Двуликая

— Santum viridae er fanter! — проговорил я древнее заклинание передавая управление Дину.

Древняя магия начала наполнять тело мужчины, и его радужка глаза заполнила склеру синим свечением. Я следил за метафорами его организма и всё больше узнавал того, кто защитил когда-то мою семью, подставляя свою жизнь смерти.

Глубокий вдох, ясный уверенный взгляд и легко расправленные плечи.

— Её жизнь и есть четвёртый ритуал, — он сказал это без эмоции, равнодушно, но в глаза не обманешь. В них плескалось беспокойство и страх за своего ребёнка.

— Мы вернём её домой.

* * *

Моё тело ломило от боли и жжения в тех местах, где были неглубокие раны. Голова гудела, а перед глазами всё расплывалось, стоило только поднять тяжёлые веки.

Кисти рук затекли, и я слабо дёрнулась, вызывав шум цепей.

— Она очнулась, повелитель! — тихий хриплый голос врезался в уши, вызывая болезненную резь. Я поморщилась и с трудом сфокусировала взгляд на противоположной стене, где были...

О, Бездна...

Я изо всех сил зажмурилась, прогоняя ужасную картину, стоявшую перед глазами. Окровавленные тела были сложены в какой-то круг, а на убитых были вырезаны странные символы, значение которых были мне неизвестны. Гримаса ужаса застыла на мёртвых лицах, смотрящие пустыми глазами куда-то вдаль.

Тихие тяжёлые шаги и передо мной кто-то встал. Грубо схватил за подбородок, вынуждая открыть глаза.

Мутность рассеялась, и я увидела того, кто отнял мою семью.

Зубы сжались от ярости и резко подалась вперёд, рыча как зверь в клетке.

Громко звякнули наручники, а Тень холодно усмехнулся.

— Пустая ярость. Стоит ли растрачивать, итак, пустые силы?

— Ты убил их!!! — взревела я, звеня цепями. Как бы я не хотела вырваться, они крепко сдерживали меня, сжимаясь от магии каждый раз, когда я шевелилась. Даже сейчас, холодны металл сжал запястья, и я стиснула зубы, чтобы не вскрикнуть от боли.

— Ненужная слабость, — заметил он, с интересом наблюдая за мной. — Ты бесполезно растрачиваешь свои силы на их защиту. Они предадут тебя в самый не подходящий момент и нанесёт удар в спину. Зачем лишний раз убиваться ради любви, когда можно быть одному. Свободным ото всех оков? — он хищно склонил голову на бок.

— Ты свою семью тоже убил? — зло усмехнулась, сплевывая кровь скопившееся во рту. — Заколол их словно скот, как и тех неповинных людей?! — кивнула в сторону горы трупов.

Ленивый взгляд в сторону и совершенно спокойное, от чего я дёрнулась словно от пощечины.

— Это всего лишь этап к достижению цели.

— И какого ты убил, чтобы достигнуть цели?! Своих родителей?! — глаза его почернели, мне бы остановиться, но я уже не могла сдерживаться. — Жену?! Какого это убить своих родных ради цели?!

Неуловимое быстрое движение и меня схватили за шею приложив затылком о холодную каменную стену.

Я захрипела и забилась в цепях. Рука на моей шее всё сильнее сжималась, перекрывая доступ к кислороду.

— Ты ничего не знаешь обо мне! — рыкнул он и резко отпустил.

Я глубоко задышала, словно рыба, выброшенная на сушу. Горло болело, а в глазах застыли слёзы.

— Мои родителей убили. Приёмные родители убиты. Моя избранница мертва, и я убил всех, кто посмел поднять клинок против них! — неожиданная тирада Тени застала меня врасплох, и я не нашлась что ответить. Хвала ртом воздух, боковым зрением наблюдая как эрхо подготавливают ингредиенты для проведения четвёртого ритуала Кровавой Луны.

— Зачем ты убиваешь, — прошептала я, обессиленно опустив голову. Мне было больно. Больно от потери брата и Альберта, больно физически и морально и я ощутила дикую усталость во всём теле.

Где сейчас Андэр? Где мои друзья? Что с ними стало и живы ли они. Ответа я не знала и неизвестность меня пугала до дрожи. Хотелось просто закрыть глаза и проснуться. Проснуться от кошмара, который никогда не станет явью.

— В моём мире есть два Бога: Бог Света, забирающий души и дарующий мир, и Бог Смерти с ужасным чувством юмора и не контролируемой жестокостью. Два брата, разочаровались друг в друге и в наш мир был оставлен богами. Ни один из братьев не пожелал видеть друг друга. Если первый иногда вмешивается в жизни и отвечает на молитвы, то второй сам является в наш мир в образе демона исполняющие желания. Желания, чья цена слишком высока, — его слова были холодным, а взгляд равнодушным.

Я не понимала почему он рассказывает мне это, но молчала. Моя судьба предрешена и убежать отсюда... я даже не знаю как... как...

— Этот бог любит играть жизнями смертных и упиваться горем несчастных. Он нашел нужное время и нужное место. Я потерял своих родителей будучи ребёнком. Их убил мой дядя, родной брата моего отца, ради трона.

Трона...

— Меня спас верный друг моего умершего отца. Он и его жена заменил мне семью, но и их убили... Снова я лишился родных, — в его голосе было что-то, что-то неуловимое, проблескивающая горечь и боль, но тут же она затухала стоило ему взглянуть на меня. Лёд снова сковывал его голос.