Страница 55 из 94
— Бывало, — несносный деревенщина предсказуемо не проникся и расплылся в улыбке.
И снова навис над ней, заставляя вжаться спиной в стеллаж. Длинные пальцы коснулись лица, задержались на нижней губе, поглаживая. От этой нехитрой ласки внутри что-то… затрепетало. Сопливо звучит, однако другого слова не находилось. Голубые глаза напротив смотрели внимательно, пуще прежнего разгоняя кровь в жилах, а уж когда чужая крепкая ладонь будто невзначай спустилась ниже, отгибая ворот… Кори ведь знала, куда он смотрит, что ищет. Чужие губы до сих пор чувствовались на шее, как и лёгкий укус, которым её одарили в ответ на несколько расстегнутых пуговиц на рубашке.
— Давно мечтал об этом, — выдал Тео внезапно, возвращая руку на талию и чуть задирая свитер. Не так чтобы уж совсем развратно, но… Они же в библиотеке, подери Бездна этих неуемных северян! — Тебе идут книги.
— Книги идут? Серьёзно, блин? Долго придумывал? — Кори фыркнула и негодующе помотала головой. — Боги, Тео, ну не здесь же!
У Дагмара, судя по хитрющей роже (и руке под свитером, неумолимо ползущей к лопаткам), имелось на этот счёт иное мнение. Диаметрально противоположное, да. Вот и что с ним таким делать?
«Валить и трахать», — категорично заявила та дурная половина разума, которая ну ни в какую не желала признавать, что всё-очень-плохо.
«Но как же криминалистика?!» — горестно возопили остатки здравого смысла.
«Да в жопу криминалистику», — сдалась Кори. И сама потянулась к Тео, чтобы снова поцеловать. А вот чего он такой несносный, ну?..
Несносный, невозможный, и — о все боги, богини и прочая нечисть! — невероятный. Во всех, мать его, смыслах, ибо целовался Тео так хорошо, как всяким Сайрусам и не снилось. И не в умении дело, хотя и с этим всё более чем нормально. Просто Тео ласковый и такой… любящий, как бы ни было рано о таком даже думать. И прижимается он так правильно; и чувствуются его теплота, удовольствие, восхищение, сводящие с ума. Заставляющие обнимать его, закидывать руки на шею, чтобы был ещё ближе и не переставал ни на секунду. Чтобы шею целовал тоже, как вчера ночью, оставлял свои следы…
— Боги, ну какая же ты… — раздался над ухом его тихий шепот.
— И какая же? — невесть зачем поинтересовалась Кори, хотя и не была уверена, что ответ ей вообще нужен. Да ничего не нужно, пусть только будет тут, рядом с ней, над ней…
— Моя. Моя ведь, Кори?
Кори зловредно улыбнулась и хотела было самым гаденьким тоном ответить: «Я ещё не решила, старайся лучше!» Да только ей самым наглым образом помешали.
— Вы, конечно, прелесть что такое, — послышался сбоку незнакомый мужской голос, доброжелательный и самую малость насмешливый, — но позвольте-ка мне вас отвлечь.
— Не позволим, мы заняты, — огрызнулся Тео, но всё же неохотно отстранился. Ну как «отстранился»? Отодвинулся на пару дюймов, прежде чем повернуть голову к нежданному визитёру. И мигом выпрямился, будто кол проглотил. — Коммандер Эйнтхартен? Что вы тут забыли? В смысле, здравствуйте!
В самом деле — на них обоих, не скрывая веселья, любовался Маркус Эйнтхартен собственной персоной. И вот вроде бы взрослый совсем, коммандерские нашивки тускло поблескивают в свете библиотечных ламп; а того гляди примется глумиться над незадачливыми, прости Бездна, влюблёнными. Впрочем, нет, этот не примется. Эйнтхартен хоть и тёмный маг, однако же имеет славу человека на редкость доброго, со всех сторон положительного и понимающего. И терпеливого — с белобрысой злыдней Блэр без уймы терпения никак.
— И тебе не хворать, Теодор, — ответил коммандер Эйнтхартен самым благостным тоном из всех возможных. Кори тем временем никак не могла выбрать — умереть со стыда или всё-таки глаза закатить? Уж ей-то понятно, на кой сюда мог заявиться одиозный супруг не менее одиозной некромантки. — Забыть я здесь ничего не забыл, но кое-что искал. Нашёл вот даже. Погуляй пять минут, ладно?
— А?
— Гербарий твой мне нужен, — усмехнулся Эйнтхартен. И вот теперь уж точно самое время закатывать глаза — если уж коммандеры и прочие уважаемые особы взяли сие прозвище на вооружение, то что говорить о простых людях? За одно это стоило бы прибить клятого Дагмара, а не целоваться с ним в каждом укромном уголке. — На пару слов… С возвратом, Огнеборцем клянусь!
Прорва обожания в дагмаровских глазах тут же сменилась бездной подозрения.
— Это зачем ещё?
— Низачем, — спешно вмешалась Кори, отстраняя его от себя (что уж там, с неохотой). — Не волнуйся, это ненадолго.
— Уймись, пацан, — фыркнул коммандер, подойдя ближе и дружески потрепав Тео по плечу, — у меня свой кактус плотоядный имеется, на твоё добро не претендую.