Страница 135 из 158
–Я не нуждаюсь в вашем заступничестве. Лучше угостите сигареткой, – Анжелика потянулась за пачкой, поданной ей Сюзанной, но тут же получила по руке. – Лаур, а ты чего руки распускаешь? Не было указания сверху. Так ведь я правильно сказала? – она, раздув ноздри, посмотрела на Трегира. Анжелика явно приходила в норму и собиралась огрызаться со всеми. – Кстати, Лаур, а ты когда решишь жениться, у Трегира разрешение тоже будешь спрашивать? И когда он с девушками спит, ты там случайно канделябры не держишь?
–Когда придёт твой черёд, тогда узнаешь, кто мне канделябры держит… – Трегир провёл пальцем по её шее.
Она густо покраснела. Но тут её взгляд упал на брата, которому почему-то было очень весело:
–Генри, а ты-то чего без подружек. Импотент, что ли? Твой адъютант, смотри, как сивый мерин, лезет на всё, что шевелится.
–Трегир, мне помнится, ты уверял, что она ещё наивная девочка, – Генри забавляла агрессивность сестры. – Но что-то мне подсказывает, что знает она побольше нашего...
–Ну а про меня ты забыла? – Трегир увидел, как запылали щёки Анжелики.
–Про тебя... А что про тебя? Всем известно, что ты спишь с Сюзанной. Сюзанна, он ведь ради тебя от меня отказался. Да я не против, я не люблю его. Только ты, наверно, не знаешь, что он воспользуется тобой и бросит. Его родня никогда не даст ему на тебе жениться. Знаешь, мне жалко тебя, ты его любишь, а он... А он любит только себя и своё могущество. Вот и сейчас, посмотри на этого фазана, он же сейчас лопнет от собственного самодовольства: командовать двумя женщинами сразу.
–Сорока… – сказал Трегир. Увидев, что Анжелика не поняла, повторил: – Сорок женщин. У меня в гареме сорок женщин, – ему было весело смотреть на растерянное лицо Анж.
–Ты посадишь в него, и я буду сорок первой женой.
–Нет, на гаремных женщинах в Анастасе не женятся, я тебе это уже говорил, как мне кажется. По крайней мере, этого не делают хозяева гаремов.
–На гаремных не женятся, на таких, как Сюзанна, не женятся... А на каких же женятся?
Трегир взял её руку в свою, поднёс к губам, поцеловал, приподнял голову, и, глядя в глаза, сказал: – На таких, как вы, ваше величество.