Страница 10 из 158
Анжелика вернулась за стол. Её приборы уже поменяли, поставили чистые. Скатерть закрыли сверху чистой небольшой скатертью. Теперь она вела себя примерно. Гордо подняв голову, но опустив глаза, она резала еду маленькими кусочками и долго их пережёвывала. Она не вникала в немногочисленные разговоры, которые велись за столом.
–На чай я прошу к себе принца, великого герцога младшего и девушку. Остальных прошу остаться пить чай в гостиной, – королева встала из-за стола и кивком дала понять, чтобы названные трое следовали за ней.
Они вошли в небольшую комнату, граничащую с гостиной.
–Генри, Трегир, вы в курсе: для того чтобы девушка смогла вступить в права принцессы, она должна ещё раз пройти медицинскую экспертизу? – спросила королева после того, как слуга принёс чай с пирожными и вышел. Все четверо сидели в глубоких креслах вокруг невысокого столика.
–Это было желание спикера? – спросил Генри.
–И его тоже. Я не возражала. Господин Трегир, если экспертиза подтвердит ваши данные и эта девушка действительно окажется похищенной принцессой, то через две недели состоится по этому поводу большой королевский бал. Вам, господин Трегир, придётся её сопровождать на балу. Поэтому, я думаю, вам стоит подумать о нарядах, если вы на все сто процентов уверены, что эта девушка и есть... – Королева замялась. Она не могла назвать девушку своей дочерью. Колючий ёжик, абсолютно невоспитанный. Нет, у неё не могло быть такой дочери. Королева помолчала. Наконец она продолжила: – Если вы уверены, что эта девушка и есть похищенная принцесса. И вы знаете, что согласно регламенту королевского бала платье девушки и костюм её кавалера должны соответствовать друг другу.
Анжелика задумалась. Она не слушала разговор королевы с Трегиром и Генри. Её не интересовал ни бал, ни прохождение экспертизы. У неё столько раз уже брали кровь, что надеяться можно было только на чудо.
– Девушка, я обращаюсь к вам... – вывел её из забытья голос королевы. Анжелика вздрогнула, оглянулась. Они остались вдвоём. – Я не могу пока понять: вы плохо воспитаны или просто ошалели от радости. Мне не нравится ваше поведение, но я не собираюсь читать вам мораль. Вы взрослый человек и отвечаете сами за свои поступки. По вашим поступкам будут судить о других людях. Но я не могу указывать Трегиру, как следует вас воспитывать. Он ваш опекун и жених, и решает только он сам. Я вас хочу лишь попросить не позорить имя королевской семьи. У вас есть ко мне вопросы? – не дождавшись ответа от девушки, королева встала с кресла. – Завтра в девять утра у в ас экспертиза. На экспертизу вас поведёт принц. Мы с вами теперь увидимся на королевском балу или вообще не увидимся. А теперь можете быть свободны, – королева повернулась, чтобы выйти в другую дверь. Но её остановил голос Анжелики. Теперь она говорила на правильном английском языке:
–Ваше высочество... – королева обернулась. – А вы уверены, что я не принцесса? Вы в этом точно уверены?
–Вы боитесь, что если экспертиза не подтвердит вашей принадлежности к королевской семье, то вас выбросят на улицу как бездомного котёнка?
–Нет, но если не подтвердится, что я принцесса, я смогу вернуться домой? – в голосе Анжелики звучала надежда. – Я поверю в Бога, если окажется, что Трегир ошибся и что я не принцесса...
–Похоже, что Трегир прав и вы действительно принцесса, – королева посмотрела на девочку по-иному: нет, она не та, какой хочет казаться. Она несчастна и не готова смириться. – Похоже, вы действительно принцесса, – медленно повторила королева, – потому что только настоящие короли способны отказаться от трона и только люди с королевской кровью до конца в это не верят, ибо они избранны. А сотни тысяч других за маленькую толику быть приближенными к высшим мира сего готовы продать душу дьяволу... Всего хорошего.
Королева посмотрела, как закрылась дверь за девочкой. Опустилась в кресло, закрыв лицо руками. Кто-то вошёл. По шагам она поняла, что это сын. Генри опустился на ковер и сел у ног матери:
–Мама, ты плачешь? Почему ты плачешь? Тебе не нравится твоя дочь? –королева молча гладила одной рукой светлые волосы сына, такого взрослого и мудрого. А другой прижимала платок к лицу, как будто пыталась остановить слезы. А они всё текли и текли. – Поверь, она не чудовище и не монстр. Она просто несчастная девочка. Я знаю, мама. Я расскажу тебе потом, как меня встретила Анжелика. Мы будем смеяться, но это будет потом. А в тот момент, поверь, мне было страшно. Трегир живёт в постоянном тонусе: она не даёт расслабиться ни на секунду. Вот такая она, наша Агнесса. И нам постоянно приходится ей доказывать, что мы ей не враги. Крепись, мама, тебе будет, наверно, сложнее всех…