Страница 4 из 15
— За что?
— Для профилактики.
Ничего сделать не успел, хотел только на плечо закинуть и дунуть, как в прошлых раз, можно сказать, по традиции, а она бубном. Не выдержал — сломался, но лучше он, чем я.
ГЛАВА Десятая неделя
— Расступись, снесет лихач!
Народ в спешке разбегался, давя друг друга.
— Ну я его сейчас! — приготовился кулаком лошадь останавливать.
— Его и без тебя накажут.
И действительно, стрела просвистела, ездок упал, лошадь остановилась.
— И всегда тут так к наездникам?
— Всегда, кто скорость не соблюдает, в черте города галоп запрещен.
— И прям все соблюдают?
— А кто не соблюдает, стрелу в попу получает.
— И бароны?
— И они, им две положено по уложению и властелинову решению.
— А если надо?
— Так для этого службы специальные есть, гонцы там, глашатая, так они все в форме и пронумерованы.
— А что ездока?
— А лошадь-то причем, если рулевой без мозгов?
— И то правда.
— Вон уже, рынок виден, купим все необходимое.
Так, ряд музыкальных инструментов обойдем стороной, сразу в вещи пойдем.
— Эх, жаль что униформа чёрная, мне больше красный плащ понравился, — печалилась Лу после посещения рынка. А по мне, хватит с неё и красной блузы, итак у окружающих мужиков сразу глаза кровью налились при виде её в этой блузке и бриджах в облипку, на прекрасные сапоги из тонкой кожи они даже внимание не обратили, а я ей их так долго выбирал. Стоят, пыхтят, того и гляди копытами бить начнут, как быки. Завернул глупую Лу в плащ и от проблем подальше в лес уволок. Эх, отвратительно тут, птицы поют, зелень шелестит, словно и нет никакого Тёмного Властелина. Точно, животные, если людей не уничтожил пока, то уж зверей точно начал. И где здесь массовый издох скота и прочей живности?
— Лу, где у Вас тут животных истребляют?
— Давно не было, как стену воздвигли, так и не было истребления.
— Какую стену?
— Огромную. Дня два пути отсюда.
Вот, так и знал, что найду. От меня еще никто ничего скрыть не смог!
ГЛАВА Одиннадцатая неделя
Так, стена действительно внушительная. Переночуем в городе, что ночью штурмовать верхотуру.
— Что, зад по лавке соскучился?
И даже присесть не успел. Лу явно ко мне неравнодушна, что ж, кто ж устоит перед накаченными ягодицами.
— Завтра пойдём стену разглядывать, а сегодня отдохнем, ванну примем, а то ты уже пахнешь как стадо бизонов.
— Сам пахнешь не лучше.
Обиделась, что взять с девицы, на правду по молодости обижается и, чуть что, по голове бьет. И что ей плохого табуретка успела сделать, чтоб с ней так жестоко?
— Мор есть? — решил заняться своими прямыми обязанностями и уточнить у хозяина таверны творящиеся в округе ужасы.
— Нет.
— Зверье дикое болезное не свирепствует?
— Нет. Давно тварей страшных не видели. Как Ирод проклятущий стену построил, так и не видели.
Хозяин сплюнул и тут же за собой прибрал, налог на благоустройство и тут действовал.
— Раньше как пойдут охотники, как притащат туши чудовищ, эх, и страшные, зубы с мою руку, а шкура словно из злата сделана, потом эти чудовища на деревню нападали, и так из века в век, охотились, а потом они нападали, мы опять охотились, а они нападали. И тут стена эта проклятущая. Эх, никакого житья от этого тёмного властелина. Тьфу.
Опять протер.
— И много людей мрет?
— Эх, не так чтоб много, вот раньше дед моего деда похоронную контору держал — зверюги напали, ему прибыль. А сейчас, эх, пришлось таверну держать. Тьфу.
И вот не надоело ему протирать, мог бы уже и плевать разучиться.
А ничего фигура у Лу, успел разглядеть, прежде чем горшок с кипятком о мою голову разбился. Зрелище стоило ожогов.
Закинул «кошку», с первого раза, ну, она точно должна в восхищении замереть. Кто ж из ее окружения ещё на десять метров ввысь крюки закинет. Сначала сам влезу, потом её подниму, так и быть, женщина все ж.
— Лу! Привязывайся, поднимать буду!
— Вид красивый?! — почему-то уточняла она с другой стороны стены.
— Ты как там оказалась?!
— Так дверь есть и даже коврик "Вытирайте ноги, прежде чем зайти на территорию ЗТВ", — процитировала глупая Лу надпись с коврика.
Ладно, поражу её спуском. Прыжок, ветка, прыжок, ветка, прыжок, ветка, хрясь, земля. Посадка могла быть и мягче, ну, со временем вмятина землей и травой покроется.
— Так, держишься за моей спиной, тут ещё неизвестно какие чудища обитают.
Вот и первое — сам как золото, зубы с мою ладонь, три хвоста, на кончиках ушей метёлки изумрудные и огромные глаза-плошки.
— Вот зверюга, творение Ирода Тёмного.
— Сам ты зверюга. А это пушистик.
Дурная Лу пошла к зверю и почесала шею. Зверюга впала в неистовство — рухнула наземь, на спину улеглась, лапы поджала и начала тарахтеть, как тележка с кастрюлями по булыжной мостовой.
— Малыш еще, шкура золотая и мягкая.
— А когда вырастет, шкура будет как серебро и сам размером с двухэтажный дом?
— Ага, откуда знаешь?
— Так сзади тебя стоит. Не шевелись. Сейчас я его прирежу.
— Не вздумай, малыша кто растить будет? Сейчас уйдём и все.
— И все? Что-то местные не слишком-то ушли.
— Так они малышей убивали из-за шкур, а мы нет.
Лу встала, поклонилась. Малыш тут же подскочил и побежал к маме. Если бы не зубы, то можно было бы сказать идеальная семья.
Лу, глупая Лу, повернулась к ним спиной и пошла по заросшей тропинке.
Через пару часов добрались до озера, давно я столько рыбы не видел.
— Ай! За что?
И опять по голове.
— Написано же — не ловить!
Вот так из-за дурацкой надписи Лу оставила нас без обеда. Ладно, бутерброды с собой были. И каких только чудищ не встретила по пути, да тот пушистик с мамой просто милые кошечки. К следующему утру мы добрались до очередной двери, нас не съели, что удивительно при том рычании, что сопровождало нас всю дорогу. Вышли с другой стороны. Надпись над дверью гласила: «Заповедная туристическая волость. Правила поведения — не шуметь, не мусорить, животных не кормить, не ловить и не обижать. Находится на попечении Тёмного Властелина, нарушителям наказание по всей строгости гарантировано».
И главное, столько родителей с детьми в эту дверь идут, надо будет вечера дождаться, может это корм для чудовищ, ловушка страшная. Уууу, подлец какой, но от меня его замысел не утаился.
Смеркалось, из ЗТВ вернулись все, дети целы, родители тоже и даже никого не покусали. А мог бы весь день спать, а не у двери стоять. Ладно, пойду в таверну, хоть поем сидя.
ГЛАВА Двенадцатая неделя
— И что мы тут сидим?
— Не шуми, спугнешь.
— Кого?
— Жрецов, вон, видишь, идут в плащах, с рогами на голове, кровавые жертвы несут.
— В корзинах-то?
— Да.
— Фрукты там и еда для бедных.
— Маскировка.
— Тебе лучше знать, ты же Меч Справедливости, а я всего лишь тут живу.
— Где здесь капище?
— Что?
— Идолы, жертвенник и прочие.
— За деревней на поле.
Так, они тут еще и всю деревню сгоняют на жертвоприношение. Вот и жертва, явно она. Самая красивая девушка деревни в золоченых одеждах с печалью во взоре, вот рядом родители безутешные, что должны отдать кровиночку в угоду Темному Властелину. Вот оно. И детей на этот ужас собрали, эх, изверги.
Хорошо, что Лу со мной, а то бы ее точно в жертву принесли, да этой местной красавице до нее далеко. Запахнул ее плащ понадежней и капюшон надвинул ниже, а то останусь без проводника, заблужусь, заплутаю, загрущу.
Девушка взошла на древние плиты, взяла ритуальный нож и… разрезала пирог с ягодами. Каждому из малышни по кусочку.
— А когда ее резать будут?
— Не будут, — печально вздохнул жрец, — вот раньше, выбрал красавицу, попользовал недельку и в жертву принес, и никто ничего не докажет. А сейчас, тьфу. Совсем Темный Властелин лютый, никакой жизни нету. Только вот и радость почитать ночами про ритуалы разные, про кровь, про дым, про то, как должно быть.