Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 196 из 203

 Солнце уже поднялось высоко, когда, ярко осветив каньон, оно разбудило Рустама. Провозившись до середины ночи с Перри, он всё же помог священнику, но до полного выздоровления было ещё далеко. Шумно выдохнув, Рустам отпустил тень и, прикрывшись рукой от солнца, встретился с взглядом Перри.

            - Вы дадите мне спокойно умереть? – спросил Перри и, обнаружив пропажу медальона, вопросительно уставился на Рустама.

            - Я снял его. Он мне мешал. Не волнуйся, он рядом с тобой, - пояснил Рустам и, прикрыв глаза, растянулся на каменной поверхности. Голова кружилась, и ужасно хотелось спать, но зловонный запах разложения начисто отметал это желание. – Короткий отдых и продолжим. Нам необходимо отсюда выбираться, иначе задохнёмся. Оставшиеся жрецы, наверное, уже оклемались и могут заглянуть в каньон.

            - Я видел тебя в бою, - сказал Перри, рассматривая прищуренными глазами голубое небо. – Скажи мне, за что ты сражался?

            - Оглянись! Я не верю, что такое будущее ты хочешь людям? – ответил Рустам, поднимаясь. – А сейчас позволь мне закончить.

            С отвращением вдыхая сладковатый воздух, Рустам прикрыл глаза, сконцентрировал тень в своих руках и отправил этого опытного врача к священнику. Перри тут же провалился в сон.

            - Наргал, подстрахуй, если не успею остановиться, - предупредил Рустам. Провалившись в полудрёму, он сосредоточился на лечении.

            - «Хватит…», - прервал процесс Наргал, едва ослабла концентрация Рустама. – «Впервые я посмотрел на тень по-другому. Всю жизнь воспринимал её как идеального убийцу и никогда не думал использовать её в других целях».

            - Ты сам говорил, что все ограничения в твоей голове, - вяло произнёс Рустам. – Пора собираться.

             Рустам подошёл к телу верховного жреца Айгарта, снял с него мантию и в замызганную ткань упаковал чёрные книги жрецов и шкатулку с красным камнем. Во вторую мантию погибшего рядового жреца, Рустам сложил свои книги и, оставив узлы около спящего Перри, принялся искать копья.

            - Как себя чувствуешь? – спросил Рустам, заметив, что священник проснулся. – Надо кое-что доделать, поэтому может быть немного больно.

            Два обломка копья легли вдоль руки Перри, а найденная в пыли рубаха с треском превратилась в три широкие полосы ткани, которыми Рустам зафиксировал конечность священника.

            - Всё, пора, – Рустам поднялся и протянул руку священнику.

             Перри пару минут привыкал к вертикальному положению и, опираясь на копьё, сделал несколько неуверенных шагов. Спохватившись, священник потянулся за забытым медальоном.

            - Куда же ты без него… - проворчал Рустам и, зацепив цепочку наконечником своего копья, протянул пропажу Перри.

            Священник прочёл молитву, вернул на грудь знак Тиуса и продолжил движение. Рустам перекинул через плечо две связки и пошёл следом.

            - Мы с тобой похожи на пару калек. Сейчас хорошо милостыню собирать, - усмехнулся Рустам. – Что-то хозяева крепости задержались. А-а, нет…, вон и они.

            На верхней грани каньона замелькали силуэты, и с каждой минутой их становилось больше. Опираясь на кривой посох, к краю каньона подошла высокая фигура и, заметив Рустама и Перри, зашлась в крике.

            - И что им не сидится в крепости? Хоть бы передышку устроили. Совсем не жалеют себя, - с досадой прошипел Рустам, оглянувшись на воинов в чёрных доспехах, торопливо спускающихся в каньон. За стражами следовали два жреца и три послушника, а неугомонный жрец сверху продолжал что-то громко кричать.

            - Им нужна чёрная книга, - тяжело дыша, проговорил Перри.

            - Ты можешь идти быстрее? – спросил Рустам. – Попроси своего бога, чтобы придал тебе ускорения…

            Рустам был готов толкать священника в спину. Он был настолько измотан, что мысль о новой схватке бросала его в холодный пот. Десять минут… Десять долгих минут они хромали через каньон и уже почти достигли дороги, ведущей наверх, когда за их спинами раздался запыхавшийся голос.