Укроти свою строптивость

–А если сделает? И зачем тебе это надо?

–Если сделает, то это будет самая большая глупость, которую можно будет совершить. Это будет означать лишь то, что отец думает о себе, а не о ребёнке. Зачем мне это надо? Не знаю. Сейчас я несу за тебя ответственность. И пока тебе не исполнится двадцать один год, с меня этого бремени никто не снимет, даже если ты выйдешь замуж за другого. 

–Но если я выйду замуж за отца ребёнка? Я имею на это право? 

–Право-то ты имеешь. А теперь картина маслом: ты сообщаешь мужчине, с которым переспала, что у него будет ребёнок. Его реакция? Если он не захочет на тебе жениться, то его никто к этому не принудит. Он будет обязан только выплачивать алименты. Или сможет забрать ребёнка. Ты принцесса, следовательно, выйти замуж тебе позволит королевский совет только за избранных. В любом случае возможна огласка, но не известен конечный результат. И огласка страшна не тебе, с этим придётся жить ребёнку, – его перебил телефонный звонок. Это был доктор Смит. По мере того, как Трегир слушал, что ему говорили, он мрачнел. – Хорошо, мы через полчаса будем, – Трегир положил трубку. – Значит, так: сейчас у тебя ещё раз возьмут анализы, и если они подтвердятся, то придется чистить.

–Что это значит? – Анжелика не поняла значение этого слова, но оно ей почему-то не понравилось.

–Это значит, что будут делать аборт… – Трегир посмотрел на Анжелику, не зная, что на сей раз от неё ожидать.

–Это вы специально, потому что тебе не нужен чужой ребёнок, да? – за эту ночь она успела полюбить того, кто был в ней.

–Не говори ерунды, Анжелика. Первый аборт всегда нежелателен. Врач сказал, что анализы показали, что плод мёртвый, а это значит, что если вовремя не сделать аборт, то произойдёт выкидыш. А это может спровоцировать кровотечение. Но ты не нервничай. Доктор Смит хочет ещё раз взять анализы, чтобы не было ошибки.

Она помнила лицо Трегира, склонявшегося над ней. Он её о чём-то спрашивал. Трегир был в каком-то смутном ореоле. Потом она куда-то летела. «Я умерла?» – спросила она, но кто-то ей ответил, что она просто спит. Она хотела проснуться, но не могла. 

Наконец Анжелика открыла глаза. Во рту сухо. Язык едва помещался за зубами. Хотелось пить. Челюсти перекашивало. Она не совсем владела собой. Анж обвела глазами вокруг. Это была чужая маленькая комната, вероятно, больничная палата. Стены жёлтого цвета. Она лежала на каталке. На душе пустота. За окном стоял тёплый летний вечер. «Трегир, наверно, опять с Сюзанной», – почему-то подумалось ей, и сразу стало стыдно от мысли, что думает она не об «убитом» ребёнке, а о личных чувствах. Она попыталась сесть, но тело плохо ей подчинялось. Практически сразу вошла молоденькая медсестра: – Вы уже проснулись? Вот хорошо, что меня позвали сразу.

–Я не зва-ла, – по слогам сказала Анжелика. А потом добавила: – Пить.

–А вы на звонок нажали, который мы вам под руку положили. Мы всегда так делаем, чтобы знать, когда человек проснётся, – тараторила девушка. – Сейчас, принесу вам чего-нибудь, – медсестра улетела, но почти сразу же вернулась со стаканом какой-то жидкости. – Вот, выпейте немного.

Анжелика попыталась взять стакан в руки, но немного разлила: – Я что, па-ра-ли-зо-ва-на?

–Нет, это после наркоза. Так бывает. Не беспокойтесь. Сейчас доктор придёт. Я ему сообщила. Вам что-нибудь ещё надо? Простите, а вы иностранка?

–По-че-му? – удивилась Анжелика. 

–А вы под наркозом на чужом языке говорили. А вот и доктор. Ну, я вас оставлю.

Доктор Смит зашёл в палату не один: с ним был ещё какой-то худощавый врач и Трегир. Второй врач спросил, как она себя чувствует, пощупал пульс, лоб, посмотрел глаза, сказал, что зайдёт потом, и ушёл. Вместе с ним ушёл и доктор Смит. Трегир взял стул, поставил его около Анжелики. Взял её руку в свою, прижал к щеке и задумчиво стал смотреть в это знакомое и почти родное лицо.

–Ты теперь обо мне плохо думаешь? – спросила Анжелика медленно и тихо. Ей почему-то было важно это знать.

–Нет, – Трегир покачал головой. – Я знаю, что произошло. Тебя выдают замуж. Ты не хочешь выходить, потому что никого не любишь. Тебя воспитывали так, что замуж по любви. У нас девочек воспитывают по-другому: замуж за того, кого выбрали родители. Ты не знаешь, что такое отношения мужчины и женщины. Ты сбежала. Ты в отчаянии. И тут появился он. Я не знаю, кто это и чем он тебя соблазнил, ведь ты говоришь, что тебя не насиловали... В общем, появился он, и ты решила: «А какая разница, кто будет первым». Я понимаю тебя, тебе казалось, что наступает конец света и нет выхода из тупика. Да, натворила ты, девочка, не подумав. Ну да ладно. Хватит о грустном, теперь о весёлом. Об этом никому не надо знать. Не кори себя. Не твоя вина, что плод погиб. Так бывает, к сожалению, часто. Завтра, если всё хорошо, тебя выпишут и ты поедешь к брату. Через неделю ты вернёшься ко мне как невеста. Кто знает, может, ты изменишь свое мнение и влюбишься в меня. Анжелика, я хочу тебя сразу предупредить. Было заявлено, что ты девственна, это сделано во время экспертизы. Если ты будешь выходить замуж за меня – останется всё как есть. Если за другого – тебе придётся зашить девственную плеву.

–Зачем? – Анжелика перевела взгляд в окно. «А, впрочем, какая разница, что со мной ещё будут делать…»