Страница 88 из 158
Учёба шла своим чередом. Анжелика, со свойственной ей пытливостью ума, наличием свободного времени, которого катастрофически не хватало в России, сейчас была не просто в рядах лучших студентов, но шла несколько с опережением графика. Студенческие собрания всё так же проходили по четвергам. Анжелика по-прежнему на них присутствовала. Некоторые идеи, вынесенные с этих собраний, она передала Трегиру, когда разрабатывался новый законопроект. И даже одна идея нашла своё воплощение, правда, пока в виде предложения.
В тайне от прочих, не без помощи Дюбита и при участии Мэри и Филиппа Анжелика стала работать над своим первым законопроектом о положении женщины в обществе. Споров было много. Анжелика считала, что менять всё надо полностью радикальным методом, упростить гаремы, брачные контракты и институт опекунства. Дюбит же был против, мотивируя тем, что люди с этим жили веками и новый законопроект просто настроит против себя не только мужское население, но отчасти и женское – тех, кого устраивало их положение. Он предлагал и поэтапное, и частичное изменение. «Закон принять легче, чем изменить менталитет народа. Если закон противоречит менталитету, то он работать не будет. А что может быть хуже мёртвого закона?» И вот сейчас они анализировали ситуацию, пытались проводить независимое анкетирование. Для этого Поль Дюбит изменил название своей диссертации, чтобы анкетирование проводилось на законных основаниях. Анкетирование было поручено независимому международному агентству, работу оплачивала Анжелика прямым перечислением со своего счёта. Оказалось, что заниматься законотворчеством не менее интересно и захватывающе, чем воевать с Трегиром.
Анжелика посмотрела в окно. За окном весело барабанил дождь, сбивая ржавые листья с каштанов. Холодный ноябрьский дождь...
Возвращаться во дворец не хотелось. Она сидела на подоконнике и смотрела на воробьёв, которые, нахохлившись, сидели на карнизе, недовольно наблюдая, как редкие капли всё же проникали в их укрытие. Как будто кто-то был виноват в том, что они не улетели в тёплые края и теперь вынуждены мокнуть под этим холодным дождём.
–Анжела, сегодня собрание будет. Ты пойдёшь? – к Анж подошёл Жераль.
–Не знаю. Наверно, нет, я после лекций обещала быть вовремя, – среда, собрание было не запланировано. По средам Анжелика занималась с Дюбитом.
–Так и будешь. Оно вместо последней лекции... Не морщись. Ты же хорошо учишься. Сегодня последняя лекция по политологии. Думаю, что Дюбит тебя отпустит без проблем, – Жераль понизил тон: – Представляешь, приедет лидер из провинции. Кстати, сказали, что будет разоблачение предателя. Помнишь, тогда наших заловили. Так вот вроде знают, кто подставил.
Это Николас поручил Жералю привести Анжелику на собрание. Он должен был уговорить девочку.
–Ладно, буду... – Анжелике было интересно посмотреть, кто же будет объявлен предателем.
Она и представить себе не могла, что Николас всё-таки склонил часть группы лидеров, чтобы на собрании разбирали именно её. Он по-прежнему ей не доверял. Кроме того, успехи в учёбе его только убедили в этом. Он пытался за ней следить, но ни разу не удалось выяснить, где она живёт. Все его усилия узнать, кто она такая и откуда, упирались в один ответ: иностранный студент. Иностранный-то иностранный, но вот какого государства? Девочка была покрыта слишком толстым покрывалом тайн. Это оставалось под вопросом.
Она без труда договорилась с Дюбитом, что после собрания подождёт его на кафедре, ключ от которой он ей дал.
Собрание началось как обычно. Повестка дня, обсуждение планов на зимние каникулы, открытие студенческого лагеря, направление заявления в правительство с предложением о создании студенческой фракции при правительстве, что уже предлагалось не раз, но так и осталось на уровне разговоров, ибо текст не столько самого заявления, сколько программы фракции по-прежнему оставался сырым и т. д.
Анжелика по обыкновению сидела с краю на дальних рядах. Рядом с ней были её верные «телохранители» Жераль и Патрик. Анж понимала, что среди студентов есть люди Трегира, иначе откуда бы он знал про её присутствие на собраниях, а тем более – про Жераля. Но кто они – она не имела понятия.
Наконец на трибуну, слегка прихрамывая, зашёл Важель. Сказали, что хромать он стал после того, как был подвергнут «королевскому допросу». Он объявил, что на собрание прибыл один из тех лидеров, которых так давно ждали. С первого ряда поднялся человек в куртке с капюшоном на голове. Капюшон был низко надвинут на лоб, тем не менее лицо человека различить было можно.
–Капюшон специально надевают, чтобы в видеокамеры не попало лицо, – поспешил пояснить Жераль Анжелике, услышав её тихий вскрик: «Что это?» Он решил, что её могло заинтересовать именно это. Он не знал, что молодой человек, который только что появился перед аудиторией, был хорошо знаком с «дамой его сердца».
–Полиция, – вдруг крикнул кто-то.
Анжелика мгновенно оказалась рядом со старым знакомым. Студенты кинулись к выходу, но он оказался блокированным полицейскими. «Ты?» – удивился он. Вот уж поистине их судьба сводила в самых неожиданных местах при самых неожиданных обстоятельствах.
–Я. Слушай и молчи. Вот тебе ключ от кафедры на втором этаже. Я сейчас попробую отвлечь полицейских, а ты беги вниз по лестнице. Дверь кафедры сразу за поворотом. Там закройся и жди меня.
–А ты? – он до сих пор не пришёл в себя от этой встречи.