Каюсь

-Прости за кофе. Это было глупо.

Я лаконично киваю, удивляясь тому, что она способна признавать свои ошибки. Почему-то вспомнились скандалы с Ленкой. Может, если бы мы хотя бы раз вот так с ней поговорили, сейчас все было бы иначе.

Но прикосновение горячих губ Яны отвлекает от воспоминаний о моей неудачной супружеской жизни. Я вздрагиваю от боли и неожиданности, она тут же отстраняется.

-Прости, - шепчет, целуя легонько в уголок рта. А потом признается смущенно. - Я тоже соскучилась.

-Правда что ли? Соскучилась по… как там ты загнула-то? По убогому мужичонке, который тебе противен?- дразню ее, Янка засмеявшись, качает головой.

-Нет, я соскучилась по вкусному Зануде, - возразила она шепотом и начала целовать мою шею, обжигая горячим дыханием, вызывая приятный озноб по коже, спускаясь все ниже и ниже, подогревая мой интерес.

Будь она опытной женщиной, я бы конечно, как-то даже не заострил внимание, зная, что там дальше по сценарию. Но с ней это было подобно наблюдению за первыми шагами ребенка. Хотя сравнение, конечно, то еще... Оно меня повеселило, как и неуверенные, несмелые ласки, но я все же возбудился, наблюдая, как Янка медленно опускается на колени передо мной. Есть что-то такое волнующее в этой позе покорности женщины мужчине.

Но когда она начала стягивать с меня штаны, я удивился, не веря, что она решила сделать минет, поэтому уточнил охрипшим, каким-то не своим голосом:

-Что ты делаешь?

Чайка залилась краской смущения, но я вновь убедился, что моя девочка не из тех, кто пасует.

-Для опытного мужчины ты задаешь довольно глупый вопрос, Гладышев, - посмотрев мне в глаза, насмешливо парировала она.

Я уже хотел сказать, чтобы занялась свой рот делом, но вовремя себя тормознул. А после того, как ее ручка скользнула мне в трусы, сконцентрировался на происходящем.

Сначала следил с интересом, но потом она подняла голову и так откровенно посмотрела мне в глаза, что у меня кровь закипела в венах от обжигающего желания, вызванного ее неприкрытой ничем страстью, раскованностью и в тоже время неопытностью.

Я и не заметил, как она стянула с меня трусы. Ее язычок легонько коснулся головки, а у меня чувство было, словно меня пронзило разрядом бешеного удовольствия и возбуждения. Она медленно прошлась языком от начала до конца, одновременно лаская меня рукой, следя за моей реакцией с едва заметной, довольной улыбкой. И мне нравилась ее смелость и это чуткое, внимательное изучение моей реакции на каждое ее действие. Она долго дразнила, точнее –экспериментировала, не стесняясь и не боясь, сделать что-то не так. Я же умирал от каждого движения ее языка, заведенный до предела этой чувственной, неспешной игрой.

Яна продолжала сканировать меня внимательным, полным желания взглядом, и это возбуждало еще сильнее. А когда она обхватила член губами и начала сосать, лаская языком, я ели сдержал стон.

Зарывшись пальцами в шелк ее волос, закрываю глаза и наслаждаюсь немного странной техникой, правильней - ее полным отсутствием, но это приносит новизну ощущений. Пусть Чайка была неопытной, неумелой, двигалась немного порывисто и часто сбивалась с ритма, но я получал ни с чем несравнимое удовольствие, просто наблюдая за тем, как она стоит передо мной на коленях и работает своим соблазнительным ротиком.

Смотрю в ее наглые глазищи и вижу в них неприкрытое наслаждение. Понимание, что ей это нравится, окончательно снесло мне крышу. Вцепившись в ее волосы, изо всех сил стараюсь сдерживать свои порывы и не начать просто трахать ее рот, проникая глубоко в горло. Но сдерживаться не получается, с каждым движением ее губ и языка, я просто улетал и невольно делал толчок, отчего она чуть ли не давилась, но старательно делала вид, что все в порядке.

Поэтому, когда она чуть-чуть ускорила темп, мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы отстранить ее. Получилось резко, но я больше не мог держать себя в руках, а пугать девочку и создавать неудобства пока не стоило, вот овладеет техникой глубокого горла – тогда можно оторваться на полную.

Она смотрит на меня непонимающе и несколько обеспокоенно, но я тут же притягиваю ее и шепчу, стягивая с нее одежду:

-Хочу тебя.

Она тянется к моим губам, но я уклоняюсь и тут же целую ее шею, чтобы не грузить очередными своими забубонами. Я не брезгливый, нет. Но баб после минета не целую. Облизывать самого себя и знать как оно на вкус нет абсолютно никакого желания.

Пока одеваю презерватив, Чайка садится на стол и с нахальной улыбкой медленно раздвигает ноги, бесстыдно предлагая себя.

И черт возьми, я теряю голову от ее сексапильности и раскованности. Эта соблазнительная девчонка сводит меня с ума. Улыбаюсь в ответ, хотя это больше напоминает хищнический оскал, подхожу к ней, она вновь тянется к губам, зарываюсь в ее волосы и крепко сжимаю их в кулаке, когда наши губы отделяет пара сантиметров. Чайка непонимающе смотрит, вновь пытается поцеловать, но я уклоняюсь, превращая это в довольно эротичную игру. Наше дыхание смешивается, возбуждение достигает апогея лишь от одного азарта и противостояния. Я дразню ее, удерживая одной рукой за волосы, а другой - спускаясь к ее чувствительному местечку, хотя предварительные ласки не требуются, она и так более, чем готова.

Но я хочу довести Чайку до такого состояния, чтобы единственным ее желанием было я внутри нее.

Скольжу губами по солоноватой коже, а пальцами в ее влажных складочках. Она стонет, извивается на столе, одновременно доводя меня до состояния помешательства. Так продолжается, пока я сам не теряю контроль. Вхожу в нее полностью, и мы одновременно стонем от удовольствия. Начинаю волноваться, что мне будет достаточно пары толчков, чтобы кончить. Но Чайке большего и не требовалось. Толкнувшись в нее еще несколько раз, ее мышцы настолько сильно сжали меня, что я последовал за ней же. Это был сумасшедший оргазм. Чувство было, будто я сейчас сдохну от удовольствия, а оно все не кончалось и не кончалось, накатывая волнами одна за другой, выжимая все силы, отключая разум и эмоции.