Страница 2 из 6
Ожидая, пока Танька поест, я все смотрела на веер. Вот бы мне такой! Я бы его тоже на стенку повесила. И играла бы, конечно. Только никому бы не давала. Наверное, он очень хрупкий. Я хотела потрогать эти перья, но вспомнив, что Таня сказала, что бабушка не разрешает, даже не заикнулась об этом.
Я сидела, как на иголках. Мне было неуютно в этой комнате, похожей на комнату из какой–то страшной сказки. Воспоминания о таракане на кухне добавляли мне мурашек. А Татьяна не торопилась приниматься за уроки, непрестанно болтая.
Тогда я заявила, что мне пора домой, а то влетит от бабушки, и она потом меня гулять не отпустит. А если что, математику завтра дам списать.
С этими словами я направилась в коридор. Оделась, куда быстрее, чем я обычно одеваюсь, и, крикнув новой подруге – пока! – побежала, прыгая через ступеньку.
Я весь оставшийся день вспоминала Танину квартиру, удивляясь, как живут некоторые люди. Ведь подобного ни у кого из знакомых я не видела. Но единственным светлым моментом в этом воспоминании был веер из перьев неизвестной птицы.
Я потом несколько лет мечтала иметь такой же.
Игры для детей младшего и среднего возраста
Машку заставили водиться. С мелкой сеструхой и их общим двоюродным братцем. Тоже мелким. Данька и Ксюшка были погодки. Ну, не совсем погодки – Ксения на девять месяцев старше, и это давало ей право верховодить. Но Данька не желал сдавать позиции, и своими разборками детки давали бабке жару.
Но так получилось, что бабуля укатила в санаторий, а у мелких садик закрыли на карантин. Вот и возложили на Машку почетную обязанность следить за младшими родственниками.
Дождь не давал всем семейством выкатиться на улицу, и поэтому пришлось как-то напрячь мозги и занять детей домашними играми. Ксюша с головой окунулась в вечную, как мир, игру в дом. А Данька втихомолку разбирал отцовскую клаву от компа. Машка заметила это поздно, и, увидев, решила не мешать брату познавать компьютерный мир. Клаву все равно не спасти, а так хоть тихо в доме будет.
Но тут к ним заявился закадычный Машкин дружок Вовка. Узнав, что ей на сегодня выпала роль няньки, смеяться не стал, а предложил помощь.
Тем временем Ксюхе надоело играть одной, и она начала активно привлекать Даньку. Понятное дело, в доме, пусть и игрушечном, нужна мужская сила. Но Данька сопротивлялся. Запахло скандалом. Тут вмешался Вовчик. Он пообещал Ксении, что сейчас из Даньки сделает настоящего «папу». И девочка ему поверила безоговорочно. Безропотно отправился за ним и Данька. Вовка у мелюзги обладал сильным авторитетом.
Они с Данькой уединились в соседней комнате, а Машка добросовестно отрабатывала роль няньки и послушно выполняла Ксюшины поручения – варила обед и кормила кукол.
Тут послушался нарочно грубый голос Вовчика:
– Так, папка идет с работы! Готовьте отцу жрать поскорей. А не то, ух, я вас! – с этими словами они с Данькой зашли в комнату к девочкам.
Увидев Даньку, Машка ахнула. Вовка приклеил малышу усы и брови из обрезков черного искусственного меха, отчего Данина физиономия выглядела насупленной и сердитой. А чтобы образ мужика был более достоверный, в кармашек на рубашке Вовчик засунул сигареты.
Ксения от неожиданности испугалась и заревела в голос. А Машка расхохоталась. Данька получился, ну вылитый деда Вася! Особенно, когда тот примет на грудь после получки.
Ксюха ревела и поглядывала на Машку, ища у нее защиты. А старшая сестра бессовестно хохотала. Успокоившись наконец, она успокоила и сестренку. Потом отвесила Вовке подзатыльник, и сняла с Даньки актерский реквизит. Мир был восстановлен, мелкие переключились на клавиатуру, и, тихо сопя, доламывали ее уже вдвоем.
А вечером, лежа в постели, Машка мучилась от угрызений совести – а вдруг из-за этого случая Ксюшка возненавидит мужиков, и никогда не выйдет замуж?
Про чирлидинг и пипидастры
Маняшка прибежала из школы возбужденная.
– Мама, купи мне пипидастры, я хочу чирлидершей стать! – крикнула она с порога, второпях снимая пальто и шапку.
Бабушка, пьющая на кухне чай, поперхнулась. Пока она прокашливалась, Маняшка, скинув с себя верхнюю одежду, примчалась на кухню и жадно припала к кувшину с водой.
Она всегда так – западет какая-то идея в голову, возбуждение зашкаливает, и мчится на всех парах, чтобы об очередной задумке рассказать. Первое предложение выпалит пулеметной очередью, а потом отдышаться надо, да горло смочить.
Пока она вливала в себя живительную влагу, бабушка пришла в себя, и грозно нависла над внучкой.
– Марья, во-первых, сколько раз тебе говорить, чтобы ты не пила прямо из кувшина?! Для этого существуют кружки.
В ответ Маня лишь мотала головой с полным ртом воды, которая капельками стекала по подбородку.
– А во-вторых, откуда ты понабралась таких мерзких слов?
Манюня, проглотив наконец воду, начала отвечать обстоятельно. Как обычно первый быстрый залп словесной атаки прошел, и доча меняла тактику – отвечала четко по всем пунктам, не упуская мелочи.
– Ну, баба, из кувшина вкуснее… А слова вовсе не мерзкие. У Ленки старшая сестра стала чирлидершей. Знаешь, как здорово! И Ленка тоже будет. И я хочу!
– Это Галька–то Молоканова чидирлиша?! Да она всегда хвостом вертит, вот и довертелась, и куда только родители смотрят! Теперича она и младшенькую с пути истинного собьет.
Маняшкина мама, Марина Васильевна, закусила губу, чтобы не рассмеяться, слушая этот диалог. В ее голове молниеносно созрела мысль, и она торопливо искала нужную вещь в кладовке. Да где же она… Не так давно вроде убирала за ненадобностью, еще не должны были заложить другими вещами… А, вот она где, ну сейчас я вам устрою шоу.
Вытащив из-за старого чемодана разноцветную метелочку для пыли, Марина Васильевна спрятала ее за спину и вышла на кухню к своим милым спорщикам.
Маняша кинулась к матери и крикнула, вытаращив глазешки:
– Маам! Ну, скажи ты бабушке, чего она…
Но Марина Васильевна, стараясь сохранить серьезное выражение лица, протянула дочери эту метелку. Маня медленно взяла ее в руки и обреченно сказала:
– Я же вроде все вчера прибрала в своей комнате. Или я на шкафу забыла пыль вытереть?
– Нет, я тебе даю то, что ты просила, едва успев зайти домой.
Дочка недоуменно смотрела то на мать, то на метелку. Бабушка тоже прекратила свои причитания по поводу непутевой нынешней молодежи, и вопросительно смотрела на дочь. Марина Васильевна еле сдерживалась.
– Мяняша, кем ты хотела стать?
– Чирлидершей… Ты меня за это наказать хочешь? И чтобы я уборку делала? Но сама ведь говорила, что эта метелка пыль только разбрасывает…
– Нет, тебе сегодня повезло, наказание в виде уборки не предвидится. Я просто даю тебе то, что ты просила.
Маняша совсем растерялась.
– Ну, ты сказала, что хочешь быть чирлидершей, и просишь купить себе пипидастры.
– Дааа…
– Ну, а зачем покупать, если эта вещь у нас уже есть?
И Марина Васильевна, не выдержав, рассмеялась во весь голос. А дочка с недоумением вертела в руках метелку.
– Это что ли пипидастра? Я не хочу с такой выступать, – надула она губы.
Но Марина Васильевна все смеялась, и не могла вымолвить ни слова. Если бы она накануне не писала статью про чирлидинг, то не устроила такой розыгрыш. И может, так же, как бабуля, начала читать нравоучения по поводу морального образа девочек.
Хотя нет, как бабуля не начала бы. А просто погуглила, и узнала все по этому вопросу, и дочку бы расспросила спокойно, откуда такое желание и с чем связано.
Но вот надо же, какое совпадение – вчера статья, а сегодня Маняша с этой же темой! Да, чирлидинг набирает обороты популярности. Это довольно доступный командный вид спорта. И если Маня хочет, то вполне можно ее отдать, пусть занимается. И красиво, и для здоровья полезно.
А вот пипидастры – это так ошибочно называют помпоны, которые держат в руках девочки-чирлидерши. Пипидастры, это именно китайская метелка для смахивания пыли. Ее название – от английского PomPom Duster, или, сокращенно, PP Duster. Ну, а по-русски, так и звучит – пипидастер. Смешно. А помпончики, которыми размахивают чирлидерши, называются на самом деле Pom Pom.