Страница 99 из 125
Если бы политика национального самоубийства ограничилась одной Швейцарией, то ее можно было бы объяснить бездарностью швейцарских политиков, однако сходные явления наблюдаются и в других европейских странах. В Италию, где миллионы живут в страшной нищете и высокоразвитый Север отделен пропастью от отсталого Юга, нелегально и при попустительстве правительства въехало за прошедшие годы 1...2 млн. африканцев. В ФРГ, где санация разоренных коммунистами восточных областей нуждается в каждой лишней марке, в 1992 году, по подсчетам социал-демократического политика из Пфорцхайма, на «азилантов» было выброшено 35 млрд. марок. Тысячи специалистов заняты рассмотрением просьб об убежище (лишь 5% просителей признаются политэмигрантами), тем не менее большинство «азилантов» остается в Германии. При помощи огромного бюрократического аппарата и миллиардных затрат боннское правительство осуществляет политику, неизбежно ведущую к появлению гетто в немецких городах и неразрешимым социально-этническим конфликтам.
Наряду с ростом иммиграции трудно ассимилируемых людей из чуждых цивилизаций вытеснение народов Европы стимулируется следующими мерами:
· непрестанной шумихой СМИ и «работников культуры» (никто из них, конечно, не поселит у себя семью румынских цыган или продавца наркотиков из Нигерии) против «расизма» и «ненависти к иностранцам».
При этом:
а) «расистом» или «ксенофобом» клеймится не желающий, чтобы коренное население стало меньшинством в своей же стране;
б) в «расизме» виноваты лишь местные жители, а не иммигранты. По этой причине преступления местных жителей против иностранцев раздуваются как «расистские», а о преступлениях иммигрантов против местных жителей, напротив, говорится скупо.
· либерализацией абортов по «социальным причинам», а не только по объективным: опасности для жизни матери, беременности после изнасилования или кровосмешения и т.д.
· снижением рождаемости из-за совершенно недостаточных пособий на детей, т.е. наказанием многодетных семей. Рождаемость в Италии, где всегда были большие семьи, сегодня одна из самых низких в мире, потому что большая часть семей не может содержать детей. В январе 1993 года пособия на детей в Германии были еще раз урезаны — деньги срочно нужны для вышеописанных целей!
· стремлением с помощью «антирасистских законов» объявить преступным сохранение национальной самобытности. Образцовый пример подает Франция, где, например, согласно принятому при Миттеране «закону Плевана» домовладелец приговаривается к штрафу в 6000 франков за слова «желателен католик и француз» в объявлении о сдаче квартиры. Соответствующие законы готовятся в других странах Европы. В каждом подобном законе, разумеется, есть пункт против «отрицания геноцида и преступлений против человечности» или нечто подобное, хотя законодатели не имели в виду изнасилования в Боснии или убийства в Судане, а совсем другое…
Как астроном, видя возмущения на орбите планеты, вычисляет невидимое ему небесное тело, так и внимательно наблюдающий за логически необъяснимой политикой некоторых западных демократий может распознать руку невидимых наднациональных сил, цель которых — разрушение национальных государств и национальных культур, а также создание «единого мира» с его всемирной унифицированной культурой из Мак-Дональдсов, Микки Маусов, мыльных опер, наркотиков, преступности, бидонвилей, порнографии, фильмов о холокосте и «антирасистской» идеологии.
Естественными союзниками указанной наднациональной власти являются левые и их задача — создание «мультикультурного общества». Для укрощения «центристов» и «правых демократов» есть много способов, самые простые и дешевые из них — размахивание дубинкой Освенцима и шантаж смертоносным словом «расизм». Расист — это человек, считающий, что не всякий турок и африканец имеет право жить в Германии, Швейцарии и Франции, а на что способны расисты, мы же знаем по Третьему рейху!
В стратегии разрушителей национальных государств и национальных культур ложь о холокосте занимает центральное и незыблемое место. Она — яд, парализующий сопротивление европейских народов против их вытеснения. Немцев эта ложь заразила первыми. Как пишет Визель в «Легендах нашего времени» [358] :
«В сердце каждого еврея должен сохраняться уголок ненависти, здоровой, мужской ненависти ко всему, что воплощает немец и что является его сутью. Все иное — это предательство мертвых».
Кстати, Визель получил Нобелевскую премию мира и по просьбе 83 депутатов бундестага. По словам депутатов, его награждение очень помогло бы всем, кто активно выступает за примирение [359] .
Да, перевоспитание принесло свои плоды. Национал-социалисты превратились в национал-мазохистов.
От немцев раковая опухоль самобичевания перекинулась на другие западные народы. Мы все повинны в холокосте, так как никто и пальцем не шевельнул для спасения евреев от газовых камер. Мы все родились виноватыми!
Успехи ревизионистских штудий заметно осложнили задачу людей, озабоченных сохранением Великой лжи. Паразитирующие на лжи знают, что обман нужно сохранить во всех странах мира, ибо если хоть в одном государстве ревизионисты добьются успеха, то игра будет кончена — границами информацию не задержишь. По этой причине ревизионисты и впредь должны везде оставаться незначительным и изолированным меньшинством. Если в какой-либо стране дюжины две историков, ведущих политиков или журналистов скажут «лжи нет», то начнется открытая дискуссия, смертельная для клана лжецов. Вот отчего они прибегают к единственным доступным им средствам: лживой пропаганде и запугиванию.
Вскоре после окончания первой мировой воины никто больше не верил страшным сказкам о канадских солдатах, распятых на церковных воротах, об искалеченных бельгийских девочках и о французских младенцах, которых немцы бросали в воздух, а потом принимали на штыки. Выполнив задачу, через полтора года лопнула ложь об инкубаторах в Кувейте. Напротив, после Второй мировой войны пропаганда ужасов не ослабела, а сделалась агрессивнее. Сперва истерия дошла до апогея в 1960-е годы в связи с процессом Эйхманна и освенцимским процессом во Франкфурте. Потом еще больший психоз СМИ развернули в начале 1979 года при демонстрации во всем мире художественного фильма «Холокост». Атмосфера тех месяцев предугадана в следующих отрывках из «1984 года» Оруэлла [360] :
Elie Wiesel. Appointment with Hate. Legende of our Time. New York, 1968. Цитируется по брошюре: Faurisson. A prominent false withness: Elie Wiesel.
По этой же брошюре: The Week in German, 31.01.1986
Orwell, s.149, 181