Страница 74 из 101
Октябрьский субботний день выдался пасмурным, а к обеду вдруг началась метель. Ветер трепал и разбрасывал во все стороны грузные мокрые хлопья, которые, едва коснувшись земли, превращались в холодную воду.
Комод поставили на заранее подготовленное для него место, под картину в стиле ар-деко, изображающую женщину с бриллиантовыми серьгами. На столешницу Алёна уже успела небрежно бросить тонкие перчатки из красной кожи.
Вообще сама квартира произвела на Юлю самое лучшее впечатление. Однушка, но просторная, с большой прихожей, комнатой, поделенной на три зоны, и кухней, в которой нашлось место не только для гарнитура и бытовой техники, но и для просторного стола, окруженного шестью стульями.
Принимала Алёна их в комнате. Помещение Юле очень понравилось, хотя и вызвало ставший уже привычным укол зависти: почему у нее так, а у меня нет?
Основное пространство, предназначенное для отдыха и приема гостей, занимал низкий стол, удобный широкий диван и пара кресел. Алёна предложила принести стулья с кухни, но парни решили по-простому расположиться на полу, обложившись многочисленными пуфиками и подушками.
Слева от дивана, отделенная перегородкой от бывшей когда-то лоджии, расположилась рабочая зона с упирающимся в окно столом, ноутбуком и удобным даже на вид креслом, справа то и дело притягивала взгляд утопленная в альков широкая кровать. Все красиво, продуманно, удобно – все для себя, любимой!
Чем больше Юля думала об Алёне, тем больше замечала то влияние, которая новая подруга на нее оказывает. Казалось бы, с одной стороны, живет по принципу: «Люби себя, чихай на всех!». Но как-то так живет, что хочется встать под этот чих, чтобы заразиться этим самолюбием, чтобы общаться с миром вот так же легко, непринужденно и бесстрашно, чтобы быть такой же счастливой, улыбчивой и доброжелательной.
Если честно, Юля прекрасно понимала Дениса – на его месте она бы тоже влюбилась в Алёну по уши, и не совсем понимала Игоря – из них двоих она сама выбрала бы не себя…
Конечно, она неоднократно сравнивала себя с Алёной и находила множество различий. Например, если она обнаруживала, что не нравится кому-то, то начинала мучиться вопросом: «Что сделать, чтобы понравиться?».
Алёна в этой же ситуации приходила к выводу: «Значит, мы не подходим друг другу» и больше не заморачивалась, иногда даже старалась свести общение к минимуму, а то и вовсе прекратить, и продолжала оставаться собой, не меняясь в угоду кому-то.
А вот в то, что сама Алёна меняет людей – Юля поверила бы запросто! Да далеко ходить не надо: если бы кто-нибудь еще месяц назад сказал бы ей, что Семенов будет ездить добровольно помогать собачьему приюту, она бы первая посоветовала поменьше читать на ночь ненаучной фантастики! Но ездил же!
Да и сама Юля, прислушиваясь к Алёниному мнению, не раз и не два уже делала то, что было для нее не свойственно. И, что самое интересное, была довольна результатом! Правда все так же предпочитала не говорить о своих мыслях Светке, которую, несмотря ни на что, «рыжая ведьма» раздражала, а временами и откровенно бесила.
- Вы пока располагайтесь, - с улыбкой обратилась ко всем хозяйка дома, - я сейчас все принесу и присоединюсь к вам.
- Тебе помочь? – тут же вскинулся Семенов, но Юля, со словами:
- Сиди уже! – поднялась первой.
Света и Вероника, как само собой разумеющееся, тоже потянулись на кухню – не столько помогать, сколько покрутить любопытными носами.