Лорел

— Вы верите в меня? Вы думаете, я сумею побороть дьявола, сидящего во мне?

— Я не сомневаюсь в этом. Сегодня вы уже проявили все лучшее, что в вас есть.

Хен протянул руку. Лорел положила свою руку на протянутую ладонь.

— Зачем вы пришли?

— Я не хочу оставлять вас одного сегодня. Хену вдруг отчаянно захотелось излить душу.

Непреодолимое желание поделиться своими чувствами подобно мощному горному потоку подхватило и закружило его. Вся прошлая жизнь показалась пустой и бесцельной. С самой первой встречи он интуитивно почувствовал, что Лорел способна оживить его израненную душу. С самой первой встречи он хотел защищать и заботиться о Лорел и об Адаме. Но собственное «я» удерживало.

Она послана провидением, чтобы спасти его!

Не обращая внимания на ливень, Хен обнял Лорел и притянул к себе. Ощутив полные упругие груди, прижатые к его груди, и дрожащее стройное тело, Хен ощутил прилив сил. Внутри нее напряжение мгновенно ослабло, горечь поражения и страх за будущее рассеялись. Лорел была его талисманом. Пока она рядом, пока он может смотреть на нее и прикасаться к ней, с ним ничего не случится!

Хен склонился над женщиной, бережно загораживая ее своим телом от безжалостных потоков дождя. Почему так долго он не мог понять, что недостаточно силен, чтобы противостоять ударам судьбы в одиночку? Почему так долго отказывался признать, что и душа, и тело рвались только к ней?

Любое проявление чувств он считал слабостью, наивно полагая, что пока он не нуждается ни в чем и ни в ком, он свободен.

Но Лорел разрушила эту свободу. Эту мнимую свободу. Вернее будет сказано, она разрушила клетку, в которую Хен добровольно заточил себя, спасаясь от жизненных невзгод и душевных потрясений. Лорел заставила его чувствовать и желать. Заставила жить.

Но почему вдруг тело охватила дрожь? От холода или от страха? Хен чувствовал себя непривычно взволнованным и беспомощным.

— Ты нужна мне.

Слова, казалось, пронзили сознание подобно вспышке молнии. Тело Лорел, прильнувшее к нему, обещало спасение и утешение.

Хен привык не зависеть ни от кого, даже от брата-близнеца. Всю жизнь он старался держаться в стороне от людей.

Но сейчас он не мог отвернуться от Лорел. Только она могла заглушить боль, которую он испытывал при мысли о смерти Хоуп. Если сейчас он откажется от Лорел, все чувства и все надежды умрут навеки.

— Ты мне тоже нужен, — прошептала она. Хен еще крепче прижал женщину к себе и

охрипшим от волнения голосом ответил.

— Не отпускай меня.

Лорел обвила руками Хена и прислонила голову к его груди.

Неожиданно по мокрому лицу молодого человека потекли, смешиваясь с каплями дождя, слезы. Неужели он способен плакать? Он не находил объяснения слезам, но ощущал насущную потребность выплакаться.

Со слезами уходили и скорбь о напрасно потраченных годах, и отравляющая душу ненависть, и гнев. Слезы разрушили последнюю преграду. Хен оплакивал потери, безвозвратно канувшие в небытие. Оплакивал смерть Хоуп.