Страница 151 из 158
Декабрь-январь
Анжелика посмотрела в окно. За стеклом бушевала метель. Она была какая-то не настоящая, пусть и снежная, эта метель. Казалось, что ветер гроздями кидал снег, который до земли долетал мокрыми лохмотьями. Дорожки сада неизвестный художник разукрасил в бело-чёрную гамму. Зима ещё не закончилась, так толком и не начавшись. Зима... Анжелика не знала, что будет скучать по морозам и холодам, ожидать первый снег и первую оттепель. Здесь всё было по-другому. Почти до декабря стояло тепло и шёл дождь. Потом вдруг резко похолодало, если это можно назвать холодами: температура опустилась до нуля. Затем пошёл снег, который, подлетая к земле, превращался в капли дождя. Второй день бушевал ветер, отчего промозглая сырость валилась за воротники, плюхалась на лица, залезала в обувь.
За это время она не успела привыкнуть к местным зимам, таким коротким. Да и новогодние праздники проходили мимо неё.
В первый Новый год Трегира не было, и сопровождать её было некому. С королевой общение былосведено практически к нулю. Поэтому вся серия рождественских и новогодних балов прошла мимо неё. Подарки ей принесли в комнату, ибо выйти в праздничный зал она отказалась, мотивируя тем, что воспитывалась в мусульманской семье и католические праздники не признаёт. Трегир же позвонил накануне новогодней ночи и спросил, как она намерена праздновать. Ему, вероятно, доложили её выходку по поводу Рождества. Анжелика особо церемониться не стала, а просто ответила, что этот праздник надо отмечать с друзьями, а коли у неё таковых в этой стране нет, то и отмечать она его не будет, что прошлый год был наполовину хорошим, наполовину печальным, а новый ничего хорошего не принесёт. В тот же день, после разговора с Трегиром, в её апартаментах установили ёлку и принесли игрушки. Скорее от нечего делать, чем от приставаний Мэри они нарядили дерево. Она отказалась от всех праздничных мероприятий, которые по этому поводу проходили во дворце. Всю ночь провисела на телефоне, бесконечно звоня в Россию, Узбекистан, Швецию, Польшу, поздравляя всех своих друзей с праздником. Не воспользоваться тем, что её не ограничили в пользовании телефоном, было нельзя.
Следующий за Новым годом день рождения прошёл так же незаметно: королевская семья и больше никого. Даже не был устроен бал в её честь. Она сказала, что никого не знает, а с чужими людьми ей веселиться совсем неинтересно.
Следующие Новый год и день рождения она провела в монастыре.
И вот третий по счету Новый год в Анастасе. А через пятнадцать дней – её день рождения. А потом... О том, что будет потом, Анжелика не хотела думать.
Постояв около окна, она вернулась к столу. Шла сессия. Учиться было не так просто, как это было в школе. Но тем интереснее. Анжелика начала набирать материал на дипломную работу. Вернее, это не она его выбрала. Преподаватель по макроэкономике ей предложил, познакомившись с её курсовой работой. Это было намного интереснее, чем сидеть за подготовкой к сессии. Но и сложнее. Откровенно говоря, она ещё не научилась облекать свои мысли в научные фразы, а посему язык её работы был всё-таки больше детский, нежели научный.
–Привет, – в кабинет зашёл Трегир. – Мне сказали, что у тебя очередной бунт.
Анжелика, не вставая, повернулась на крутящемся кресле: «Наговаривают, веришь? Истинно наговаривают. Сижу работаю, никого не трогаю».
–Вот это мне и сказали: от участия в балах отказываешься, платья примерять не хочешь. Над чем хоть работаешь? – он взял её руку и поднёс к губам.
–Да тебе неинтересно. Это ещё курсовик с прошлого года. Правда, у меня есть новая идея. Применение математических моделей для социального развития неблагополучных районов. Правда, я пока не совсем понимаю, как и с чего начать.
–Ну, я бы начал с социально неблагополучных районов. Займись изучением их жизни. Найди себе агентов, которые будут тебе рассказывать о происходящем, и давать оценку. Только имей в виду, тебе нельзя показывать, нравится или нет. Информацию надо будет просто принимать, анализировать, систематизировать и искать закономерности.
–Но… – Анжелика задумалась. – Каждый человек индивидуален. Люди ведут себя независимо от других.
Трегир засмеялся. Уж кому-кому, а ему, начальнику службы безопасности, было неплохо известно, что в обществе все подчиняется своим законам. И самые строгие и жёсткие законы не у государства, а как раз в социально неблагополучных районах, ибо там разборки идут не за годы лишения свободы, а за лишение жизни. И провинившийся выплачивает не разовый штраф, а годами пытается выкупить жизнь себе и своим родным. И что каждый анклав живет в соответствии с теми понятиями, которые он вывез из своей земли, на которых воспитывался. И что хорошо для цыган, то плохо для анастасийцев. Это надо было принимать и где-то мириться, а где-то искоренять. Он точно знал, что отдельно взятого человека можно перевоспитать в каких угодно традициях, но когда это общество, то процесс занимает года, а порой и столетия. И вроде уже всё хорошо, как вдруг в ком-то заговорит голос предков. И не просто заговорит, а звучать будет сильнее и истины проступят через иную призму, чем это было несколько веков назад.
–Хорошо, после свадьбы я попытаюсь дать тебе надёжных людей, чтобы ты могла получать нужную информацию.
–Нужную тебе? – Анжелика усмехнулась. – Нет, спасибо, я сама.
–Нет, пожалуйста. Социально неблагополучные районы это не курортное место. У них свой король. И ты для них никто. Кроме того, у меня есть связи в других странах, например Франции или Англии. И тебе оттуда тоже могут давать информацию. Можешь сделать сравнительный анализ. Может, тебе удастся вывести формулу, как снизить криминогенность таких районов.