Страница 23 из 79
— МОЖЕТЕ ОБРАЩАТЬСЯ КО МНЕ — ПРИНЦЕПС.
Тайлер откашливается, наконец, выглядя немного не в своей тарелке.
— Принцепс, не хочу показаться невежливым, но если те Несломленные…
— БЕЛЛЕРОФОНТ НАПРАВИЛ ДВА ИСТРЕБИТЕЛЬНЫХ ОТРЯДА, — перебивает он, голос ровный и мертвый. — ПРИЗРАК СИЛЬДРАТИ БУДЕТ УНИЧТОЖЕН. НЕ ОСТАНЕТСЯ НИКАКИХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ПРИЧАСТНОСТИ ЗЕМЛИ К ЭТОМУ..ИНЦИДЕНТУ.
— Простите, что спрашиваю, Принцепс, но как вам так быстро удалось до нас добраться? Мы не получали никаких сообщений о земном корабле в этом секторе. — Он лишь слегка пытается надавить, и я вижу, что Скарлет незаметно напрягается, наблюдая за ним. Оперативник поворачивается и заглядывает Тайлеру в лицо.
— У ВСЕМИРНОГО РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ТЫСЯЧА ГЛАЗ, ЛЕГИОНЕР ДЖОНС.
Он протягивает руку к нашей безбилетнице.
— АВРОРА, — говорит он. — МЫ ПРИБЫЛИ, ЧТОБЫ СОПРОВОДИТЬ ТЕБЯ ДОМОЙ.
У них нет лиц. Они стирают все на своем пути, пока ничего не останется, а потом закрасят все черным.
— Не заставляйте меня, — умоляет она. Она смотрит на Тайлера, Золотого Мальчика, нашего бесстрашного командира. Со слезами на глазах и кровью на губах. — Прошу, Тайлер, — шепчет она. — Не позволяй им забрать меня.
Тайлер бросает взгляд на бойцов ЗСО, на пустые лица ВРУ. Быть может, он легионер, несмотря на все это, он еще и Землянин. Это видно по его взгляду. Все эти годы военных тренировок, все эти годы бесконечных «дасэр», «нетсэр», «можноещеразсэр». Тебе не стать лучшим Альфой, если станешь раскачивать лодку. Тебе не стать Золотым Мальчиком, если не будешь следовать приказам.
— Ты должна пойти с ними, Аври, — говорит он.
Кэл делает шаг вперед, держа руку на боку, глядя сверху вниз на Прицепса.
— Эта станция под контролем Сильдрати, Землянин. У вас нет полномо…
Бойцы ЗСО вскидывают оружие. Две дюжины лазеров целятся в Кэла, и он сверкает словно в День Федерации.
— ДЕРЖИТЕ ПОД КОНТРОЛЕМ СВОИХ ЛЮДЕЙ, ЛЕГИОНЕР ДЖОНС, — говорит Принцепс.
— Легионер Гилрайт, — тихо произносит Тайлер. — Отставить.
— Кии`не до ал`ивеш иши, — произносит Сильдрати, под слоем льда возникает крошечная трещинка гнева. — Я..
— Это приказ! — Выпаливает Тай.
Кэл сникает, но если отбросить надменность Сильдрати, пистолеты, которые целятся в это милое личико, кажется, заставляют его задуматься. Он отступает. Аври со слезами на глазах оглядывает отряд, но становится ясно, что никто не придет на помощь. Во всяком случае, лично я не собираюсь этого делать. Бетрасканцы неплохо разбираются в терминах переговоров.
Сделка.
А с такой плохой сделкой, лучше всего просто уйти. Мои приятели легионеры, похоже, с удовольствием следуют примеру Тайлера, а он и не вмешивается, чтобы спасти ее. В конце концов, однажды он уже рисковал всем ради этой девушки. И посмотрите, что из этого вышло.
Здесь.
Со всеми нами.
И вот она вздергивает подбородок и идет вперед, чтобы последовать за своим эскортом, будто бы на казнь. Бойцы ЗСО тыкают в нас своими пушками, чтобы мы следовали за ними.
Да уж, что — то у меня плохое предчувствие по поводу всего этого.
11
Аври
Я ковыляю по длинному коридору из полированной стали, фигура в белом впереди, остальные в сером следуют за нами. Они двигаются в унисон, их ноги шагают одновременно, будто они солдаты на параде. А я посреди, грязная, растрепанная, спешу за ними, чтобы не отстать. Правый глаз болит, словно в него попало стекло. На губах вкус крови. И я повторяю слова Кэла, которые он прошептал мне на ухо, вынимая пистолет из моих рук.
Уйди с достоинством. Ты выше всего этого.
И хотя его слова прозвучали как упрек, этого хватает, чтобы держать спину ровно. Я многие годы провела участвуя в различных соревнованиях и олимпиадах, чтобы доказать самой себе и окружающим, что я достойна места в Октавии. Теперь же я отчаянно цепляюсь за самообладание, которое помогало мне пройти через многое, вот только чем сильнее я тянусь к нему, тем скорее оно ускользает сквозь пальцы.
Белая фигура останавливается перед тяжелой запертой дверью, оборачиваясь к фигурам за моей спиной. Возникает короткая неловкая пауза, а затем, несмотря на то, что никто не произнес ни слова, двое агентов кивают и возвращаются тем же путем, что мы шли.
Голова болит, глаз жжет огнем. И увидев свое отражение в безликом шлеме, я понимаю, что радужка стала абсолютно белой.
Я хочу к маме. Я хочу к папе. Хочу бежать быстрее ветра, и спрятаться где-нибудь в безопасном месте, и никогда не высовываться.
— Прошу, — шепчу я. — П-При..
— ПРИНЦЕПС, — отвечает тот, что в белом, смахивая невидимую пылинку с лацкана.
Ощущаю, как слезы обжигают глаза.
— Я х-хочу пойти домой.
— ТЫ ОТПРАВЛЯЕШЬСЯ ДОМОЙ, АВРОРА. Я СОБИРАЮСЬ ДОЛОЖИТЬ О ТОМ, ЧТО ТЫ УЖЕ В ПУТИ. — Принцепс машет рукой в безупречно белой перчатке агентам за моей спиной. — МОИ КОЛЛЕГИ ПОЗАБОТЯТСЯ О ТЕБЕ, ПОКА Я НЕ ВЕРНУСЬ.
Фигура в белом разворачивается и идет по коридору. Один из людей в сером дотрагивается до панели, и тяжелая дверь с тихим шепотом открывается. Следую за агентом, затем резко останавливаюсь в двух шагах от него, так внезапно, что идущий сзади агент едва не врезается в меня. Это первое, по-настоящему, человеческое движение, которое я увидела у них.
Я уже видела эту комнату прежде, шок от узнавания настолько силен, что я замерла на месте. Образ вспыхнул в голове еще в грузовом отсеке, в тот самый момент, когда я услышала слова о Земной Силе Обороны. Очередное видение, принесшее такой ужас, что он попросту вытеснил панику из-за того, что я швырнула девушку Сильдрати о стену, я почти уверена, одной силой разума.
Какого черта со мной происходит?
Я видела те же самые стальные стены, на которые смотрю прямо сейчас, те же огни, тот же стул в самом центре комнаты, и меня, сидящую на нем. Мои руки скованы наручниками серого цвета, что и костюмы моих следователей, и боль, исходившая от этих наручников… одно только воспоминаний о ней бросает меня в дрожь. Боль была такая, будто плоть слезала с костей, я была согласна, чтобы мне отрезали руки, лишь бы она прекратилась. Чисто интуитивно я пытаюсь отступить, натыкаясь спиной на своего похитителя. Две руки в серых перчатках с силой опускаются на мои плечи, сжимая до тех пор, пока кости не начинают трещать, колени подгибаться, а зрение расплываться. Те же самые руки хватают меня за бицепс, и спотыкающуюся, волокут к креслу, разворачивают и толкают прямо на него. Я помню ту девушку — Сильдрати, помню, как вскинула руки и отбросила ее даже не касаясь; смотрю на своих похитителей, наполовину ослепленная болью и слезами, отчаянно пытаясь найти в своем сознании ту часть, при помощи которой мне удастся швырнуть их через всю комнату, пытаюсь найти хоть что-то, что могло бы помочь, но не могу.
Таково было мое видение. Наручники, боль и одни и те же слова, которые снова и снова выкрикивали охрипшим голосом, в котором я едва узнала свой.
— Не знаю. Пожалуйста, я не знаю.
И только когда два шлема склоняют голову, глядя на меня, я понимаю, что уже шепчу ответ. Я уже начала умолять, а они еще даже не задали свой первый из невозможных вопросов.
— МИСС О`МЭЛЛИ, — тихо произносит один из них, совершенно ровным и нейтральным голосом, таким же холодным, как и вакуум за обшивкой корабля. — ВЕРЬТЕ, КОГДА МЫ ГОВОРИМ, ЧТО ПРЕДПОЧЛИ БЫ БОЛЕЕ ЛЕГКИЙ СПОСОБ.
12
Тайлер
— Ну, разве не уютно?
Я бросаю взгляд на Финиана. Тот прислонился к полированной стальной стене, не сводя с меня черных глаз. Экзоскелет мерцает в серебряном свете флуоресцентных ламп над головой. Что-то тихонько напевая себе под нос, он тянется к кулеру рядом с собой.