Страница 12 из 33
То, что сил хватит у Саввы, чтобы троих, молодых людей положить на лопатки. Да. А то, что велика вероятность, ещё и нож в спину получить. Тоже да. Такие 'волчата' трусливы, и у каждого за пазухой может иметься нож.
У самого в сумке лежал ножичек для хозяйственных нужд, и как тянулась к нему рука - кто бы знал. Нет! С того самого дня он выложил его. Чтобы мысли даже не было воспользоваться.
В беге на большие дистанции у Саввы имелась проблема. Знал, что далеко не убежит от молодой своры. Поэтому, решил, что если и встречать неприятелей, то только прикрыв тыл. По пути имелся магазинчик, освещённый ярким фонарём. Да успел сообщить своим, где находится - ресторан не далеко, друг и двое соплеменников там. Сбросив сумку с плеча, встал в стойку и приготовился.
Тишина прервалась шорохом и вознёй за магазинчиком. Осторожно, Савва выглянул. Двое полицейских в штатском скручивали третьего.
- Привет! - улыбнулся мужчина при исполнении, довольный собой и ситуацией, которую удалось предотвратить.
Оказалось, что они патрулировали местность и видели всё со стороны. Как убегал Савва, а за ним гнались трое. Хулиганы хотели окружить свою жертву, обойдя магазин. Да вот за зданием их уже ждали. Одного удалось скрутить, другие - увидев, скрылись.
Запыхавшиеся соплеменники неожиданно выскочили и, не разобравшись, налетели на стоявших - уложили их лицом в пол, рядом с хулиганом. Хорошо, хоть аккуратно сработали - без синяков. Те и не обиделись. Пожали мужчины друг другу руки и разошлись - работа такая. Савве предложили последовать с ними в полицию. Где будет по факту написан протокол. А будет пострадавший писать заявление или нет, это уже другое.
- Да не буду я писать заявление, они меня и ударить не успели. Всё благодаря вам.
- А ты лицо своё видел? Посмотри! - предложил полицейский, указав на стеклянную витрину.
Точно по скуле проходил ровный порез. Щека окровавлена. Явно кастетом работали, подлецы. 'И как не заметил?'
Договорились, что Савва сам утром подойдёт в полицию. На том и разошлись. Утром явился. Зашёл в кабинет.
- Эти? - показал участковый на сидевших на полу напуганных молодых людей лет двадцати пяти, у одного из которых был свежий гипс на руке.
Савве самому чуть за тридцать - тридцать один.
- Да ну, - засомневался Савва, - те были орлы, а это так... цыплята ощипанные.
Действительно, он не сразу узнал хулиганов. А за что досталось им. Так не надо было борзеть. Попался полиции в руки сам 'вожак' стаи. Хамил, грубил, посылал всех по матушке. Отец у него оказался богатенький предприниматель, но без высоких связей. Думал, что ему всё с рук сойдёт. Досуг 'золотой' решил с друзьями разнообразить, что тут такого? Поймать какого-нибудь бедолагу и отпинать. Видимо, не раз так развлекались.
- Будешь или нет, ты писать заявление, дело на них по факту нападения всё равно заведено, - сообщил вошедший.
- Не буду.
Объяснение и что претензии к хулиганам не имеет, Савве всё равно пришлось написать. Вышел, а у входа в полицию его уже поджидал мужчина лет шестидесяти.
- Можно поговорить с вами? - предложил незнакомец, и показал на стоявшую машину.
Как только сели в машину, человек объяснил, что один из хулиганов его сын. Он приносит за него извинение и просит не писать заявление. Забрать его, если оно уже написано. И протянул конверт - моральную компенсацию.
Убитый горем отец, которому приходится извиняться за непутёвого сына, задели чувства. Разговорился мужчина, рассказав о своей жизни: что работает много, что сын один единственный, что часто он попадает в ни хорошие истории. Вообще, жизнь как-то не ладится.
Ну ладно! И Савва рассказал, что не писал и, ни будет писать заявление. А то, что с ними там происходит. Так стращал сынок крутым папой, посылая всех...
- Вот придурок! - взялся несчастный отец за голову.
Не знал Савва, зачем всё-таки взял конверт. Уж так просил мужчина. В конверте оказалась сумма в две зарплаты разнорабочего в каменоломне. Приличная сумма. Бросил он этот конверт в багажник своей машины, и забыл почти на месяц. Ни то, что Савва в деньгах не нуждался, деньги эти он посчитал несчастными. Вот именно эти деньги, копейка в копейку и пригодились, чтобы расплатиться при аварии.
Савва даже вздохнул с облегчением, когда отдал деньги.
-
Катя проснулась, осмотрелась. Тишина. А во сне было теплее, и цветы у дома такие красивые приснились - розовые. И рыбки в пруду, стоила зачерпнуть горсть, вот она - рыбка золотая. Решила на выходных прогуляться по цветочным магазинам, так и быть присмотреть цветы.
Глава 12
Каменоломня - единственный способ освобождения мирового пространства от гор. Большинство жителей работали на таких предприятиях в две смены. Одни подрывали грунт, другие вывозили на переработку. Зачастую те, кто подрывал, они же и вывозили.
Взрывы были такие сильные, что содрогание земли чувствовалось во всём городе - в каждом районе города. В раннее утро и поздним вечером взрывы особенно беспокоили и пугали людей. Пришлось искать консенсус.
Первая смена работала с пяти утра до десяти, потом за работу брались взрывотехники. С десяти утра и как пойдёт - звучал гул взрывов. Потом, было небольшое затишье. В основном в полуденный зной. И с пяти вечера до десяти вторая смена. После которой, опять звучала серия 'грома'.
'Здесь, здесь и здесь', - показал начальник подчинённым, где бурить. Сам подготавливал взрывчатку. Рядом присел друг:
- Савва, ты что взрываешься?! План уже выполнен, поехали домой?
- Подождёшь, ещё вон тот склон проверю.
- Проверишь ты? Это тебе домой торопиться не надо. А у других семья - дела, - возмутился Даниил.
- Прямо тебя дома жена с кучкой детей ждёт?
- Если ты не закруглишься, то у меня планы на перспективный брак и семейное гнёздышко может вообще обломаться. Ленку с банка помнишь? Уломал её на свидание сегодня вечером. А у тебя, что с Мариной, слышал, дело к свадьбе?
Тьфу, сплюнул начальник взрывной смены.
Пришлось рассказать другу. Марину Савва знал давно, двадцать пять лет девушке. Как-то не присматривался к ней, а тут родители (матери) сговорились. Познакомили. Ну, прогулялся с ней один раз, девушка как девушка. Потом как-то домой зазвала, в постель затащила. Переспал та раз. Потом началось!
Зашли посидеть, чай попить к ней, а там родители - мама и отчим. Марина к отчиму, 'чурочка, чурочка' обращается. Савва спросил, зачем она так с человеком - неприлично, де ещё при чужих, при нём. Она и ответила: 'мы с мамой его так ласково называем, это не оскорбление'. Савва посидел, подумал, ага, отчима чурочкой ласково называют, а его, наверное, обрубком будут звать. Нет!