Страница 178 из 208
Как только я подошел, услышал звук разрывающегося телефона. Оказывается, я забыл его на сидении. В данную минуту звонила Мила. Я только сейчас вспомнил, что дал ей задание, правда теперь оно выглядело нелепым и смешным. Рыцарь хренов. Хотелось смеяться над собственным сентиментальным кретинизмом и послать эту затею ко всем чертям, но из уважения к людям, которые вместо того, чтобы праздновать, носились по моим поручениям , я все же ответил на звонок:
-Да, Мил. С Новым Годом!
-И вас Олег Александрович! С Новым годом! С новым счастьем! - жизнерадостно произнесла она, словно в насмешку. Да уж, счастья привалило - девать некуда. Я невесело улыбнулся. Мила же продолжала тараторить, немного заплетающимся языком. - Все сделали, Олег Александрович. Номер у меня. Сами позвоните или мне этим заняться?
Пока мой секретарь говорила, я впадал все больше в мрачное настроение, хотя казалось бы, куда еще, но Людкино веселье угнетало. На его фоне собственное положение казалось каким-то нелепым, жалким. Но виду я, конечно, не подал. Привычно - деловым тоном отдал распоряжение:
-Мил, завтра позвонишь этой Ирине, скажешь, что дочь ждет. Дашь номер телефона Яны, пусть позвонит. И закажи ей билет Рубцовск-Москва на первое или второе, как получится.
-Хорошо, только вроде бы прямых рейсов нет.
-Ну, через Новосибирск или какой там еще город, – отозвался я устало. Тут дверь с другой стороны открылась, в нос ударила смесь Чайкиного парфюма, сигаретного дыма, алкоголя и морозной свежести. Я поспешил свернуть разговор, меньше всего мне сейчас да и когда-либо еще хотелось обсуждать этот поступок. Дурацкий порыв, о котором я не то, чтобы жалел, но и доволен не был. Не в моих правилах лезть в чью-то жизнь. И меньше всего мне хотелось наводить Янку на неправильные мысли, ибо я просто пожалел ее - дуру, а лучше этого было не делать. Такие, как она пока лоб себе не расшибут, не поумнеют.
Когда я закончил разговор, еще несколько минут лазил в телефоне, стараясь не смотреть на Чайку, дабы не заводиться. Ее наряд вызывал раздражение и гнев.
Благо, у меня куча пропущенных звонков, поэтому последующие полчаса я перезванивал родным и друзьям. Пока поздравлял и принимал поздравления, настроение неволей улучшилось. Единственное - сухое «С Новым Годом!» дочери оставило неприятный осадок, но это я оставил на второе января. Приеду в Бийск, и будем разруливать ситуацию, хватит смотреть на Олеськины выдрипоны сквозь пальцы.
Отложив телефон, сконцентрировался на дороге, продолжая игнорировать Чайку. Но она сама нарушила молчание, тихо спросив:
-Как ты узнал, где я?
-Подружка твоя позвонила.
-Подружка? - удивилась она.
-Ну, наверное. Мощная такая блондинка. Так беспокоилась, что ты нажралась, параллельно строя мне глазки, - ответил я, не скрывая иронии.
-Гельмс- сука, - понимающе усмехнулась Чайка. Я даже не удивился, мне с самого начала показался странным звонок этой «подружки» и я не ошибся, но вдаваться в подробности не было желания. Женские склоки - такая вещь, в которую лучше даже не пытаться совать нос.
-И как это ты бросил друзей ради меня?- с издевкой поинтересовалась меж тем Чайка. И вот лучше бы она этого не делала. Во мне вновь вспыхнула злость, но я ничем ее не выдал. Напротив, будничным тоном признался, зная, что этим сообщением добью Чайку:
-Да без особых сложностей. Просто захотел сделать тебе сюрприз, думал, встретим с тобой Новый год, но сюрприз ожидал меня да еще какой!- не удержался под конец от шпильки. Я не стал смотреть на реакцию Чайки.
Чтобы понять, что она чувствует, не нужно было даже поворачиваться. Я знал, что хуже понимания, что ты собственными руками разрушил то, чего так хотел, ничего нет. Только я не чувствовал удовлетворения от ее боли. Какой в ней смысл, если от этого не легче ни мне, ни уж тем более, ей?
-Я ждала, -спустя несколько минут призналась она тихо.
По голосу было слышно, что плачет. Я не смотрел на нее, не хотел видеть этих слез. Не хотел, чтобы она плакала, но не смог сдержаться, и ухмыльнувшись, язвительно парировал:
-Заметно. Надолго же тебя хватило.
-Мы просто танцевали, ничего больше, - всхлипывая, начала она оправдываться, заставляя меня поморщиться.
-Ну, тебе крайне повезло, что я приехал чуть раньше, - снисходительно произнес, понимая, что меня несет. Но ревность разрывала на куски, хотелось препарировать Чайку, как лягушку без анестезии, пока не доберусь до сути и не буду уверен, что она не стала бы изменять. Пока же этой уверенности не было, и сомнения не давали мне покоя, жрали изнутри.
-Ты совсем уже?! Считаешь меня шлюхой?! Как ты можешь такое говорить, прекрасно зная, что до тебя у меня не было мужчин! –вскричала она.
-Все когда-то случается в первый раз, а потом входишь во вкус...
-Да пошел ты на хрен, Гладышев! Не нужно кроить меня по своим меркам!
-Я и не кроил, пока ты не дала повод, - холодно оборвал я ее. Она замолчала, отвернулась к окну, я подумал, что это очередная «королевская» выходка в духе «я выше этого всего», пока не увидел, как сотрясаются ее плечи в беззвучных рыданиях.
И моей выдержке пришел конец. Напряжение достигло апогея. Я резко остановил машину и ничего не говоря, вышел на улицу. Мне срочно нужен был свежий воздух, чтобы немного успокоится. Я не понимал происходящего, не понимал, что чувствую. И эта сумятица раздражала. Не знаю, сколько я ходил взад-вперед, но почувствовав, что мысли прояснились, вернулся в салон.