Страница 11 из 160
Наконец, Малица закончила и с гордостью осмотрела свою работу. Жаль, Кристоф не видит! Тогда он бы перестал задирать нос.
Саламандра глубоко вздохнула и положила ладони на места, обозначенные крестиком на рисунке. Теперь капелька крови. Без нее, увы, нельзя. Страшно? Безусловно, но поздно отступать, когда линии начерчены. Глупо стирать то, что сотворила с таким трудом. И Малица, зажмурившись, царапнула шпилькой палец. Густая капля упала на рисунок. Тот зашипел и вспыхнул синим пламенем. Сейчас, уже сейчас, только позвать…
И Малица позвала, замирая от страха.
Сначала ничего не происходило, а потом раздался недовольный, даже не так, крайне недовольный голос ректора: «Руки оторву шутнику!» Судя по всему, Малица вытащила его из ванной: из одежды на лорде оказались только домашние штаны. Волосы влажные, руки сжимают полотенце.
Саламандра икнула и отшатнулась, закрыв лицо руками. Ректор же продолжал стоять в центре рисунка и буравил нерадивую адептку изумрудными глазами. Потом закинул полотенце на плечо и, скрестив руки на груди, обманчиво спокойно поинтересовался:
— Ну, и как это понимать, Ирадос?
— Я… я… — Язык отказывался повиноваться.
Малица сглотнула, смочив горло слюной, и скороговоркой продолжила:
— Я демона вызывала.
— Это я уже понял.
Ректор коснулся носком тапка пламенеющей черты и под громкое аханье саламандры, таки отнявшей руки от лица, спокойно разомкнул контур. Рисунок с шипением погас. Воздух слегка потрескивал, будто от молний.
— Я о другом спрашивал. Потрудитесь объяснить, почему вас второй раз за месяц ловят за одним и тем же занятием. Если еще короче, — зеленые глаза вновь скользнули по Малице, дрожью отозвавшись в теле, — зачем вам демоны?
— Посмотреть хотела, — простодушно ответила саламандра, гадая, исключат ее прямо сейчас или разрешат дождаться утра.
— Ну, посмотрели? — лорд приподнял бровь.
Похоже, его совсем не волновал собственный вид, ректор держался столь же уверенно, как в парадном костюме.
Лорд уничтожил рисунок и зачем-то, опустившись на колени, провел над полом ладонью. Напряжение в воздухе тут же исчезло.
— За собой нужно прибирать, — назидательно заметил ректор. — Не желаю, чтобы после Академия взлетела на воздух.
— А вы действительно демон? — глупо спросила саламандра.
Она только сейчас сообразила и искоса, со смесью страха и любопытства, разглядывала ректора. Увы, ни рогов, ни хвоста. Лорд абсолютно не изменился, хотя теперь видно, что он скрывает на работе под рубашкой — мышцы. Тело тренированное, одновременно крепкое, мощное и поджарое.
— Адептка Ирадос! — Малица вздрогнула и, сообразив, что засмотрелась, подняла глаза на разгневанного ректора. — Вы — будущий стихийный маг или дурочка? Вы хотя бы понимаете, что сделали?
— Демона вызвала, — упавшим голосом ответила саламандра, гадая, какое наказание ждет дома. — Я… Мне любопытно стало. Только я не думала, что вы… что вас… Словом, я вас совсем не хотела!
— Хоть это радует, — хмыкнул лорд и, заприметив раскрытый гримуар, шагнул к нему.
Сообразив, какую двусмысленность сказала, Малица вспыхнула и застонала. Потом, воспользовавшись тем, что ректор стоял к ней спиной — изучал книгу, — с чувством стукнула по лбу и пробормотала: «Идиотка, он тебя убьет!»
— Ирадос, — лорд расслышал и крутанулся на носках, — вы читали законы империи? Знаете, каков ее расовый состав?
Саламандра кивнула, не зная, куда он клонит.
— Так вот, Ирадос, вам «неуд» сразу по трем предметам. И завтра перед занятиями прошу в мой кабинет. Вещи соберите.
— Отчислите? — упавшим голосом спросила Малица.
Ответ она уже знала.
Ректор не ответил и, засунув книгу подмышку, открыл портал. Уже стоя одной ногой в межмирье, он обернулся и одарил саламандру грозным взглядом.
— В следующий раз не выйдет, Ирадос. Вы ошиблись, поэтому заклинание сработало. Обычные чары призыва на меня не действуют. Говорю, зная вашу страсть к экспериментам.
— Почему не действуют?
Терять-то все равно нечего, а так хотя бы что-то узнает.
Надо же, демон! В голове не укладывается!
Похоже, ректор опешил от такой смеси наивности и наглости. Он сделал шаг назад и окинул Малицу пристальным взглядом с ног до головы. Саламандре показалось, в нем мелькнуло любопытство.