехгрехгрехгрехгрехгрехгрехгрехгрех, — набатом отдавалось в моей голове, вытесняя оттуда благодатную пустоту.
«Ты мне нравишься!»
«Почему ты уходишь?!»
«Бессердечный!»
«Прошу, встречайся со мной!»
«Как ты мог?! Ты использовал меня!»
«Ну ты и извращенец»
«Не приближайся больше!»
«Как я и думала, ты не плох»
«Ты псих!»
Прошу тебя, не надо!
«За что ты так со мной?»
«Хватит… — я стиснул зубы, пытаясь сдержать рвущийся наружу вопль. — Довольно!»
В сознании калейдоскопом мелькали воспоминания: отчаянный плач, мраморно-белая холодная кожа, алые капли стекающие с тонких пальцев.
«Прошу…перестань, » — взмолился я, чувствуя, как в груди жжет каленым железом, но таинственный голос продолжал обличать меня, неустанно напоминая о том, что я натворил. В этой пустоте был только я, и мои грехи.
***
Ослепительно стерильные коридоры больницы дышали антисептиком и тишиной. Каких-то десять дней назад Рин дала себе зарок, что ни за что не вернется в это место, но теперь сидела под дверью заведующего отделением и нервно комкала в ладони батистовый носовой платок.
На часах было уже пять утра, когда дверь в отделение интенсивной терапии медленно отворилась. Рин тут же пружинисто вскочила на ноги. На морщинистом лице доктора появилась усталая улыбка.
— Рад снова видеть вас, юная леди, — Морисаки окинул девушку внимательным взглядом. — Как ваше самочувствие?
— Все в порядке, спасибо, — Рин поспешно поклонилась ему. — Как там мой брат?
— Хм… — врач озадачено сдвинул брови, словно бы подбирая слова. — Кагамине-кун очень измотан, ему нужно отдохнуть.
— Сенсей, — жалобно произнесла блондинка. — Пожалуйста, скажите мне всю правду.