Страница 47 из 82
Руководитель операции задерживался в столице, его ждали только к вечеру. Поэтому на Андрея, неожиданно облечённого властью, свалилось координирование действий всей группы. Как бы ни хотелось ему самому броситься на поиски Ольги, приходилось скрепя сердце отправлять других.
Домов в Береговом было не так много, но и людей у Андрея было раз, два и обчёлся. Основная часть рабочей группы прибудет вечером, вместе с начальством. Но до тех пор Ольга может просто не дожить. Поэтому капитан Макаров предпринимал все возможные и даже невозможные оперативно-розыскные мероприятия, чтобы найти девушку. Он принимал решения, зачастую действуя на свой страх и риск, не дожидаясь одобрения руководства, иногда даже не ставя его в известность.
Единственный выезд из Берегового был перекрыт. С минуты на минуту Андрей ждал возвращения людей, отправленных на обход жилых домов и территории посёлка. Из краевого центра были вызваны кинологи с собаками. С воздуха степь прочёсывали вертолёты. И всё-таки об Ольге уже несколько часов не было ни слуху, ни духу. Она как сквозь землю провалилась.
Макаров даже не знал, кто её увёз и почему. Газатовские подонки ничего не видели, и Андрей был склонен верить этим четверым, их хорошо допрашивали, с пристрастием. Никто из них не знал, был ли сам Марат на месте преступления. Он опаздывал, и ребята решили начинать без него. Как выяснилось, даже команды обстреливать дом Газатов им не давал, это была собственная инициатива парней. Говорили, шеф был очень зол на эту бабу и хотел ей показать кузькину мать, вот они и показали. На вопрос – зачем извели столько патронов на одну безоружную женщину? – внятно ответить ни один из них так ничего и не смог. Самое разумное, чего сумел добиться Андрей: ну как-то так получилось…
- Где же ты, Оля? – Макаров рассматривал схему расположения домов в Береговом.
Шансы найти девушку живой по статистике с каждым часом становились всё меньше и меньше. Если он не отыщет её в течение двух суток, операцию прикажут свернуть. Нет, розыск совсем не прекратится, но перейдёт в вялотекущую стадию сличения её фотографии на дорогах и транспортных узлах.
Да и сейчас всё держалось на его честном слове и репутации. Ведь никто не видел, что Ольгу похитили. Лишь уверенность Андрея, что это дело рук Газатова, заставляла ребят усиленно искать девушку. Но у Макарова оставалось меньше двух дней. Надо было срочно что-то предпринять!
Андрей с надеждой обернулся на звук открывшейся двери и тут же отвернулся обратно к бумагам, пытаясь скрыть разочарование во взгляде. В этом доме всё было так тесно связано с Ольгой, что мужчине казалось, она вот-вот подойдёт к нему и предложит попить чаю на террасе.
- Может, чаю выпьем? – спросил Семёныч.
И Андрей усмехнулся тому, как совпало это предложение с его собственными мыслями.
- Можно, - согласился он, - заварите?
- Отчего ж не заварить? – Отозвался Семёныч и начал открывать дверцы старого серванта в поисках заварки.
- Разрешите? – в дверях замер молоденький полицейский, вопросительно глядя на Семёныча.
- Разрешаю, - с улыбкой ответил подполковник в отставке.
- Докладывайте, - более резко, чем собирался, перебил его Андрей, стараясь не коситься на ухмыляющегося подполковника.
Семёныч усмехнулся про себя и продолжил обыск.
Полицейский растерялся и, тоже косясь на подполковника, неуверенно протянул Макарову лист бумаги, который держал в руках.
Андрей резко выхватил его и чуть не порвал. Насмешки Семёныча становились всё более невыносимыми. Макаров понимал, что реагирует как идиот, но ничего не мог с собой поделать. Тут слишком много всего смешалось. Он терял контроль над собой.
Мысленно рявкнув на себя, Андрей всмотрелся в принесённую бумагу. Это оказалась та же схема расположения домов посёлка, часть которых в верхнем правом углу была обведена красным фломастером, отмечавшим район поиска. Полицейский внимательно всматривался в лицо капитана, ожидая вопросов или указаний. Он бы и рад был уйти отсюда, потому что слетевшего с катушек из-за пропавшей бабы Макарова боялись практически все задействованные в операции кадры, но без приказа не мог двинуться с места.
Андрей подошёл к столу и сличил отметки с большой схемой, нанёс собственные пометки.
- Сколько у вас запертых? – не оборачиваясь, спросил он.
- Четыре, - тут же отозвался полицейский и про себя порадовался, что следил за Макаровым, ни на что не отвлекаясь, а то прошляпил бы сейчас вопрос и получил нагоняй. Обычно компанейский капитан стал таким злющим, что без особой причины к нему старались не подходить. И вдруг юноша вспомнил, и побледнел. Надо было сразу сказать, а теперь… Что делать? Загрызёт ведь. Или не загрызёт. Природная честность и стремление максимально хорошо выполнять свой долг заставили его продолжить. – Ещё в одном взрослых не было, только ребёнок, девочка…
Юноша стушевался под внимательным взглядом повернувшегося к нему Макарова, но, сделав над собой усилие, продолжил.