Страница 4 из 11
– Ты что-то хотела? – поинтересовался Аджитт и качнулся с пятки на носок.
– Хотела тебя увидеть, – хрипло ответила Лийа и кашлянула, прочищая горло. – Ты избегаешь меня?
Она никогда не видела смысла ходить вокруг да около. Лучше пусть говорит сразу, что не хочет больше видеть её своей женой. Хоть какое-то разнообразие появится, мозг заработает, обдумывая новый план. Это лучше, чем изводить себя тоскливыми мыслями и страхами.
– С чего ты так решила? – Аджитт удивился так искренне, что Лийа тут же захотела ему поверить. – У меня было много дел, но я не прятался от тебя.
– Ты… – Лийа замялась, делая шаг навстречу и мучительно подбирая слова. – Ты… не взял новую Игрушку?
– Нет, – сухо бросил Аджитт. – Тебя это волнует?
– Нет, что ты! – излишне поспешно воскликнула она и нервно рассмеялась. – Не знаю, зачем это спросила…
– Всё в порядке? – Аджитт пристально посмотрел на Лийу, отмечая и порозовевшие от смущения скулы, и то, как упрямо она отводит взгляд. Он медленно подошёл к ней, приподнял за подбородок, вынуждая смотреть в глаза. Как он мог забыть, что Лийа – не только расчётливый и хладнокровный стратег, но ещё и девушка, которую он держал в своих объятиях. Тот вечер и своё поведение удивили его, Аджитт даже собирался провести расследование и выяснить – не подмешала ли Лийа чего-то запретного, но потом Лера затмила все мысли, и стало не до этого. Теперь же, глядя на смущение той, кого он всегда считал самым холодным существом на свете, Аджитт чувствовал вину за долгое молчание.
– Прости, – мягко ответил он, и Лийа вздрогнула, недоверчиво глядя ему в глаза. – Прости, что молчал так долго, больше этого не повторится.
С этими словами он нежно и невесомо коснулся её губ, и Лийа поняла, что пропала окончательно.
Третья глава
Лийа чувствовала, что плывёт, хотя нет, летит скорее, куда-то летит быстро-быстро, пока перед закрытыми глазами плещется разноцветная круговерть, а в животе щекочется нежным и сладким. Всего одно касание чужих губ, а под коленями разлилась слабость, все мысли разом испарились из головы, оставляя звенящую пустоту, заполняясь грохотом – сердце сошло с ума и стучало, как заполошное. Лийа подалась к нему, сама не замечая, просто руки вдруг легли на грудь, впились в ворот рубашки да так там и замерли, не смея двинуться выше. Впору было бы смутиться, отодвинуться, оттолкнуть, наконец, чтобы показать, как сильно её задело его молчание, но Лийа не могла сделать и шага. Только одно билось в голове: «Только бы он не останавливался!»
Но Аджитт всё же остановился. Прервал поцелуй и посмотрел прямо в глаза, ловя растерянный, замутнённый взгляд. Его чувственные губы изогнулись в лёгкой полуулыбке, костяшки пальцев нежно коснулись щеки. Он покачал головой и слегка отстранился, разглядывая её с интересом, склонив голову набок.
– Ты изменилась, – тихо заметил Аджитт. – Стала нежнее, мягче. И это… необычно.
– Я меняюсь благодаря тебе, – ответила Лийа, всё ещё держась за его рубашку, не желая так просто его отпускать. – Та ночь изменила меня, а ты так и не понял. Не попытался понять.
– Я же сказал: прости, – в его голосе прорезалась досада, но Лийа сама поспешила её унять.
– Я не обвиняю, поверь! Просто… просто… – Она опустила глаза, чувствуя, как шею вновь заливает краской. – Я знаю, то, что произошло между нами – неправильно, так не должно быть. Особенно, учитывая, что мы не женаты. Но…
– Что «но»? – Кажется, Аджитт действительно заинтересовался. Лийа наверняка играла в очередную игру, но какую? А что, если это не игра? Что, если его погоня за Лерой, за призрачными чувствами и желаниями – это ненастоящее, а реальность – вот она, в его руках, трепещет, краснеет и кусает губы, пытаясь сказать что-то крайне важное? Аджитт вдруг подумал, что невероятно устал. Изматывающие чувства, которым он не находил определения, выпивали досуха, лишая способности анализировать, просчитывать, оставаться самим собой. К Лийе же он не чувствовал ничего, и теперь понимал, что не почувствует никогда. Что не мешало попытаться превратить их брак в подобие чего-то… нормального. Жена должна боготворить своего мужа, уважать и подчиняться: в Лийе никогда этого не было. Но сейчас она не притворялась – Аджитт слишком хорошо знал женщин, подходящих к первой грани возбуждения, смирения и желания отдаться. Конечно, видеть такое у невесты было более чем необычно. Он вообще не представлял, что женщины-драконы могут хотеть мужчин. Может, потому, что это вбивали в голову с рождения, как прописную истину? А сколько же учили женщин сопротивляться своим желаниям? Может, Лийа в чём-то была права, постоянно выказывая свою непокорность и нежелание следовать вековым устоям и традициям? Может, пришла пора что-то менять, а кто, как не Высший, способен сделать это?
Пока все эти мысли проносились в его голове, Лийа пыталась подобрать слова к тому, что рвалось сейчас из глубины души. Она понимала, что, если озвучит это, то отдаст в руки Аджитта всю власть над собой. Но в то же время осознавала, что, покорись она сейчас собственным желаниям, сможет получить от жениха гораздо больше. К тому же, к обоюдному удовольствию. Быть может, поняв, что от жены не исходит никакой угрозы, Аджитт станет больше ей доверять, а потом… Кто знает, может, потом не придётся устранять его так быстро, может, с его помощью поначалу она сможет добиться гораздо большего, чем если устранит его сразу же после брака.
– Лийа? – тихий голос напомнил, что Аджитт всё ещё рядом. Всё ещё ждёт её ответа, а её рука всё ещё лежит на его груди, и прямо в неё сейчас стучит его сердце.
– Я не хочу ждать свадьбы так долго, – наконец ответила Лийа, всё ещё не поднимая головы. – И не потому, что боюсь потерять тебя или боюсь того, что ты передумаешь. – Она вздёрнула подбородок, и солнечный свет блеснул в зелёных глазах, придавая им особый блеск и глубину. – Я не хочу ждать, потому что хочу, чтобы наши встречи стали теплее и ближе. Гораздо ближе. Чтобы они повторяли ту ночь. Но я понимаю, что это невозможно, пока мы не произнесём клятвы, потому что это…
– Неправильно, – мягко заключил Аджитт, не в силах сдержать понимающей улыбки. Кто бы мог подумать, что холодная расчётливая сука, коей он всегда её видел, окажется ненасытной женщиной, мечтающей о том, чтобы он ей овладел? Это льстило самолюбию, которое заметно пошатнулось с уходом Леры. Воспоминание о ней тут же полоснуло по сердцу острым, и Аджитт внутренне поморщился, с усилием воскрешая другие эмоции, связанные со сбежавшей Игрушкой: разочарование, злость, обиду.
– Я бы хотел повторить ту ночь, – наконец сказал он, надеясь, что в холодном синем взгляде Лийа не разглядит сожаление и боль по той, другой, которая никак не хотела покидать его мысли. – Думаю, нам стоит ускорить свадьбу.
– Правда? – радость Лийи была искренней, и Аджитт вновь убедился, что она говорит правду. – Но… – она вновь отвела глаза, глядя куда-то поверх его плеча, и Аджитт понял, что она смотрит на дверь, ведущую в душ. – Даже если мы объявим об этом, ждать так долго… Может…
– Ты опять что-то недоговариваешь. – Аджитт нахмурился. Меньше всего он хотел, чтобы невеста узнала о его предпочтениях в постели.
– Обещай, что не будешь злиться и дашь мне договорить, – твёрдо сказала Лийа, ловя его взгляд. Аджитт нехотя кивнул, следя за тем, как меняется выражение её лица, от сомнения переходя к решительности.
– Я видела вас с Игрушкой. Один раз, – быстро добавила она, видя, что он открыл было рот, чтобы возразить. – Ты обещал не перебивать. – Аджитт нахмурился, но снова медленно кивнул. – Я искала тебя в кабинете, не вини Мару, её не было на месте, и я просто проскользнула без доклада. А потом… Дверь в ванную комнату была открыта, и я зашла, а там… – Она глубоко вздохнула и решительно произнесла: – Я хочу посмотреть. Я хочу узнать, чем живёт та сторона Аджитта, о которой я раньше не подозревала. Я хочу понять, что ты любишь и, быть может, полюбить это тоже.