Страница 8 из 31
- Осторожнее! Не торопись! – крикнул отец, услышавший бодрый топот дочериных ног.
Полина вошла на кухню. От холодильника, с обратной стороны, исходило легкое свечение. Остывающий двигатель еще отдавал тепло, видимое в инфракрасном спектре. Полина подошла к духовке, выдвинула ящик. В нем было темно и очень захламлено. Полина попробовала усилить эффект ночного зрения. У нее получилось. На кухне стало почти светло. Все было в черно-сером цвете, как на старой фотографии, но передвигаться в таком сумраке можно было смело.
Полина спустилась в подвал. Здесь было темнее. Полина попробовала прибавить яркости. Сколько она не тужилась, светлее не стало, только заболела голова. Ей хватало и того, что она могла видеть. Генератор завизжал стартером и затарахтел. Загорелся свет и больно ударил по глазам. Полина вскрикнула и зажмурилась. В глазах забегали радужные болезненные сполохи. Сквозь веки бил свет и Полине пришлось прикрыть глаза руками.
- Полинка, что с тобой? – отец услышал крик дочери и, не обращая внимания на хромоту, спустился в подвал. – Ударилась?
- Нет. Свет ударил в глаза.
- А чего у тебя кровь из носа? Ткнулась все-таки?
Полина почувствовала теплый ручеек под носом. Высунула язык и попробовала его на вкус. Железный, точно кровь.
- Пап, выключи свет, я глаза не могу открыть.
Отец выключил. Полина убрала руки и открыла глаза. Шар лампочки ярко остывал под потолком. Из кухни падал отсвет на лестницу. Глаза медленно возвращались к нормальной светочувствительности. Кровь из носа была связана с тем, как Полина пользовалась зрением. Ничего не дается просто так.
- Включай, – попросила Полина.
На этот раз все прошло гладко. Зрение быстро адаптировалось к яркости света. Прибежала мать и сразу принялась заботиться о дочери и об отце. Полине положили на переносицу лед в тряпке, и то же самое отцу на распухшую ступню.
- Я не пойму, как можно было так пострадать из-за такой ерунды? Отец теперь скакать будет целый месяц на одной ноге, ты нос расшибла. В чужом доме вы бы погибли уже без света. Постой, Полин, а чего у тебя глаза такие красные?
Мать пристально посмотрела в глаза дочери.
- От удара что ли? – предположила она.
- Наверное, мам, ерунда, сейчас пройдет, – проговорила Полина, не убирая холодный мешочек от переносицы.
- Беда с вами, – снисходительно произнесла мать. – Как дети неосторожные.
Полине было не до нравоучений матери. Все это было ерунда, по сравнению с тем, что она поняла, какие горизонты перед ней открывает та информация, которую передал ей профессор Блохин. Нет, он определенно гений. Он был прав, мозг такой же вычислитель, как и компьютер. К черту установленные естественным отбором функции организма, слабое зрение, плохой слух и медленные вычисления. Наш мозг способен на многое, просто ему нужна правильная программа.
В сильном волнении Полина отправилась досыпать оставшиеся ночные часы. Сон не шел. Хотелось узнать, на что еще она способна. Какие возможности перекачал ей в память профессор Блохин. Лишь под утро, с помощью медитаций ей удалось уснуть.
- Полинка! – раздался снизу голос матери. – Хватит дрыхнуть. Завтрак стынет.
Наступило утро. В спальню потянуло сдобной выпечкой. Откинув обеими ногами одеяло, Полина вскочила с кровати. Приятные ощущения новизны и перемен дарили хорошее настроение. Полина, перескакивая через ступеньки, влетела на кухню.
Отец уже сидел за столом. Нога в перевязи покоилась на соседнем стуле. Он жевал булочку, одним глазом косясь в свой мобильный терминал.
- Всем, привет! Как нога? – спросила Полина, усаживаясь на свое место.
- Перелом пальца. Сделали обезболивание, но вниз опускать ногу все равно больно. Ломит.