Страница 22 из 101
- Судя по твоему лицу, Игорь вчера так и не звонил, – с тревогой заметила Вероника, когда утром они пили кофе. Пищеблок, пустой, если не считать них двоих, был залит сентябрьским солнышком, а в приоткрытое окно лилась мягкая, наполненная ароматом осенних цветов, прохлада, где-то неподалеку самозабвенно и жизнерадостно чирикали воробьи.
Сегодня Юля опять пришла на работу ни свет, ни заря – эту ночь она снова неважно спала, крутясь и сгорая от стыда перед Игорем за свою выходку. Он, наверное, ее за такую дурочку считает! Такой классный парень, и надо же было ей все с самого начала так испортить! И как теперь смириться с мыслью, что этот поезд ушел?
Когда в дверях пищеблока показалась подруга, Юля с удивлением произнесла:
- Вероничка? Ты-то откуда в такую рань? Я понимаю, мне не спится, а ты-то чего?
- А меня Илья растолкал, - мрачно пожаловалась та. – Ему с утра ехать куда-то далеко, так он мало того, что проснулся в шестом часу, так еще и шумел, как слон! То дверцами грохнет, то ложечку уронит, то блендер врубит…
- Сочувствую! – задумчиво произнесла Юля. Ей, погруженной в свои раздумья, неприятности подруги казались милыми мелочами – подумаешь, любимый мужчина пошумел с утра. Зато он есть!
Вероника же, никогда не любившая выносить сор из избы, и в этот раз умолчала, что Илья, помимо всего прочего, на ее просьбы вести себя потише, нагрубил ей, после чего заявил, что вообще-то, вместо того, чтобы спать, как последняя эгоистка, она могла бы догадаться встать и приготовить ему завтрак.
Завтрак он раскритиковал: на бутеры масла пожалела, яичницу передержала, в кофе сахара пересыпала и молока не долила – однако все съел, оставил тарелку на столе, торопливо и как-то безразлично чмокнул ее в губы и убежал, весь погруженный в свои мысли и заранее уверенный, что ничего хорошего ему этот день не сулит.
- Игорь так и не звонил, – удрученно подтвердила Юля, – а когда я позвонила сама и попросила поговорить, сказал, что разговаривать пока не хочет.
- Да уж, ситуация… - протянула Вероника. – И что ты делать теперь будешь?
- Не знаю, – пожала плечами Юля. На душе было тоскливо, из головы не выходили слова Алёны о том, что она сама во всем виновата. Так-то да, но, с другой стороны, у них с Игорем все было замечательно до этого злополучного разговора с рыжей!
Уже больше недели с тех пор прошло, неужели он все еще злится? Но чем больше Юля размышляла на эту тему, тем понятнее становилось – он не просто обиделся, он решил вообще больше с ней не встречаться!
Из-за какой-то мелочи, из-за недопонимания все пошло прахом! Да, если честно, Юля прекрасно отдавала себе отчет, что этот маленький инцидент никак не мог стать причиной настолько большой обиды. Было бы там на что обижаться! Тем более что она уже триста раз извинилась!
Неужели, в самом деле Алёна смогла каким-то образом вмешаться в их отношения? Но как?! Умудриться за такой коротенький разговор из нескольких слов вбить клин между ней и Игорем – это просто мистика какая-то! В мистику Юля не очень-то верила. Чем больше она обо всем этом думала, тем меньше хоть что-то понимала.
Вечером Юля задержалась на работе. Никаких срочных дел у нее не было, и торчала она там просто потому, что не хотела идти домой и проводить там очень грустный вечер, наполненный сожалениями о том, что сейчас она могла бы быть вместе с Игорем, нежиться в его объятиях вместо того, чтобы маяться в печальном одиночестве.
Раньше ей казалось, что это очень большой плюс – работать в одной организации. Это давало возможность иметь одну на двоих приятную тайну, «играть в шпионов», и Юля, со своим живым воображением, успела уже напредставлять себе, как они с Игорем, не в силах совладать с нахлынувшими чувствами, украдкой целуются в каком-нибудь закутке, а потом потихоньку, стараясь «не палиться», расходятся в разные стороны.
Сейчас она обнаружила обратную сторону этой медали – оказывается, сталкиваться по десять раз на дню с человеком, который тебе более чем симпатичен, и постоянно чувствовать только холод с его стороны – это просто невыносимо! Это пытка какая-то!
Каждый раз, когда ей предстояло поговорить с ним на самую банальную рабочую тему, она страшно волновалась, мямлила, краснела, а после чувствовала себя совсем уж дурочкой.