Виолетта

А что еще хуже, ему придется провести с ней взаперти целых пять дней! Правда, не совсем рядом, и слава Богу. Он будет находиться в своей комнате, а она — в своей. Джефф в отчаянии покачал головой. Все это должно было произойти с Джорджем, ведь близнецы — его дети.

В следующее мгновение Джеффу пришла в голову неожиданная мысль: а не было ли это подстроено специально, чтобы заманить его в ловушку? Но он тут же отогнал ее. Кому нужен мужчина без руки?! Женщинам необходимы только его деньги, а не он сам, в который раз твердил себе Джефф.

Этот факт был очень важен для него. Правда, Джефф не понимал, почему все время думает об этом. Эти мысли не имели ничего общего ни с Виолеттой Гудвин, ни с его невольным заточением в пансионате для девочек. Однако ему следовало постоянно быть начеку. Кто знает, потеряй он бдительность, в какие еще неприятности может втянуть его мисс Гудвин.

К тому же Джефферсона ничуть не прельщала идея провести все эти дни без контактов с людьми. Хотя он всегда жаловался на постоянное столпотворение в банке, ему не нравилась подобная изоляция.

С другой стороны, одиночное заключение выглядело привлекательнее общения с женщиной-янки, которая носит одежду столь вызывающих тонов. Даже ее белая кожа и копна рыжих волос не оправдывали пренебрежение общепринятыми правилами, так же как и глаза, синие, словно глубины горного озера.

Проклятье! Джеффа раздражала красота и привлекательность мисс Гудвин. Он принципиально терпеть не мог янки. Но с ней у него это не выходило.

Джеффу все время хотелось посмотреть в ее бездонные глаза.

Виолетта замолчала на полуслове. Нет, ей не показалось. Действительно, с противоположной стороны здания кричал мужчина. Она пересекла холл и вошла в большую комнату, где во время карантина девочки ели и играли. Три ученицы стояли у окна, прижавшись носами к стеклу. Две из них были близнецами Рандольф.

— Что там делает этот человек? — спросила Виолетта.

— Разговаривает с дядей Джеффом, — ответила Аурелия.

— Он из банка, — объяснила Джульетта. Девочки подвинулись, давая место воспитательнице.

— Это нужно немедленно прекратить, — решительно заявила Виолетта и быстро, как только могла, поднялась по лестнице на третий этаж.

Войдя в комнату, она увидела, что Джефферсон лежит на подоконнике, высунувшись из окна. Оказалось, он инструктирует служащего насчет перевода своего офиса в приемную на первом этаже.

— Мистер Рандольф, сию же минуту перестаньте кричать! — отдышавшись, наконец проговорила Виолетта. — Вы поднимете на ноги весь город!

Закончив разговор, Джефф закрыл окно и повернулся.

— Я просто передал Каспару, что нужно принести в первую очередь. Дрова у вас есть? Он утверждает, что в приемной очень холодно.

— Но приемную нельзя использовать. У нас карантин, — возразила Виолетта.

— Каспар будет все оставлять под дверью, а ваша служанка — приносить мне, — пожал плечами Джефф.

— У Бет есть множество других обязанностей. Она не может быть еще и вашим курьером.

— Тогда это можете сделать вы.

— Не забывайте, в этом здании находятся шестнадцать девочек, за которых я несу ответственность. Я не могу бросать их, чтобы по двадцать раз в день бегать для вас по лестнице вверх-вниз.

— Тогда пусть этим займутся близнецы. Возможно, в этом случае от них будет меньше неприятностей, — Джефф хитро прищурил глаза. — Да и вам не помешал бы моцион. Вы далеко не в лучшей форме.

Виолетта никогда еще не испытывала такого замешательства. До сих пор никто не осмеливался утверждать, будто ее фигура недостаточно хороша. Подобные замечания когда-то могли позволить себе лишь близкие родственники.

— Моя фигура вас ничуть не касается. Я… Джефф окинул Виолетту бесцеремонным взглядом и улыбнулся.

— У вас прекрасная фигура. Я имею в виду ваше самочувствие.

У нее даже подогнулись ноги. Виолетта еще не видела его улыбки и оказалась не готова к тому, насколько она изменит Джефферсона, сделав его необычайно привлекательным. Складывалось впечатление, что Бог создал совершенного человека, а потом отнял у него руку, чтобы тот выглядел простым смертным.

Вот только Джефферсон Рандольф далеко не совершенный человек. У него отвратительный характер, и он все время дразнит ее, чтобы посмотреть, как она на это реагирует. А Виолетте вовсе не хотелось служить объектом чьих-то насмешек.

— Вы не представляете себе, как успокоили меня, — язвительно заметила она.

— Почему же? — насмешливо возразил Джефф. -

Судя по всему, вы готовы перерезать мне горло. Но я не смогу, ничего не делая, провести взаперти пять дней. До утра воскресенья я просто поубиваю большую часть живущих здесь.

— Долгожданный день!

— Если вы не хотите, чтобы кто-то бегал по лестнице, переселите девочек наверх, а меня — вниз.

— Я не могу никуда переместить девочек. А вы, как уже было сказано, не можете выходить.

— Я и не собираюсь этого делать, — пожал плечами Джефф и пояснил: — Мой служащий уже оставил в приемной коробку с документами. Пусть кто-нибудь принесет ее, или я спущусь сам. Можно мне снять куртку? Здесь очень жарко.

— Я бы предпочла, чтобы вы этого не делали. Откройте окно, но дверь держите закрытой. Мне и Бет совсем не жарко.

— Да, вы очень холодно разговариваете со мной. У Виолетты так и чесались руки ударить по его наглому, ухмыляющемуся лицу.

— Это, несомненно, вызвано вашим очарованием, — в тон Джефферсону ответила она, надеясь, что ее насмешка окажется такой же обидной.

Виолетта направилась к лестнице, но потом остановилась и вернулась назад.

— Я поставила мисс Сеттл в известность о вашем присутствии. Надеюсь, вы понимаете, мне трудно сделать для вас что-нибудь еще.

— Да, конечно.

— Я уверена, она немедленно уберет из приемной ваш офис.

— Позвольте мне самому позаботиться об этом.

Уже спускаясь по лестнице, Виолетта встретила Джульетту с коробкой с бумагами. За ней шла Аурелия.

— Девочки, вы уже выполнили задание?

— Да, мисс Гудвин.

— Тогда можете помочь своему дяде.

— Хорошо, мисс Гудвин.

Ферн так смеялась, что ей даже стало нехорошо.